Выбор оружия. Последнее слово техники - Иэн Бэнкс

Удивленная тишина длилась всего пару мгновений – достаточно для того, чтобы он успел прокричать: «Капсула, сюда!»

Женщина на откидном сиденье шевельнулась. Ее рука, державшая цветы, выронила их и устремилась к складке платья на талии. Он ударил женщину в челюсть, и ее голова стукнулась об уцелевшую часть стекла. Затем он развернулся и присел около двери, меж тем как женщина, потеряв сознание, соскользнула с сиденья. Цветы рассыпались по полу. Он посмотрел на Бейчи и Шиоль: оба сидели с открытым ртом.

– Планы изменились, – сказал он, снимая темные очки и кидая их вниз, после чего вытащил обоих из машины.

Шиоль закричала. Он швырнул ее на багажник машины.

Бейчи обрел голос.

– Закалве, какого черта…

– У нее было вот это, Цолдрин! – закричал он, размахивая пистолетом.

Убрель Шиоль воспользовалась той секундой, когда пистолет не был направлен на нее, и попыталась лягнуть его в голову. Он уклонился, позволив девушке развернуться, и ударил ее ребром ладони по шее. Шиоль рухнула на землю. Цветы, которые он ей вручил, полетели под машину.

– Убрель! – воскликнул Бейчи, склоняясь над девушкой. – Закалве! Что ты с ней сде…

– Цолдрин… – начал было он, но тут распахнулась водительская дверь, и на него бросился Моллен.

Они с водителем покатились по шоссе к канаве. Пистолет выпал из его руки.

Моллен прижал его к бордюрному камню, ухватив одной рукой за лацканы, а другую занося для удара. Голосовой аппарат отлетел прочь, удерживаемый шнурком, когда покрытый шрамами кулак метнулся к его лицу. Он сделал ложное движение, крутанулся в другую сторону, вскочил на ноги – и в этот момент кулак Моллена ударился о бордюрный камень.

– Добрый день, – произнесла голосовая коробочка, стукнувшись о поверхность дороги.

Он попытался принять устойчивое положение и нанести удар Моллену в голову, но не смог сохранить равновесие – водитель здоровой рукой ухватил его за ногу. Ногу удалось высвободить, но для этого пришлось развернуться.

– Рад с вами познакомиться, – сказала коробочка на шнурке, опять отлетевшая в сторону, когда Моллен поднялся, тряся головой.

Он еще раз нацелился ногой Моллену в голову.

– Чем могу служить? – спросила машина, когда здоровяк увернулся от удара и бросился вперед.

Он бросился головой вперед, пропахал бетон, перевернулся, встал. Моллен с окровавленной шеей стоял лицом к нему. Водитель пошатнулся, потом, словно вспомнив что-то, сунул руку в карман куртки.

– Я здесь, чтобы помочь вам, – сказала голосовая коробочка.

Он бросился вперед и заехал кулаком в голову Моллену. Тот как раз поворачивался, извлекая из куртки маленький пистолет. Он был слишком далеко, чтобы завладеть оружием, а потому с разворота ударил ногой по руке Моллена, и та ушла вверх. Седоволосый пошатнулся, потирая запястье и морщась от боли.

– Меня зовут Моллен. Я не могу говорить.

Он надеялся, что выбьет пистолет из руки Моллена, но ничего не вышло. Потом он понял, что прямо за его спиной – Бейчи и потерявшая сознание Шиоль. На секунду он остановился, и Моллен наставил на него пистолет. Он принялся раскачиваться из стороны в сторону. Здоровяк, тряся головой, пытался водить пистолетом туда-сюда вслед за движениями противника.

– Рад с вами познакомиться.

Он нырнул и ударил головой Моллену в ноги. Столкновение получилось хорошим.

– Нет, спасибо. – Они упали у бордюрного камня. – Извините…

Он занес кулак, чтобы снова ударить Моллена по голове.

– Не могли бы вы сказать, где это находится?

Но Моллен увернулся, и удар пришелся мимо. Дернувшись, седоволосый попытался стукнуть его головой. Пришлось уворачиваться, и он треснулся головой о бордюрный камень.

– Да, пожалуйста.

Голова звенела, все вокруг помутилось. Он растопырил пальцы и ткнул туда, где должны были быть глаза Моллена. Пальцы попали во что-то мягкое, и сразу же раздался крик шофера.

– Я не знаю, что вам ответить.

Он подпрыгнул, отталкиваясь руками и ногами и одновременно пиная Моллена.

– Спасибо. – Его нога попала в голову противника. – Повторите, пожалуйста.

Моллен тихо рухнул в канаву и замер.

– Который час? Который час? Который час?

Он встал на тротуаре. Ноги подкашивались.

– Меня зовут Моллен. Чем я могу вам помочь? Вам сюда не разрешено. Это частная собственность. Куда это вы направляетесь? Стойте, или я стреляю. Деньги не имеют значения. У нас есть влиятельные друзья. Скажите мне, где ближайший телефон. Я тебя так оттрахаю, сучка, что ты навсегда запомнишь. Вот тебе.

Он стукнул каблуком по голосовому аппарату. Послышалось громкое «хрррряп».

– Внутри нет частей, обслуживаемых пользователем…

Еще один удар – и машинка замолкла.

Он посмотрел на Бейчи: тот сидел на корточках рядом с машиной, держа на коленях голову Убрель Шиоль.

– Закалве! Ты с ума сошел! – завизжал Бейчи.

Он отряхнулся и посмотрел в сторону отеля.

– Цолдрин, – спокойно сказал он. – Ситуация чрезвычайная.

– Что ты сделал? – закричал на него Бейчи, широко раскрыв глаза, с гримасой ужаса на лице.

Он перевел взгляд с неподвижного тела Шиоль на тело Моллена, потом – на ноги женщины, лежавшей без сознания в машине, среди цветов, потом – опять на Шиоль, шея которой уже посинела.

Он поднял глаза в небо, увидел там точку и с облегчением повернулся к Бейчи.

– Они собирались убить тебя, – сказал он. – Меня прислали, чтобы их остановить. У нас есть около…

Со стороны Цветочного рынка и реки, из-за домов, послышались звук взрыва и свист. Оба посмотрели вверх, на точку – капсулу, – которая увеличивалась в размерах и наконец распустилась пышным цветком на стебельке, протянувшемся от неба до Цветочного рынка. Капсула проплыла сквозь раскаленный, сияющий воздух, затем, кажется, слегка дрогнула – и, будто в ответ, луч света устремился от нее назад к земле по той же линии.

Небо над Цветочным рынком вспыхнуло, дорога под ними сотряслась, раздался оглушительный звук взрыва, который докатился до скал и пошел вверх, к городу.

– У нас оставалось около минуты перед тем, как уходить, – сказал он, переводя дыхание.

Капсула полетела вниз и со стуком опустилась на поверхность дороги: четырехметровый черный цилиндр. В цилиндре открылись люки. Он подошел к капсуле, вытащил оттуда громадное ружье и стал переводить на нем рычажки.

– Теперь времени у нас не осталось, – сообщил он.

– Закалве! – сказал Бейчи неожиданно спокойным голосом. – Ты что, тронулся?