Метро 2035: Муос. Чистилище - Захар Петров

– …Вы, господа будущие офицеры, конечно же, ожидаете, что здесь вас будут учить каким-то хитрым секретным приемам и техникам ведения войны…

Дедок, хитро улыбаясь, сделал паузу и весело подмигнул курсантам. Насладившись ожиданием на их лицах, он, растягивая слова, продолжал:

– Нет, дорогие мои! У нас – гражданское заведение, и ничему такому здесь не учат. Да и каким-таким премудростям ведения войны учить вас, прошедших столько боев? В этом вы уже давно сами себе учителя и ученики. Но! Вы становитесь офицерами, а значит, должны быть выше тех солдат, командовать которыми будете. И прежде всего вы должны быть выше по уровню интеллекта, уровню своего образования. Коли вас отобрали, значит, вы уже сильнее своих коллег физически, лучше деретесь и стреляете. Но вы должны стать еще и умнее их, вы должны знать об этом мире больше своих товарищей. А ведь в этом мире есть много такого, что совсем не связано с войной! До Последней Мировой, чтобы стать офицером и командовать солдатами, надо было учиться пять лет. Пять лет! Офицер становился прежде всего интеллигентом, психологом, а уже потом боевым командиром. Конечно, у вас будет несколько спецкурсов, связанных с вашей работой, в преподавании которых нам любезно окажут помощь наши друзья из Штаба. Поэтому формально вы считаетесь курсантами Академии. Но в основном вы будете изучать именно общие науки, как обычные студенты Университета… Это большие блоки дологии и вневедения, азы философии, прикладную психологию, управленческие спецкурсы, биологию Муоса, основы безопасности…

Вера не выдала своего удивления, чего не скажешь об ее однокашниках. Кто-то хмыкнул, двое стали недовольно перешептываться. Еще бы: они – одни из лучших воинов Муоса – шли сюда, чтобы научиться воевать еще лучше, а им предлагают полгода корпеть над учебниками, изучая совершенно бесполезные творения писарей-бездельников. Целых шесть месяцев потратить непонятно на что, одновременно теряя свои военные навыки. А в это время их товарищи будут гибнуть, выполняя опасные задания! Вера внимательно посмотрела на генерала. Этот здоровяк совершенно нелепо смотрелся рядом с худосочными и низкорослыми университетскими клерками. До сих пор он молчал, мрачно рассматривая свои здоровенные кулачища, выложенные прямо на стол. Нетрудно было заметить, что он не совсем уверен в полезности такого шестимесячного времяпрепровождения его подчиненных. Услышав ропот в аудитории, генерал Дайнеко медленно поднял свою голову и гаркнул так, что дедок вздрогнул, а тетка от испуга отшатнулась в сторону, чуть не упав со стула:

– Встать!

Курсанты вскочили, вытянувшись в струнку. Генерал налитыми кровью глазами уставился на стоявшего у первой парты армейца, которого он застал шептавшимся со своим коллегой. Несколько секунд звонкой тишины прекратил опять же голос генерала, сдержанный, но от этого не менее страшный:

– Если кто-то чем-то недоволен – рапорт на стол и пошли вон в свои подразделения дальше воевать. Но уже никогда вы сюда не попадете – это я вам обещаю! Итак, я спрашиваю, кто-то не хочет здесь учиться? Отвечать!

– Никак нет, товарищ генерал, – не совсем синхронно ответили пять голосов.

– Ладно, идем дальше. Вы будете не только учить то, что вам скажут профессора, но будете это учить очень старательно, намного лучше штатских. Понятно?

– Так точно, товарищ генерал, – почти в один голос ответили курсанты.

– А у тебя, – генерал даже не посмотрел на бедного армейца, но тот не сомневался, что речь идет именно о нем, – я лично приму экзамен. И будь уверен: будь то психология или дология, у меня хватит знаний, чтобы тебя протестировать как следует. Ты понял?

– Так точно, товарищ генерал, – покрываясь потом, ответил армеец.

Генерал разрешил курсантам сесть и, повернувшись к профессору, едва заметно кивнул головой, как бы разрешая продолжить. Тот, еще не отойдя от шока, дрожащим голосом сообщил:

– Я, собственно, все сказал. Ирина Васильевна продолжит.

Тетка затараторила, желая быстрее выпалить все:

– Вы считаетесь курсантами Академии Штаба. Но фактически вы будете студентами Университета. Вам придется на время снять свою форму, чтобы не смущать других студентов, и выбрать себе студенческие комбинезоны. У нас есть так называемая казарма, вернее, отдельная комната на шесть коек специально для курсантов. Мужчины будут жить там. Но, насколько я знаю, среди принятых в Академию есть одна девушка…

Оба армейца, которые после краткой речи генерала не шевелясь, вытянув в струну спины, сидели за первой партой, после этих слов не выдержали и обернулись назад, ища среди убров лицо другого пола. Оба удивленных взгляда остановились на Вере, как наиболее подходившей по внешним признакам под определение «девушка». Они, конечно, слышали о том, что в спецназе служит девушка, наверняка с другими армейцами смаковали предположения насчет того, как она оказалась в спецназе и за счет чего она там держится, но вот то, что она вместе с ними поступит в Академию, – этого они явно не ожидали. Впрочем, долго выдавать свою реакцию по данному вопросу они не решились и, встретив равнодушный взгляд Веры, сразу же отвернулись, заняв прежнее положение «сидя смирно». А замдекша тем временем продолжала, обращаясь к Вере:

– Я слышала, что в Урочище вы жили в одной казарме с мужчинами. У нас это, знаете ли, как бы не принято. Просто чтобы не было разных там разговоров у студентов. И поэтому я надеюсь, что вы не будете против, если мы вас поселим в женской части общежития с другими студентками.

Вера равнодушно пожала плечами, чем очень обрадовала тетку. Обращаясь уже ко всем курсантам, она продолжила:

– Вы будете получать студенческий паек, а также немного белкового дополнительного питания: козий сыр утром и козье молоко вечером. Но на имеющиеся у вас муони вы сможете докупать продукты в столовой университета. Выход за пределы Университета, а равно любое общение, в том числе и переписка с внешним Муосом, категорически запрещены. Вы, как и другие студенты, должны оставить все свои проблемы за гермоворотами Университета – все равно в ближайшие полгода вы их решить не сможете, как бы ни терзались этим. А любое общение, любая не связанная с обучением информация, будет отвлекать вас от главной цели – за короткий срок получить максимум знаний. Может, кому-то это покажется неправильным, но вы должны принять за истину: здесь все создано для того, чтобы стать хорошим специалистом, в вашем случае – офицером и командиром. Это единственная задача для вас на ближайшие полгода. Вы получите расписание занятий. Никто не будет специально отслеживать, ходите вы туда или нет, но пропуски занятий считаются оскорблением преподавателю.

– Пусть попробуют пропустить, – снова рявкнул генерал, чем озадачил докладчицу. После этого она долго мялась, так как пришло время затронуть еще одну щепетильную и самую неприятную для нее тему.

– Знаете ли… Мы объясняем это всем студентам… и курсантам тоже. Дело в том, что здесь у нас живут рядом и юноши, и девушки. Концепция внеучебной жизни Университета не позволяет нам налагать какие-то строгие ограничения на их… в смысле, ваше… времяпрепровождение. Вы – взрослые люди и должны думать обо всем наперед… У нас иногда случались пары, иногда девушки беременели, в чем нет, собственно, ничего плохого… Но вы должны запомнить одну вещь: Инспекторат Республики заранее планирует, в какое поселение должен попасть каждый из специалистов после окончания учебы. И они попадут именно в эти поселения – каждый в свое, несмотря ни на какие обстоятельства. Влюбленность, беременность и рождение ребенка не являются исключениями из этих правил. Шансы когда-нибудь оказаться и жить в одном поселении у этих пар ничтожны…