Дом в Тополином Лесу - Кэтрин Ормсби

Гретхен упёрла ладони в пол и открыла глаза. Эйса по‐прежнему лежал на кушетке, неподвижно, будто мертвец. Госпожа Страсть склонилась над ним и убрала пряди волос у него со лба, словно перед ней лежал маленький мальчик, нуждающийся в заботе и ласке. Госпожа Память стояла неподалёку и пристально смотрела на Эйсу.

Вдруг Эйса зашёлся громким, удушливым кашлем. – Эйса! – Гретхен вскочила на ноги и кинулась к брату.

– Ого, – хрипло сказал он. – Да ты и впрямь можешь проводить Ритуалы!

– Да ну тебя! – шутливо одёрнула его Гретхен. – Ты жив! Это главное!

Она стянула с него окровавленные полотенца и застыла на месте. Кровотечение не прекратилось. Тонкие красные ручейки по‐прежнему сочились из кожи.

– Что это такое?! – вскричала Гретхен. – Откуда опять кровь?

– Господин Смерть не солгал, – мягким, успокаивающим тоном сообщила госпожа Страсть. – Камню Желаний никак нельзя помешать.

– Что?! – Гретхен в отчаянии посмотрела на бледное лицо брата. – Нет! Не может быть! Мы провели Ритуал, мы изгнали господина Смерть! Всё не может вот так закончиться! Это… это нечестно!

– Дорогая моя, – продолжала госпожа Страсть. – Заветным желанием твоего брата была смерть, и Камень Желаний исполнил его волю. Помешать этому невозможно. Твой брат проживёт до тех пор, пока не появится новый господин Смерть, который навсегда заберёт его жизнь.

– НЕТ! – Гретхен с силой ударила кулаками по краю кушетки. – Наверняка ещё можно что‐то сделать! Вы же Тени! Вы – хозяева Камня Желаний. Если кто тут и может помочь, то только вы! Так помогите! Сделайте так, чтобы всё снова наладилось! Спасите его!

Госпожа Память подняла глаза на госпожу Страсть. Казалось, они беззвучно переговариваются о чём‐то. А потом они обе повернулись к Гретхен и одновременно покачали головами. Гретхен повернулась к братьям Викери: Ли стоял на улице, у окна, а Феликс сидел на полу. Вид у них был такой же беспомощный и непонимающий, как у неё самой.

– Но… но ведь он мой брат! Он заклинатель! Неужели для вас это пустой звук?

Госпожа Память окинула взглядом тело Эйсы, и её лицо исказила гримаса отвращения.

– Нам нет дела до заклинателей из семейства Уипплов. Господин Смерть злоупотребил своими полномочиями, но ведь и твой отец тоже. Возможно, будет только лучше, если род Уипплов прекратит своё существование. Пусть их место займёт новое семейство заклинателей.

– Я желал… желал… вовсе не смерти…

Эйса был бледен как мел, слабые, хриплые вздохи сотрясали его грудь, но он заговорил, хоть и с большим трудом. А потом тихо кашлянул в кулак, окропив костяшки пальцев кровавыми каплями.

– Всё это время… я мечтал… освободиться от фамилии Уиппл. – Дрожащим пальцем он указал на близнецов Викери. – Поглядите на них. Они чудаки и, по сути, отшельники. Но их жизнь не вписана в политические игры. Отец ошибался. Это помощники Теней трудятся на благо города, а не ради себя. Как Эсси, которая делала только то, что ей приказывали. И хотела лишь одного – свободы. Мы с ней оба мечтали освободиться от нашего прошлого.

– Эйса, ты никогда мне об этом не рассказывал, – сказала Гретхен. – Я ведь ничего не знала…

– Хватит с нас людских проблем, – нетерпеливо перебила их госпожа Память, обращаясь к госпоже Страсти. – Пойдёмте, больше нам тут делать нечего.

Гретхен лихорадочно думала, что же предпринять. Она схватилась за край кушетки. В голове вспыхнула новая, восхитительная идея.

– Эйса! – воскликнула она. – Если это и впрямь твоё самое заветное желание, то можно зайти с другой стороны! Не обязательно умирать, чтобы избавиться от фамилии Уиппл. – Она повернулась к Теням. – Как вы не понимаете? Умирать ему ни к чему. Можно просто перестать быть Уипплом. А стать, к примеру, Хастингом!

Госпожа Память прижала бледную ладонь к виску – казалось, её очень удивило неожиданное предложение Гретхен. Зато госпожа Страсть внимательно посмотрела на Гретхен:

– Что же ты предлагаешь, юная Уиппл?

Гретхен указала на госпожу Страсть:

– После гибели Эсси вам наверняка нужен новый помощник. А мы, Уипплы, уже немало знаем о вас, Тенях. Поэтому обучить Эйсу всем премудростям вашего мастерства будет гораздо проще.

Губы госпожи Страсть сложились в аккуратную букву «о».

– Ты что же, предлагаешь, чтобы этот мальчишка заменил мою дорогую помощницу?

– Как же вы не понимаете! Если он возьмёт фамилию Хастинг, он перестанет быть Уипплом! Если… если, конечно, сам того захочет… – Она с мольбой посмотрела на брата.

Эйса по‐прежнему хрипел и то и дело слабо кашлял в кулак.

– Знаю, это вовсе не то, чего ты хотел, – сказала Гретхен. – Но ты ведь сам говорил: Камень Желаний поступает так, как ему вздумается. Что всё не всегда складывается, как хочется людям, что они погибают. Но тебе ни к чему умирать! Особенно если твоим заветным желанием всегда было стать Хастингом.

Она взяла брата за руку и разжала его окровавленные пальцы, под которыми обнаружился Камень Желаний.

– Загадай это, Эйса, – попросила она шёпотом. – Пусть это станет твоей заветной мечтой. Прошу.

Эйса закрыл глаза. Он вновь крепко сжал Камень Желаний, прерывисто дыша. Гретхен посмотрела на госпожу Страсть.

– Это ведь может помочь, правда?

Эйса затих. Затаив дыхание, Гретхен смотрела, как поднимается и опадает его грудь. А потом, к её изумлению, госпожа Страсть потянулась к Эйсе и положила ладонь на его изнурённое лицо.

– Что вы делаете?! – вскричала девочка.

– Забираю его себе, – ответила госпожа Страсть. На глазах у Гретхен лицо Эйсы медленно порозовело, а потом стало таким же красным, как накидка госпожи Страсть. А потом она отступила. И хотя кушетка и сама Гретхен были все перепачканы кровью, таинственное кровотечение остановилось. Эйсе стало заметно лучше. Он медленно сел. Он был вновь полон жизни, как в ту минуту, когда они с сестрой ссорились на лестнице. Гретхен даже показалось, что столько энергии она в нём отродясь не видела.

Она с радостными криками заключила брата в объятия. От её прикосновения он сперва заметно напрягся, но совсем ненадолго.

– Почему ты никому не рассказывал о том, что произошло с Эсси? – прошептала Гретхен. – В её гибели нет твоей вины.

Эйса опять напрягся:

– Никто бы в это не поверил. Мне бы никто не поверил. Даже папа. Думаю… Думаю, он что‐то подозревал. Думаю, отчасти из‐за меня он и решил обставить всё как несчастный случай.

Гретхен хотела было возразить, но потом подумала: а может, Эйса прав? Жители Бун-Риджа видели только то, что хотели видеть. Вряд ли они поняли бы, что Эсси Хастинг сгубила тринадцатилетняя война между Тенями и страшная сделка, которую их мэр заключил множество лет назад. Вряд ли они поняли бы, что Эйса с этой его недоброй ухмылкой и любовью ввязываться в драки потехи ради сумел полюбить кого‐то всем сердцем.