Черная война - Александр Конторович

Ну, ты и разогнался! Щас, пошли мы, как же!

– Обожди, любезный, – осадил я его. – Где дядька Гнат?

– Так от – я!

Ну, ежели ты наш клиент, то я – папа римский!

– Ворот расстегни.

– Шо?

– Рубаху, говорю, расстегни, понял?

Он с готовностью расстегнул воротник. Нате-здрасте – шрам! Крестообразный, как и описано. Только… такое впечатление, что сделали его не очень давно и какой-то он… нарочитый, что ли? Будто рисовали… Стоп! У клиента шрам от штыка, а здесь? Этот шрам словно действительно нарисовали или вырезали на коже. Еще раз – стоп. Если это настоящий шрам, ямка быть должна в центре, а здесь?

– Охота шутки шутить, любезный? – процедил я сквозь зубы. – Ну, так и шуткуй их тут в одиночестве. А мы себе другое место и других людей отыщем, посерьезнее…

Я приподнялся, кивнул Витьке:

– Пойдем!

Мы отошли шагов на десять. Наши собеседники остались за спиной.

– Сдурел? – Это Мохов. – Майор сказал – на месте ждать!

– Это подстава! Шрам у него неправильный!

– И что? Уходим?

– Если сейчас с ними пойдем – кранты! На месте останемся и в разговор втянемся – поймут, что мы не те, кем назвались, раз на подделку купились. До края площади дойдем, если никто за нами не пойдет – идем к тайнику. Кто-то за нами пойти все равно должен. Там и поглядим.

– Смотри – сейчас ты старший, с тебя и спрос будет.

Мы прошли еще метров пятьдесят. Вон за прилавком уже и край площади видать.

– Уважаемый!

Кнутоносец! Догнал-таки!

– Ну?

– Что так резво-то уходите? Нехорошо это, не принято здесь у НАС так…

– У НАС тоже не принято серьезным людям сказки рассказывать. Издалека идем, устали, а тут вместо старшего неведомо кто пришел…

– Ошибся человек, вы уж простите его. Всякое бывает, вон как сейчас всем трудно.

– Так и что ж ты от нас ТЕПЕРЬ хочешь, мил человек?

– Так, может, пойдем куда? Сядем, поговорим? Может, и закончатся все наши непонятки-то?

– Вот что, уважаемый, никуда я с тобой больше отсюда не пойду. И не проси. Вон пива спросим, перекусим, да и домой. И если мы тут кому нужны, то пускай он уже САМ сюда приходит, и никак иначе. А тут уже Я посмотрю – кто таков к нам пожаловал. И есть ли резон с ним вообще о чем-то говорить…

Прикупив семечек, мы двинулись на прежнюю позицию. Метрах в пятидесяти я увидел Даура, он азартно спорил о чем-то с местным мужичком.

Прошел час. К нам никто так и не подходил. Однако же коренастый с площади не ушел, крутился где-то поблизости. Пару раз я его видел.

– Дядько! Молока не возьмете?

Я обернулся.

Около меня стояла молоденькая девчушка с корзинкой в руках. Из корзинки выглядывала заткнутая кочерыжкой бутылка с молоком. Простенькое ситцевое платье, маленькие косички… Маринка!

– Почем?

– Сторгуемся, не дороже денег!

– Экая ты шустрая! Ну, давай, наливай свое молоко, бутылку-то мне девать некуда, сама видишь – руки пустые, сумки или мешка нету.

– Это мы мигом! – Маринка поставила корзинку на землю и вытащила из нее жестяную кружку. – Держите.

Я взял кружку, и она налила мне туда молока.

– Пейте!

Я поднес кружку ко рту.

– Пейте и не показывайте виду. Вас ведут, на площади не менее шести человек вокруг вас. Четверо пришли недавно, все с одной стороны. С оружием, как минимум один автомат у них есть. Возможно, еще кто-то есть, они оставляют свободным вон тот участок. Видите разрушенный дом?

Я угукнул.

– Со стороны этого дома их никого нет. Это не просто так. По всей видимости, там еще один автоматчик или несколько – они не перекрывают ему сектор стрельбы. Понятно?

– Угу.

– В случае заварушки уходите к колодцу. Старайтесь быть на стороне, обращенной к каланче. Слева вас прикроют бревна, спереди колодец. Все.

– Держи, – я протянул ей кружку. – Вкусное у тебя молочко, да и ты сама очень даже ничего. Вот деньги, бери.

– Ой, да много это за кружку-то!

– Ниче, я, чай, не жадный нынче.

– Спасибочко вам! – и подняв корзинку, она отошла в сторону.

Отлично, значит, клиент зашевелился. Похоже, что с площади уходить нам не потребуется. Во всяком случае – сейчас. Пододвинувшись к Витьке, я коротко обрисовал ему ситуацию. И ему это не понравилось.

– Хреново. Если на площади уже есть шестеро, да и клиент не один придет…

– Что ты предлагаешь?

– План майора. Вариантов нет. Надо выводить его к пакету, там наверняка майор что-то предусмотрел.

– Как бы ребят предупредить?

– Нам – никак. Будем надеяться, что Тигрица что-нибудь придумает. Ее тут, похоже, и вовсе не замечают.

Грохоча по булыжнику ободьями, на площадь въехала телега. В ней, кроме возчика, сидело двое мужчин. Лежали какие-то мешки, бочонок. Подъехав к колодцу, телега остановилась.

– Ну вот, уважаемый, – нарисовался около нас кнутоносец. – Вот и приехали старшие. Теперь и поговорить можно.

Сопровождаемые им, мы подошли к телеге. Возница, положив на колени пиджак, пришивал пуговицу и на нас внимания не обратил. Зато его пассажиры проявили к нам самое живейшее участие.

– И кто ж у нас тут такой невежливый? – поинтересовался один из них. – В гости приходя, негоже хозяев обижать.

– Так и гостей дураками считать – не очень вежливо.

– Хм, вот, значит, кто тут у нас такой говорливый. А пряжка на тебе есть?

– Глянь, коли не лень, – и я развел в стороны полы пиджака.

– Есть, – кивнул головой собеседник. – Ну, говори, что от меня хотел?

– Так и вы мне кое-что показать должны.

– Это что же?

– Опять за рыбу гроши? Только уж один тут так дурака валял. Может, хватит?

– Хватит так хватит, – вмешался в разговор второй. – Это ты видеть хотел?

Он расстегнул ворот рубашки. Да, этот шрам явно был настоящим, такое без риска для жизни не подделать. Рост – соответствует, цвет волос – похож, голос – низкий, так, как и в ориентировке написано, глаза – карие. Клиент? Похоже… Лицо бледное – долго не был на свету? Да, похоже, вон он как прищуривается. А второй тогда кто? Телохранитель? Да, вот у него и ствол за поясом.

– Это.

– Более я тебе ничего не должен?

– Нет.

– А у тебя должок есть. Что ты мне передать должен сейчас?