Последний рывок - Игорь Черепнев

— А теперь пришёл черед мудрым словам, — сказал, отпив из чаши, Алим-хан. — Мы внимательно слушаем вас, кушбеги Насрулла.

— Повелитель, как я имел честь докладывать вам, Бухара может потерять свою самостоятельность и раствориться в просторах Российской империи. Но у нас с генералом Мир-Хайдаром есть план, как можно противостоять этому. Правда, для этого потребуются немалые денежные суммы, дабы мы смогли всемерно усилить армию эмирата, чтобы она в нужный момент могла стать соломинкой, которая переломит спину верблюда, и склонить чашу весов в нужную сторону.

— Повелитель, если помните, княжество Черногория в тысяча девятьсот четвёртом году стало единственным государством, которое выступило в союзе с Россией и устами Николы Первого объявило войну Японии, — в разговор вступил генерал-майор Мирбадалев. — Пусть это участие и было весьма условным, но мы можем использовать этот случай как прецедент. Необходимо распространить слух о том, что эмир Бухары желает поддержать своего венценосного брата великого князя Михаила и направить своих солдат против Германии. Это даст нам законный повод сосредоточиться на обучении и оснащении нашей армии современным оружием, поставку которого нам могут осуществить англичане. Но более конкретный план мы сможем представить вашему высочеству, после переговоров с эмиссаром Британского правительства капитаном Бейли, который инкогнито прибыл в Бухару и надеется на аудиенцию.

В этот момент эмир, которому почудился какой-то шорох за плотно закрытой дверью, чисто инстинктивно, как истинный восточный деспот, заподозрил измену и в расчёте на уши невидимого лазутчика вскочил со своего кресла и с гневными интонациями почти прокричал:

— А вы не забыли, генерал, что и мой покойный отец, и я своим словом не раз подтверждали те статьи договора, которые прямо запрещают нам осуществлять самостоятельные сношения с иностранными государствами? Не будет ли тем самым дан повод обвинить нас в подготовке бунта против нашего царственного друга и покровителя регента великого князя Михаила?!..

Всё это выглядело настолько искренне, что если бы среди присутствующих был великий Станиславский, то он, пожалуй, поверил бы. Но приближенные эмира, которые с молоком матери впитали в себя любовь к лукавству и умение выживать среди придворных интриг, сдобренных изрядной толикой восточного коварства, всё поняли правильно и поспешили успокоить обеспокоенного повелителя. Причем эти действия были предприняты по двум направлениям одновременно. Генерал несколькими бесшумными шагами подбежал к двери и распахнул её, демонстрируя отсутствия чужих ушей и глаз, а кушбеги, вкрадчиво, с умиротворяющей интонацией окончательно рассеял опасения Алим-хана:

— Мой повелитель, клянусь Милостивым, в наших мыслях не было даже намёка на то, чтобы уговорить вас выступить против российского регента и нарушить данное слово… Капитан Бейли — поданный его величества короля Великобритании Георга Пятого, которого с великим князем Михаилом связывают не только союзнические, но и близкие кровные узы. Мы лишь хотим сохранить Бухару, как верного друга и союзника России, и чтобы ваш голос был услышан в Петрограде…