Дыхание снега и пепла. Книга 2. Голос будущего - Диана Гэблдон

Айдан показал ему свое потайное место некоторое время назад – это была неглубокая пещера, не больше трех футов в высоту, почти незаметная на крутом склоне, заросшим молодыми дубками. Дубки теперь стояли голые, и вход в пещеру стал заметным, если знать, что ищешь. В этот момент он был особенно приметным, потому что из пещеры курился дымок, скользя, как тонкая вуаль, по скале наверху и оставляя острый запах в свежем сухом воздухе.

Йен приподнял бровь, Роджер кивнул и пошел вверх по склону, не пытаясь скрыть своего приближения. Изнутри пещеры послышались встревоженные суетливые звуки – топот и приглушенные вскрики, струйка дыма дернулась и исчезла, вместо нее с громким шипением из входа в пещеру вырвалось серое облако – кто-то плеснул на костер воду.

Йен тем временем бесшумно забрался по скале вверх и нашел над пещерой небольшую расщелину, из которой пару секунд назад струился дымок. Крепко ухватившись одной рукой за кизиловый куст, растущий на камнях, он опасно наклонился над расщелиной и, приложив ко рту вторую руку, издал устрашающий крик могавков.

Из пещеры тут же раздался перепуганный детский визг, за которым в беспорядке последовали охваченные ужасом мальчишки, спотыкаясь и в спешке толкая друг друга.

– Ну-ка! – Роджер ловко схватил за шкирку собственного отпрыска, пробегающего мимо. – Попался, приятель!

Герман с увесистым грузом в лице Анри-Кристиана, прижатого к животу, попытался было скрыться вниз по склону, но Йен последовал за ним, спрыгнув со скалы словно пантера, и выхватил у него малыша, вынудив беглеца неохотно остановиться.

Один только Айдан был на свободе. Увидев, что его товарищи схвачены, он замялся на краю склона, очевидно желая сбежать, но чувство солидарности победило, и он пошел назад, угрюмо шаркая ногами.

– Ну что, парни? Мне жаль, но ничего не выйдет, – сказал Роджер с некоторым сочувствием. Джейми грустил уже много дней подряд, оплакивая отъезд Германа.

– Но мы не хотим ехать, дядя Роджер, – сказал Герман, приняв свое самое невинное и несчастное выражение и умоляюще округлив глаза. – Мы останемся здесь, мы можем жить в пещере и охотиться, чтобы добыть пищу.

– Ай, сэр, а мы с Джемом будем делиться с ними нашими обедами, – тревожно вставил Айдан, поддерживая товарищей.

– Я принес немного маминых спичек, чтобы они могли оставаться в тепле, – горячо добавил Джем, – а еще ломоть хлеба!

– Видишь, дядя, – Герман изящно распростер руки, как бы объединяя их доводы, – мы никого не потревожим!

– О, никого не потревожите, значит? – спросил Йен с не меньшей симпатией. – Скажи-ка это свой матери, ай?

Герман рефлексивно отвел руки назад и прижал к ягодицам, защищая их.

– И о чем ты вообще думал, когда тащил сюда своего маленького брата? – спросил Роджер немного строже. – Он едва научился ходить! Два шага наружу, – он кивнул на пещеру, – и он полетит вниз, сломав себе шею.

– О нет, сэр! – возмущенно запротестовал Герман. Он пошарил в кармане и извлек кусок бечевки. – Я бы связывал его, когда ухожу, так что он не смог бы ходить без присмотра или упасть. Я ни за что бы его не бросил – я пообещал маман, когда он родился. Я сказал, что никогда его не оставлю.

По худым щекам Айдана потекли слезы. Анри-Кристиан, совершенно сбитый с толку, начал тихонько подвывать в знак солидарности, отчего у Джема задрожала нижняя губа. Он вырвался из рук Роджера, подбежал к Герману и страстно обхватил его за туловище.

– Герман не может уйти. Пожалуйста, папочка, не заставляй его уезжать!

Роджер потер нос, обменялся взглядами с Йеном и вздохнул. Он присел на камень и махнул Йену, который никак не мог определиться, как лучше держать Анри-Кристиана. Йен отдал ребенка Роджеру с явным облегчением. Ребенок, в свою очередь, ощущая необходимость в безопасности, схватил Роджера одной рукой за нос, а второй – за волосы.

– Слушай, a bhailach^[36], – начал тот, с трудом отцепляя от себя ручонки Анри-Кристиана. – Маленького Анри-Кристиана должна кормить мама. У него едва прорезались зубы, ради всего святого, – он не может жить в пещере и есть сырое мясо, как вы, маленькие дикари.

– У него есть зубы! – горячо выкрикнул Айдан, демонстрируя укушенный палец в доказательство. – Смотрите!

– Он ест пюре, – не очень уверенно сказал Герман. – Мы будем размачивать печенье в молоке для него.

– Анри-Кристиану нужна его мама, – твердо повторил Роджер, – а маме нужен ты. Как же она справится одна с повозкой, двумя мулами и твоими сестрами? Путь в Нью-Берн неблизкий, ай?

– Но ей может помочь папа, – возразил Герман. – Девочки слушаются его, даже если никого другого не слушаются.

– Твой папа уже уехал, – сказал Йен. – Он уехал вперед, чтобы у вас был дом, когда вы приедете. Твоя мама должна ехать следом со всем скарбом. Роджер Мак прав, а байлах, ты нужен твоей маме.

Маленькое лицо Германа немного побледнело. Он беспомощно посмотрел на Джемми, который по-прежнему держал его в объятиях, потом на Айдана и сглотнул. Поднялся ветер и сдул у него с лица светлую челку, от этого он стал казаться еще более маленьким и хрупким.

– Ну тогда, – сказал он и замолчал, сглатывая ком. Он очень нежно обнял Джема за плечи и поцеловал его в рыжую макушку.

– Я вернусь, кузен, – сказал он. – И ты приедешь к морю навестить меня. И ты приедешь тоже, – заверил он Айдана, посмотрев на него.

Айдан шмыгнул носом, кивнул и медленно пошел вниз по склону.

Роджер вытянул руку и осторожно оттянул Джема от друга.

– Залезай мне на спину, милый, – сказал он, – склон очень крутой. Я понесу тебя вниз.

Не дожидаясь просьбы, Йен наклонился и подхватил Айдана, который обхватил его ногами поперек туловища и спрятал заплаканное лицо в его рубашку из оленьей кожи.

– Хочешь тоже поехать? – спросил Роджер Германа, осторожно поднимаясь под весом двойной ноши. – Йен может понести тебя, если хочешь.

Йен кивнул и протянул руку, но Герман покачал головой, его светлые волосы развевались на ветру.

– Нет, дядя Роджер, – ответил он едва слышно. – Я пойду сам. – И, развернувшись, он начал осторожно спускаться по крутому склону.