Чужое тело - Алексей Изверин

День свадьбы настал неожиданно. Сначала прискакал герольд, заявив, что корабль уже на рейде. Пронесся по коридорам дворца, топоча сапогами, выставив вперед себя свиток с зеленым шнурком. А потом пронесся обратно, я едва успел в сторону отступить. Лицо счастливей некуда, а в кулаке блестит золотой.

Это послужило катализатором, как попадание крупинки соли в насыщенный раствор.

Сразу заметались все. Графиня Нака с сияющей мордой лица выскочила из залы, меня дергали и поворачивали, облачая в какие-то пышные и расшитые золотом до состояния бронежилета одежды. Я не сопротивлялся, я корчил капризную мину и даже пару раз топнул ножкой по полу. Ножку тотчас обули в ботиночек со смешной пряжкой. Потом подняли и вторую ногу, на нее нацепили другой.

Примчалась графиня Нака и сразу подняла суматоху. Как тропический ураган напустилась на слуг, двоих сразу же поволокли пороть во двор, ботиночки мне переодели, на плечи накинули и застегнули у горла фигурной скрепкой бледно-розовую накидку длиной до середины задницы, на пояс повесили игрушечный меч. Деревянный, без ножен даже. Опа-опа, все бойтеся, я вот как пойду им воевать…

Вот так и стоял, как кукла. Одежды на мне было столько, что к земле тянула. Ели б кто в правое ухо толкнул, то головой бы покачал, как китайский болванчик, а тело на месте осталось.

Пришел парикмахер, стал завивать мне волосы, смазывая их какой-то липкой дрянью. Волосы курчавились, как у спаниеля. Принюхался украдкой – пахло медом. Как бы мухи не поели.

– Зачем, не надо… – сделал было я попытку от этого отвертеться. Да где уж там. Сразу ко мне подскочила графиня Нака, одернула руки по швам.

– Не двигайся! Стой смирно! Для твоего же блага!

– Стой, стой! – подтвердил рыжий, примостившийся у стенки. Второй братец подарил мне мерзкую улыбку.

Я внимательно посмотрел на него. Потом на второго.

Оба смешались, задергались, отводя глаза. Боятся. И что это они меня так боятся-то, вроде бы я их пока что особо сильно не пугал?

Меня потянули за руку. Пара пажей отмывали мою ладонь в тазу, полировали ногти белой тряпочкой. Еще один подступил с небольшой миской чего-то белого. Ну, никак пудрить будет? Оказалось, что да. Я молчал, подставляя лицо. Кожу моментально стянуло.

– Вот ты теперь красивенький, правда, мальчики? – елейно сказала графиня Нака, при этом больно дернув меня за прическу.

Зато тебя, козу, на метлу надо и на огород, ворон пугать, чтобы капусту не тырили.

Весь кагал, состоящий из королевы, графини Нака, двух рыжих виконтов и разодевшегося в пух и прах генерала Ипоку, выдвинулся навстречу процессии.

Охраны тут было… На каждом углу стояло по десятку воинов в надраенных кольчугах, чистых плащах и даже с умытыми лицами. Улицы просто перекрыли, кому-то, кто хотел поглядеть поближе, доставалось древками копий, а то и острием. Во всяком случае, я заметил кровь на мостовой, пока королевская карета катила неспешно навстречу.

– Не спеши, не спеши! – приговаривала королева. – Так, где кошелек? Где мой кошелек, выпороть слугу немедленно!

Выехали на площадь, на которой в прошлый раз народ отмечал мое выздоровление. Так, и тут тоже толпа стоит… За цепью всадников, шагах в десяти от проезжающей кареты, колышется людское море. Оборванцы всех мастей, небритые лица и сутулые фигуры. Увидели карету, разразились радостными воплями и криками.

В толпу полетела первая пригоршня мелочи, через головы охраны. Толпа смешалась, начался гул и крики. Кого-то толкали, кого-то топтали. Следующая пригоршня мелочи прямо в сутолоку.

Мелочь-то… Какая еще мелочь? Она ж золотые мечет! Золотые монеты! На эти деньги можно было бы… Много что! Всю деревню из рабства выкупить, и даже еще на парочку осталось. Сколько раз она рукой махнула? И каждый раз штук по двадцать золотых.

Цепочка всадников пошатнулась, выгнулась. Как-то резко напор толпы стал увеличиваться, из переулков выскакивали другие, присоединялись к бедламу. Карета ехала довольно медленно, королева работала рукой как экскаватор, вышвыривая в окна целые состояния.

Да голова-то у нее есть? Потопчут же друг друга!