Мы из Бреста. Рейд выживших - Вячеслав Сизов

Он располагался на скотном дворе местного колхоза. За колючей проволокой здесь содержалось порядка полутысячи человек. По докладу Петрищева часть пленных после уничтожения охраны пыталась разобрать ограждение и рвануть на свободу. Оставленные в качестве охраны лагеря бойцы Пономарева, в недавнем прошлом сами узники таких лагерей, с огромным трудом уговорами удержали периметр. Но население лагеря бузило и шумело. Прибытие взвода Петрищева на трофейных бронетранспортерах еще больше накалило обстановку. И было отчего. Мои бойцы ходили в трофейном обмундировании. Чтобы отличать своих от чужих, мы использовали ленты белого цвета на манжетах рукавов. Но вот пленные за колючкой этого не знали и воспринимали бой охраны лагеря с моими бойцами как разборки между своими. А тут пришел взвод в полной немецкой форме и наших пограничных фуражках, установил пулеметы и начал всех строить. Вызывая по несколько десятков человек для опроса и не возвращая их назад в лагерь. Вот народ и стал бузить. Мое появление на «мерине» в сопровождении охраны и связи отрезвляюще подействовало на умы местного населения. Дабы не создавать ажиотажа и нервотрепки, пришлось дать команду всем подразделениям, кроме разведки, переодеться в советскую военную форму.

С лагерной картотекой разобрались быстро. Опытные уже. Общие принципы ведения картотеки успели освоить и где что искать знали. Задержка с фильтром была связана как раз с изучением условных знаков на карточках. Комендантские служащие уничтожить картотеку не успели. Слишком быстро все произошло. Здешняя охрана была представлена администрацией сборного пункта, охранной ротой и местной белоповязочной шантрапой. Для атаки нашего фланга немцы отправили несколько взводов, остальные держали пленных. Атака роты Маслова с ее крупнокалиберными пулеметами была столь стремительна, что местным было не до уничтожения бумаг, лишь бы ноги унести.

Большинство пленных было из частей родной 4-й армии. В основном это были бойцы 6-й, 42-й, 24-й, 55-й стрелковых дивизий, мотострелкового и танкового полков 30-й танковой дивизии. В первую очередь выдернули из-за колючки всех «добровольных помощников». Немного, всего-то около семидесяти человек. Разговор с ними был короткий… Времени было ой как мало. Поэтому, не затягивая, занялись остальными. Тут самое главное было отсутствие отметок о добровольной сдаче в плен, помощи немецкому командованию и желании сражаться дальше. Поняв, что к чему, народ активно шел на сотрудничество. Очень помогло то, что среди массы пленных нашелся скрывавшийся от немцев комсостав. Даже целый политрук присутствовал. Разговор с товарищами командирами прошел по уже неоднократно накатанной схеме. Накат – откат. В итоге тот же результат, что и всегда. Из прошедших фильтр бойцов формируется штрафная рота. Во главе нее становятся освобожденные командиры и политработники. Командовать ими будет политрук Григорьев. Все технически подготовленные бойцы направлялись к Мордасову для формирования экипажей танков и расчетов орудий. Я хотел вывезти все, что только можно. Не откладывая дело в долгий ящик, Григорьев занялся формированием роты.

Маслов взял-таки мост, уничтожил его охрану и отступающих к нему немцев. Рота потеряла двадцать человек убитыми и ранеными. Вот ему и пошло пополнение из лагеря.

Сафонов тоже оправдал доверие. Его десантная партия захватила оба моста и нанесла артиллерийский удар по немецкому батальону, атаковавшему роту Пономарева. Воспользовавшись этим, пономаревцы перешли в наступление и опрокинули врага. На плечах отступающих бойцы ворвались на станцию Рейтанов и вели бой с остатками гарнизона. Сама железнодорожная станция не пострадала. На путях был захвачен железнодорожный состав с армейским имуществом. Немцы оправдали мои самые негативные мысли. Прислали со стороны Барановичей девятку «Лаптежников». Нас в Городищах они проигнорировали. Построившись в круг, занялись ротой Пономарева. Но, нарвавшись на огонь зениток и пулеметов, потеряв самолет, упавший за лесом, сбросили, куда придется бомбы и ушли назад несолоно хлебавши. Правда, потери в роте все равно были значительными. Около шестидесяти человек погибло и получило ранения различной тяжести. Погиб и «Т-26», поддерживающий роту.

Козлов из засады расстрелял автомобильную колонну, шедшую со стороны Павлюковщины к переезду у Городищ. Вторую колонну он разнес уже во взаимодействии с разведчиками и саперами. Три танка и десяток грузовиков с пехотой спешили со стороны Слуцка. Доспешились. Симпатичные костры и десятки трупов остались на дороге. Немецкие крупнокалиберные пулеметы доказали свою эффективность в борьбе с техникой. Прошивали борта, как картонные. Но и мы потеряли два Т-26. Пленные сообщили, что они из состава полицейского батальона, расквартированного в Слуцке и Клецке. Кроме них в Слуцке расположены пехотный и артиллерийские полки охранной дивизии, силы вспомогательной полиции, госпиталь, тыловые и ремонтные подразделения. Пояснили они и расположение лагерей для военнопленных. Один располагался на улице Карла Либкнехта, на территории военного городка. Второй на северной окраине города. Там содержалось порядка двенадцати тысяч военнопленных. Рассказали и о расположении других интересных объектов, в том числе гетто и гебитсткомиссариате.

Радовался ли я нашим победам? Глупый вопрос. Конечно! Но червь сомнения грыз меня изнутри. Все это было похоже на поддавки. На нас бросали небольшие и разрозненные силы. Мы их били, теряя технику и подготовленных людей. Главное – теряли время, работавшее теперь против нас. Немцы знали, где мы, примерно сколько нас, теперь могли собрать свои силы в ключевых местах и заняться нами вплотную. Надо было найти решение, чтобы сорвать их планы. Вновь отвлечь от нас. Выиграть время. Потери в личном составе и технике мы компенсировали за счет захваченных складов и освобожденных пленных. А вот время….

Видимо, настало время удара по Ляховичам, и наносить его будут штрафники. Народ мотивированный и злой. Оружием, боеприпасами, продовольствием и обмундированием мы их обеспечим. Нам самим все не увезти. На чем туда добраться, тоже найдем. Эшелон, стоящий на путях, частично загруженный металлоломом из нашей сгоревшей и разбитой техники, вполне для этого подойдет. Артиллерию и личный состав на нем можно комфортно разместить. До определенного момента их поддержит огнем летучка Сафонова. Задача у них будет простой – захватить железнодорожную станцию Ляховичи, уничтожить имеющийся там гарнизон, взорвать автомобильные и железнодорожные мосты через реку Ведьма. Затем, двигаясь по шоссе в сторону Клецка, продолжить уничтожение мостов. Этим блокировать движение по железнодорожной магистрали Барановичи – Лунинец и автомобильной дороге Барановичи – Тимковичи.

Рота Пономарева и часть захваченной бронетехники пойдут от Русиновичей напрямую к Клецку, уничтожая по пути все местные гарнизоны и мосты. Там, соединясь с отрядом Григорьева, будут дальше действовать совместно. Пока немцы будут гоняться за ними, мы успеем решить свои задачи.

После взятия Ляховичей летучка Сафонова, уничтожая мосты и железнодорожное оборудование – стрелки, водокачки и тому подобное, отступит к Городищам. Здесь на переезде летучку придется уничтожить. Этим заблокируем автомобильную дорогу на восток.

Рота Козлова, пополненная бронетехникой, вместе с разведчиками пойдет на Слуцк. Следом, дождавшись группу Сафонова, пойдет и основная колонна. Очень уж нам надо попасть в район Слуцка. Согласно полученной из Москвы шифровке, там нас ждет связной из Центра. Не забыл Серега, как пользоваться справочником по вермахту. Не зря я его в Тамбове купил и все время с собой таскаю.