Последний рывок - Игорь Черепнев

— Поэтому я считаю целесообразным планировать высадку десанта вот здесь, — карандаш в руке Потапова утыкается в карту. — Тут позиции двух австрийских полков, переброшенных с Салоникского фронта для доукомплектования и отдыха.

— Согласен. Учтём этот факт при планировании операции, — регент берёт инициативу в свои руки. — В десанте будут задействованы войска, участвовавшие в Трапезундской операции, то есть имеющие опыт высадки на побережье — 1-я и 2-я Кубанские пластунские бригады, 123-я и 127-я пехотные дивизии. Плюс Петроградская «морская дивизия», набранная из Георгиевских кавалеров и матросов-добровольцев Балтийского флота, а также сводный батальон Гвардейского экипажа. Руководить морскими силами будут вице-адмирал Бахирев и каперанг Кетлинский, сухопутными — генералы Свечин и Щербачёв…

То есть я так понимаю, мой батальон в веселье участия принимать не будет! Типа — рожицами не вышли!.. Интересно девки пляшут сразу по четыре в ряд!.. Готовились, тренировались, чтобы всю летнюю кампанию в тылах просидеть!

— Помимо этого в операции будет участвовать некоторое количество добровольцев. Я недавно вызывал для беседы некоторых офицеров и генералов болгарского происхождения. Но об этом позже… Денис Анатольевич, судя по выражению лица, вы чем-то недовольны? — великий князь обращает на меня внимание. — Вам там тоже найдётся занятие. Точнее, не вам лично, а половине первого Нарочанского батальона. Он же двойного состава? Прошу откомандировать разведроту, пешую штурмовую роту и часть роты огневой поддержки. Без тяжёлого вооружения, броневики и гаубицы понадобятся в другом месте. Подумайте, кого назначить командиром отряда.

— Если штурмовые эскадроны не будут задействованы, то — капитан Волгин. Когда вернётся из Бухары.

— Дольский со своими «кентаврами» будет нужен нам с вами, господин полковник, в другом месте, — интригующе добавляет Келлер. — И мы тоже без дела не останемся.

— Стратегический план кампании этого года предусматривает нанесение двух ударов — в Болгарии и в Румынии. По сходящимся направлениям, — продолжает Михаил Александрович. — И любой из ударов может стать главным. Меньшее, что мы должны сделать в Болгарии — захватить Бургас и Варну и, обеспечив плотную эшелонированную позиционную оборону, сделать их портами снабжения для предстоящей Босфорской операции. В Румынии — прорвать оборону и отодвинуть линию фронта максимально западней. Задача очень сложная и потребующая напряжения всех сил. И боевых подразделений, и тыловых интендантских служб. Поэтому, Фёдор Артурович, будет указ об ускоренном судопроизводстве военно-полевых трибуналов. Но в случае успеха окончание войны в этом году становится реальностью…

— Мы задействуем все резервы на Юго-Западном и Румынском фронтах, возможно, оттянем часть сил с Западного и Северного, — Фёдор Артурович начинает размышлять вслух. — Не соблазнятся ли германцы воспользоваться ситуацией?..

— Скорее всего — нет. Если наше наступление будет успешным, то союзники зашевелятся в Салониках. У них там пять французских, пять английских, шесть сербских и одна итальянская дивизия против двух германских, восьми болгарских и одной турецкой. Они не смогут позволить нам единоличной победы и тоже начнут наступление, снимая резервы с Западного фронта. Кайзеру выгодней дождаться удобного момента и ударить там, а не на Восточном фронте, опасаясь наших ударных частей и батальонов смерти.

— А у нас их там достаточно, чтобы выдержать гипотетический дранг нах Остен? — позволяю себе вслух немного посомневаться.

— Достаточно, Денис Анатольевич. Вы давно не были на передовой, поэтому не в курсе всех изменений. Позиции полностью оборудованы, причём в подавляющем большинстве — трудовыми ротами, составленными из проштрафившихся интендантов, земгусаров, дезертиров и прочих «героев тыла», посему снабжение отлажено, всё необходимое поступает в войска бесперебойно. Солдаты и офицеры постоянно занимаются боевой учёбой, за чем неусыпно следят коллеги Николая Михайловича по Генеральному штабу… — довольно улыбается Келлер, кивая на Потапова.

— А помимо этого стараниями коллег Петра Всеславовича среди солдат всё больше и больше зреет уверенность, что по окончании войны фронтовики обижены не будут. Ни землёй, ни всем остальным, — подхватывает эстафету генерал от разведки.

— Именно так, — подаёт голос доселе молчавший Павлов. — Как я уже вам докладывал, Михаил Александрович, планируемые высочайшие указы скоро будут иметь под собой экономическое обоснование. Это касается и земельных кооперативов, и ныне существующих общин, и машинно-тракторных станций, и…

— Господа, мне кажется, мы несколько отошли от обсуждаемой темы, — регент опускает всех на землю. — Вы же сами меня убеждали, что сначала нужно выиграть войну.

— Да… Виноват… — Фёдор Артурович на секунду замолкает, затем возвращается к главному вопросу: — Итак, мы планируем этакий «Брусиловский прорыв», но в стратегическом масштабе. И тут имеем два варианта развития событий. Первый, самый для нас желаемый — удачное развитие наступления по обоим направлениям. Второй — удар в Румынии не переходит в прорыв и выход на стратегический простор, но и не позволяет противнику перебрасывать резервы на болгарское побережье. Но Бургас и Варну мы должны взять и удержать в любом случае!..

— Вот поэтому все действия каждого подразделения должны быть тщательно спланированы и скоординированы. Иван Петрович, со связью у нас всё в порядке? — продолжает великий князь.

— Последние десять радиостанций будут готовы в течение недели.

— Денис Анатольевич, попрошу назначить нештатных радистов из первой разведроты и обеспечить обучение работе на них, — регент обращается теперь ко мне. — У ваших «призраков»-ветеранов будет очень важное и сложное задание. Именно потому, что есть опыт действий подобного рода. Подробности я сообщу позже…