Выбор оружия. Последнее слово техники - Иэн Бэнкс

– Ты уверен, что тебе не понадобится Скаффен-Амтискав?

– Абсолютно. Оставь этого летающего мудака при себе.

– А другого автономника?

– Нет.

– Ножевую ракету?

– Да нет же, Дизиэт! Мне не нужен Скаффен-Амтискав. И не нужна любая машина, считающая, что может думать сама по себе.

– Эй, вы можете говорить обо мне так, будто меня тут и нет, – заметил Скаффен-Амтискав.

– Хреновая мысль, автономник, – вы ведь здесь.

– Лучше, чем отсутствие мыслей, вот как, например, у вас.

Закалве посмотрел на него:

– Вы уверены, что производитель не отозвал партию, к которой вы принадлежали?

– Я никогда не понимал, – высокомерно заявил автономник, – чем гордятся те, кто на восемьдесят процентов состоит из воды.

– Ладно, – вмешалась Сма, – ты знаешь все, что полагается?

– Да, – устало ответил Закалве.

Мускулы заиграли на мощном загорелом теле мужчины, когда он наклонился, закрепляя плазменное ружье в капсуле. На Закалве были шорты, а на Сма – все еще растрепанной после сна, ведь по корабельному времени утро только начиналось, – балахон с капюшоном.

– Ты знаешь, с кем связаться? – обеспокоенно спросила она. – И кто там главный и на чьей стороне…

– И что делать, если я вдруг останусь без средств. Да, я все знаю.

– Если… когда ты его вытащишь, вам надо направиться в…

– Обворожительную, залитую светом систему Импрен, – устало проговорил он нараспев. – Где аборигены приветливы и обитают в экологически чистых орбиталищах. Которые нейтральны.

– Закалве. – Сма внезапно взяла его лицо двумя руками и поцеловала. – Я надеюсь, все будет хорошо.

– И я тоже, как это ни забавно, – сказал он, поцеловав Сма в ответ. Та отпрянула от него. Закалве потряс головой, обвел взглядом фигуру женщины и усмехнулся. – Ну, может, когда-нибудь… Дизиэт.

Она отрицательно покачала головой и неискренне улыбнулась:

– Только если я буду без сознания или мертва, Чераденин.

– О, значит, у меня остается надежда?

Сма шлепнула его пониже спины.

– Двигай, Закалве.

Он вошел в бронированный боевой скафандр, тот закрылся. Закалве откинул шлем назад и внезапно посерьезнел.

– Ты только узнай точно, где…

– Мы знаем, где она, – быстро сказала Сма.

Несколько мгновений он смотрел в пол ангара, потом заглянул женщине в глаза и улыбнулся.

– Хорошо, – объявил он, хлопнув в ладоши. – Здорово. Я отправляюсь. Если повезет, встретимся.

И Закалве шагнул в капсулу.

– Береги себя, Чераденин.

– Да-да, – сказал Скаффен-Амтискав, – берегите свою мерзкую раздвоенную задницу.

– Можете не сомневаться, – сказал Закалве, посылая обоим воздушный поцелуй.

Со всесистемника – на сверхбыстрый дозорник, оттуда – на небольшой модуль, из модуля – в катапультируемую капсулу, а из нее – в скафандр, который теперь стоял на холодном песке пустыни, с человеком внутри.

Он посмотрел через открытую лицевую панель и вытер редкие капли пота со лба. На плато стояли сумерки. В нескольких метрах от себя, в свете двух лун и заходящего солнца, он увидел покрытую инеем скалу, а еще дальше – громадную расщелину посреди пустыни. На дне расщелины стоял древний полупустой город, где сейчас жил Цолдрин Бейчи.

По небу плыли облачка, ветер вздымал песок.

– Ну что ж, – сказал он, не обращаясь ни к кому в отдельности и поднимая взгляд к очередному чужому небу. – Вот оно опять.