Белорусский набат - Александр Афанасьев

Людей на площади было много, для маленькой Беларуси даже очень много, но места было еще больше – площадь была просто огромной. Совершенно не чувствовалось агрессии и озлобленности, как в Киеве или Польше – она была и там и там. Люди перемещались по площади, места было немного, но передвигаться можно было, покупали выпечку и напитки, ели, пили, разговаривали. Выпечка была типичной для посткоммунистической страны: пирожки, еще кольца из песочного теста с орехами. Местные напитки – в основном квас, сладкая вода. Она купила кольцо и воду.

Перемещаясь в толпе, она знала, что стоять на одном месте нельзя – заметят. Она пыталась оценить меры безопасности и понять характер угроз. Конечно, в толпе есть агенты безопасности, но их вряд ли много на такую толпу. Выступление будет происходить со спешно построенной трибуны, вон там – прожектора… видимо, они будут включены, чтобы затенить выступающего своим светом и затруднить прицеливание. Здание, около которого построена трибуна, прикрывает цепочка бойцов в тяжелом снаряжении и щиты, но если толпа взбесится, конечно, эта цепочка не выдержит. Бронетехники не видно.

Интересно, что задумали американцы? Зачем им лазерная подсветка цели?

Она, как литовка, знала о том, что есть план восстановить Речь Посполитую, но воспринимала это как не слишком умный бред. Какая Речь Посполитая? С кем? С поляками, которые считают, что Вильно – это Вильнюс, что Гродно, Львов принадлежат им. Ради чего этот союз, кто от него выигрывает? Только Польша – если ей удастся то, что задумано, она тут же начнет вести себя, как Россия. Да, они ненавидят Россию, она сама, своими глазами видела, как болельщики громили российское посольство в Варшаве, но это не отменяет того факта, что поляки и русские – очень похожи. Любой польский националист за кружкой пива поймет любого русского националиста – и тот, и другой считают, что другие народы должны жить в их государстве, а не в своем собственном. И какой смысл объединяться с поляками, которые нищие, как церковные крысы! Вон все в Германию, в Англию выехали работать.

А какой смысл объединяться с белорусами, которые при живой Литве орут, что они наследники Великого княжества Литовского, а сами четверть века терпят диктатуру и при этом еще и учат жить. Она, оправдывая прикрытие журналиста, брала интервью у оппозиционеров: поражала их безапелляционность. Они сами, вступая в Евросоюз, выступали в роли учеников и делали все, что им говорят, а эти еще и учить пытаются. Правильно, посади свинью за стол, она и ноги на стол.

Но все это меркло перед единственной, самой важной, целью – добить Россию. Это была цель, которую пытались решить и не могли десятки поколений европейцев, начиная с Крестовых походов. В этом – суть и смысл. Пока есть Россия – будет и опасность. Никто не сможет просто жить и просто наслаждаться жизнью. Не будет России – и все изменится, и для ее родной Литвы и для Германии… для всех.

России быть не должно! И какова будет цена – неважно.

Она переместилась в центр людской массы. Достала телефон… включать не стала – куратор предупредил, что аккумулятор быстро садится. А брать второй она не рискнула. При обыске привлечет внимание… кто носит второй аккумулятор к телефону?

Во-во…

Начало выступления президента она просекла по тому, как загорелись – сначала вполнакала – прожектора рядом с трибуной. Потом президент взошел на трибуну, и прожектора вспыхнули в полную силу, светя по верху зданий и немного в небо.

Умно. Не только затеняют трибуну, но и слепят снайперов…

Президент что-то заговорил по-белорусски, и концертная аппаратура, позаимствованная у «Сябров», донесла его слова до каждого уголка площади. А она старалась прислушиваться к своему телефону, чтобы не пропустить звонок.

И звонок прозвенел…

К началу второго десятилетия двадцатого века одним из трендов перевооружения современных армий были ракеты. Если ранее советские ракетные комплексы с дальностью под десять километров считались непревзойденным оружием (Израиль испытал на себе их действие в 1982 году), то теперь на носителях типа «боевой вертолет» могли быть размещены ракеты с дальностью тридцать пять – сорок километров, способные поразить такую цель, как маневрирующий танк. Такого рода оружие полностью исключало ответ силами полковой ПВО и выставляло особые требования к контролю воздушного пространства.

И Россия, и США в этой «ракетной гонке» шли ноздря в ноздрю, и те и другие поставили такие ракеты на вооружение, и те и другие разработали дальнобойные высокоточные ракеты «воздух – земля», основанные на уже проверенных в деле ракетах «воздух – воздух». Но для решения задачи, какую поставил перед НТС и JSOC, Объединенным командованием специальных операций США Минск, требовалось нечто иное.

Прежде всего специалисты из морской пехоты прогулялись по площади, на которой планировалось выступление. Среди них был и опытный снайпер, счет которого перевалил за сотню. Их заключение было однозначным: нет. Использование снайпера для того, чтобы застрелить президента Беларуси при выступлении, по многим причинам невозможно. Даже если не готовить отход снайпера, а ликвидировать его после выстрела, шансы будут в лучшем случае один к четырем. А это не те шансы, ради которых стоит рисковать.

Тогда решили использовать мину. Но тут была проблема: у них не было ни человека, способного заложить мину или надеть на себя пояс шахида, ни самой мины, ни четкого понимания того, как и куда ее заложить. Президент, скорее всего, будет выступать с возвышения и в случае взрыва мины в толпе будет в лучшем случае ранен. А вот если станет известно, что американские граждане подложили мину на площади и погибли десятки людей, разразится настоящая катастрофа…

Тогда кто-то из спецназовцев, проходивших курс подготовки в Израиле, предложил использовать ракету.

В Израиле первыми разработали универсальную ракету сверхдальнего действия Spike NLOS. Аббревиатура означала Non Line Of Sight – то есть вне пределов видимости. Вес ракеты составлял семьдесят один килограмм, дальность действия – до двадцати пяти километров. Ее универсальность позволяла запускать ее с автомобиля, корабля, вертолета, бронетранспортера и даже с наземной пусковой установки. Последнее качество сделало возможным появление в Израиле особой спецчасти, вооруженной этими ракетами: они обязаны были уметь перемещать ее на гражданском транспорте или даже на своем горбу по местности и запускать ее по особо важным целям. В отряд отбирали бойцов с лучшей физической подготовкой, а так – в этом спецназе действительно был самый тяжелый физический курс во всей Армии обороны Израиля. Ракета могла действовать в трех режимах: выстрелил и забыл; выстрелил, оценил и скорректировал; выстрелил и навел. Наведение могло осуществляться в трех режимах: со спутника, с беспилотника или с земли. Последний режим активно использовал спецназ «Дувдеван», предназначенный для боевых операций в арабской среде с маскировкой под арабов. Они использовали специальный сотовый телефон, чтобы, смешавшись с толпой, навести ракету точно на дом какого-нибудь главаря Хамаса или Исламского джихада или дом, где происходит сходка боевиков.