Черная война - Александр Конторович

– Да! Слушаю вас?

– Александр Сергеевич?

– А кого еще вы тут надеялись застать? Я это.

– Очень приятно! Киреев моя фамилия. Олег Николаевич. Я руководитель медицинской группы, которая…

– Препарировать будете? Травников предупредил, что вы ребята веселые.

– Хм… Да, с юмором у вас все в порядке. Нет, препарировать пока незачем, а вот проверить и подлечить не помешает. Вы как – свободны сейчас?

– Ну, пока не припахал еще никто, вы первый.

– Так и не будем больше никого дожидаться. А то вдруг да образуется в окрестностях еще кто-то, кому вас позарез увидеть надо? Машина за вами вышла, встречайте.

– Оружие с собой брать?

– Да хоть пулемет на колесиках тащите! Будет чем техникам заняться, а то они от безделья дурью маются. Хотя зачем оно вам? При таком количестве охраны на квадратный метр я на вашем месте тут бы в плавках и с зубной щеткой разгуливал.

– А зубная щетка тогда зачем?

– Хм… Похоже, что мы с вами сработаемся.

Серая «Волга» подошла через пару минут. Мы с Антоном и парочкой его ребят туда загрузились и вскоре уже тормозили на стоянке около «хитрого домика». На ступенях стоял симпатичный парень лет тридцати, с вьющимися темно-русыми волосами. Увидев подъезжающую машину, он сбежал вниз. Быстро бежит, ровно, видать, тренирован неплохо. Скорее всего, борьба, какая? Он ловко обогнул, почти обтек по касательной столб, поддерживающий козырек над входными дверями. Движется пластично, привык к круговым обходным движениям – айкидо?

– Александр Сергеевич?

– Я. А вы, надо полагать, Олег Николаевич?

– Можно просто – Олег. Вы все же старше меня, почти на двадцать лет.

– Добро.

– Пулемет не привезли?

– В машину не влез.

– Ну, тогда и без него обойдемся. Пойдемте, покажу вам наше хозяйство.

Хозяйство оказалось неожиданно большим, дом, оказывается, имел еще три подземных этажа. И битком был забит разнообразнейшей аппаратурой, назначения которой я даже и не смог предположить.

Антон с ребятами следовали неотступно. Даже в кабинет, куда мы с Олегом собирались заходить, сначала заглядывал один из них. После чего он обычно оставался у ближайшего окна или около двери, если окно отсутствовало. Остальные дежурили в коридоре. Судя по всему, они твердо вознамерились не выпускать меня из виду ни на секунду.

– Олег, ты какой борьбой занимаешься? – спросил я у него, улучив минутку, свободную от пояснений.

– Ушу. Четыре года занимался. Сейчас айкидо, уже год как начал. А что?

– Да ничего, просто внимание обратил на твою походку. Манера препятствия у тебя обходить заметная, внимание привлекает сразу.

– Надо же! А у вас что за плечами?

– Да я и не помню всего-то. Самбо, тэквондо годик отзанимался, карате – сам Штурмин обучал, повезло. Ну и так еще, этот покажет, другой… Понемногу вот и набрался опыта.

– Интересно. Покажете что-нибудь?

– Да когда же? Вы меня тут как запряжете, так и не дохнешь небось?

– Зря вы так думаете. Нам ваше поведение в естественной обстановке интересно, при наличии разных раздражителей, так что борьба тут – самое то! Ну, да сами все увидите.

После длительной экскурсии по различным кабинетам меня отдали в руки двух симпатичных медсестер, которые с ходу приступили к проведению первичного осмотра. Для начала меня исследовали чуть не с лупой в руках, деловито описав все особенности моего телосложения и только что не пересчитав волоски на теле. Замерили и сфотографировали все шрамы на теле, пересчитали все царапинки и родинки, описав местоположение каждой из них. После чего настала очередь всевозможной аппаратуры. Начали с компьютерного томографа. Сей чудный агрегат я увидел впервые и был даже слегка разочарован. По рассказам, этот аппарат представлялся мне чем-то колоссальным и впечатляющим, размером чуть ли не с дом. Так что сначала я был даже слегка удивлен несоответствием реального аппарата и воображаемого.

– Олег, объясни мне, за каким рожном у меня тут все волосы пересчитывают?

– Это необходимо, – серьезно ответил он. – Вот у вас шрам на левом боку – откуда это? В истории болезни у вас этого не отмечено. Я имею в виду – до выписки из госпиталя. Да и при поступлении туда его тоже не зафиксировано. Операции вам там не делали, откуда шрам-то взялся?

– Ну… узбек этот, будь он неладен, вроде бы сюда и стрельнул.

– Да, этот шрам похож на пулевое ранение. Но при попадании в такое место… в обычной ситуации нашего разговора уже не было бы. Так что некоторые ваши действия там могут иметь зримое воплощение уже здесь. Это, знаете ли, тоже некоторым образом косвенное подтверждение ваших похождений. Мало ли что с вами еще может произойти? Вы же у нас человек необычный.

– Ну… хвост вроде бы еще не вырос. Или я чего-то не заметил?

– Этого наши девушки не пропустили бы. Я полагаю, что ваша необычность внешних проявлений не имеет. Ну, да еще не вечер. Успеем вместе над этим подумать.

Мытарства прервались только на обед, после чего успевшие отдохнуть медики взялись за меня с новой силой. Я и не подозревал, что существует на свете такое количество аппаратуры для исследования человеческого организма. Закончили мы только в семь вечера, после чего машина отвезла нас домой. Быстро поужинав, я, затребовав машину, рванул в спортзал. В этот раз нам организовали еще и баню.

С утра все пошло по накатанной колее. По истечении трех дней я понемногу втянулся в этот ритм, и когда однажды утром серая «Волга» не появилась у крыльца, я поинтересовался у охраны: почему? Ответ меня несколько обескуражил – воскресенье. Надо же, а я и забыл, что существуют выходные.