Дыхание снега и пепла. Книга 2. Голос будущего - Диана Гэблдон

Прополка сорняков все-таки приносит особое чувство удовлетворения. Несмотря на изнывающую от усталости спину, этот труд дарит ощущение триумфа: тянешь неподатливый корешок, почва поддается, и вот враг повержен и безвольно болтается в твоей руке.

Земля была мягкой от недавнего дождя. Я сосредоточенно и беспощадно выкорчевывала одуванчики, кипрей, побеги рододендрона, мюленбергию, кустовые злаки, ползучий горчак и полевую мальву, которую местные называли сырной травой. Замерла на секунду, прищурившись на чертополох, поддела его садовым ножом и выдернула из грунта.

Виноградные лозы в палисадниках только начинали весенний рост, и молодые зеленые побеги, обвивающие деревянные опоры, кучерявились, как мои отрастающие волосы. Какого черта она меня остригла?! Чтобы обезобразить, не иначе!

В тени лоз буйно разрослись раскидистые кусты. Я не знала, как они называются, и за ядовитые свойства величала их «недотрогой» или «драгоценной травой», из-за крошечных цветов, белеющих бриллиантовыми гроздьями в перистых зеленых листьях. Растение было похоже на фенхель, однако не имело ни клубня, ни съедобных семечек. Красивое, но бесполезное, как раз из того разряда, что плодятся с бешеной скоростью.

Раздался тихий свист, и мне под ноги прикатился тряпичный мячик. После чего мимо промчался Ролло, подхватил свою игрушку и вприпрыжку побежал обратно, всколыхнув мои юбки воздушной волной. Я вздрогнула и, подняв взгляд, увидела, что пес скачет к Йену, неслышно вошедшему в сад.

Племянник смущенно помахал рукой, а я опять присела на корточки и улыбнулась, пытаясь скрыть бурлящее в душе раздражение. Очевидно, у меня это плохо получилось, потому что, увидев выражение моего лица, он слегка нахмурился и в нерешительности остановился.

– Ты что-то хотел, Йен? – коротко спросила я, прекратив изображать дружелюбие. – Если твой пес перевернет хоть один улей, я из него коврик сделаю.

– Ролло!

Йен щелкнул пальцами. Питомец, прогуливающийся по пасеке на окраине сада, тут же потрусил к хозяину, выплюнул мяч ему под ноги и благодушно замер, тяжело дыша и с интересом глядя на меня волчьими желтыми глазами.

Йен поднял мяч и с размаху бросил его в открытые ворота. Ролло пулей бросился следом за игрушкой.

– Я хотел кое-что спросить, тетушка, – произнес он, поворачиваясь ко мне. – Хотя, пожалуй, зайду в другой раз.

– Нет, все в порядке. Нет смысла откладывать.

С трудом поднявшись на ноги, я пригласила его присесть на скамейку, которую Джейми поставил для меня в тенистом уголке палисадника под цветущим кизиловым деревом.

– Итак?

Я уселась рядом с ним, отряхивая грязь с подола юбки.

– Кхм… Ну…

Йен уставился на свои костлявые руки, покоящиеся на коленях.

– Я… э…

– Надеюсь, ты не подхватил снова сифилис? – поинтересовалась я, припомнив последний разговор с нашим растяпой-племянником в этом самом саду. – В противном случае, Йен, Богом клянусь, я возьму шприц доктора Фентимена и церемониться не стану. Ты…

– Нет-нет! – воскликнул он поспешно. – Нет, конечно, нет, тетушка. Я про… Мальву Кристи.

Проговорив это, он так напрягся, будто ждал, что я пырну его садовым ножом.

– Слушаю, – сказала я как можно спокойней.

– Ну… Дело даже не совсем в ней. А скорее в том, что она сказала о дядюшке Джейми.

Он умолк и сглотнул. Поглощенная своими переживаниями, я совсем позабыла, что случившееся повлияло и на других людей. Йен с детства боготворил Джейми, и вполне понятно, что сплетни, порочащие честь кумира, сильно его ранят.

– Йен, не переживай.

Я утешительно положила свою измазанную в земле руку ему на плечо.

– Когда-нибудь все непременно образуется, рано или поздно.

Да только чаще бывает, что поздно, и с жуткими последствиями. А вдруг по какой-то ужасной насмешке судьбы ребенок Мальвы родится рыжим?.. Я прикрыла глаза, почувствовав дурноту.

– Ага, наверное, образуется… – неуверенно произнес Йен. – Только вот… все говорят про дядю Джейми. Даже его друзья из Ардсмура, которые знают его получше многих! Что он… Не хочу повторять, тетушка, но… Я больше не в силах слышать подобное!

Мне внезапно показалось, что у парня есть свои причины для особого беспокойства.

– Йен, – твердо и решительно заявила я, – ребенок Мальвы не от Джейми. Ты ведь веришь в это, так?

Он кивнул, не поднимая взгляд.

– Верю, – тихо ответил племянник и сглотнул. – Но, тетушка… Возможно, он от меня.

Мне на руку села пчела. Я уставилась на нее, разглядывая прожилки прозрачных крылышек, желтую пыльцу на пушистых лапках и на подрагивающем брюшке.