Кремль 2222. Тобольск - Константин Кривчиков

Если Павел и Зюб прорвались, значит, их надо искать за пределами Зоны. Утром, побывав у западных ворот Зоны, он немного осмотрел местность. И вроде бы наткнулся на следы Сновида. Точнее, на следы сапог с набойками, которые он видел перед этим еще в некоторых местах: у подбитого танка и у развалин водонапорной башни.

Но отпечатки обуви у западных ворот были не очень четкие. Оно и понятно: во-первых, песчаная почва; во-вторых, оставлены вчера; в-третьих… Не успел он толком осмотреть эти отпечатки. Появилась транспортная телега с автоматчиками, и ему пришлось уйти, чтобы не нарываться на неприятности.

И еще один момент – он не нашел там следов спира. Что, впрочем, неудивительно. Спиры очень легкие сами по себе и умеют ходить, практически не оставляя следов. Диверсанты, они и есть диверсанты. Вот если бы пошариться в окрестностях, поискать более четкие отпечатки сапог Павла. И, возможно, наткнуться на признаки присутствия Зюба… Но получится ли?

Он глянул в сторону ямы. Охранник уже отошел от одноногого нео и сейчас разговаривал с другим «полицаем», как выражался Хрыч. Сто сколопендр удильщику в задницу! Неужели смотрят в его сторону?

До «полицаев» было примерно пятьдесят-шестьдесят метров. Бортник опустил голову и исподлобья огляделся. Похоже, его миссия в Мертвой Зоне подходила к концу. И становилась все более опасной.

От склада медленно отъезжала телега. На ней стояло с десяток деревянных ящиков. Один охранник с автоматом сидел спереди, держа в руках вожжи. Второй примостился рядом на доске, заменявшей сиденье. Третий автоматчик удобно устроился на заду телеги, свесив ноги. Та-ак…

Бортник не спеша, прогулочным шагом дошел до трактира и свернул за него. Задняя стена павильона упиралась в руины. Когда-то здесь, похоже, стояло длинное двухэтажное здание. Но сейчас от него сохранились лишь кучи битого кирпича, смешанного с песком и землей.

Ворон рассказал, что на месте Зоны в очень давние времена располагалась тюрьма. Вероятнее всего, сейчас он наблюдал развалины одного из тюремных корпусов. Когда-то его выстроили продолговатым прямоугольником с востока на запад.

Правее, в направлении с юга на север, тянулись еще одни развалины, по очертаниям напоминавшие стену. Некогда они примыкали к развалинам тюремного корпуса, образуя угол. Но сейчас это место, на стыке корпуса и стены, было расчищено от мусора. Там и находился западный проход, шириной примерно в четыре метра.

Дальше, уже за руинами, по границе Мертвой Зоны шли проволочные ограждения. Бортник рассмотрел это в деталях около часа назад, когда бродил с наружной стороны Зоны. Сейчас, взяв от трактира наискосок, он направлялся к ограждению изнутри.

Дойдя до прохода в развалинах, «горный» остановился и взглянул направо. Двигаясь вдоль руин бывшей тюремной стены, к нему приближалась транспортная телега с автоматчиками. Так, подумал, Бортник, поехали.

Он посмотрел вперед. Между руинами стены и проволочным ограждением лежала широкая полоса «нейтральной земли», заросшая кустами-кровопийцами. У закрытых ворот топталось двое «полицаев». Один из них – с густой рыжей бородой – заметил Бортника и спросил:

– Тебе чего, мужик?

Бортник покачнулся и нетвердым шагом направился к воротам.

– Парни. Я тут это… – заговорил, изображая пьяного. – Выход я ищу. Выпустите меня, пжалста.

Теперь на него смотрели оба охранника.

– Ха, – сказал «рыжий». – Ну ты, мужик, набрался. В трактире, что ли, сидел?

– Верно, в трактире. Смешно у вас тут.

– И чего ты, дятел, смешного нашел?

– Как чего? Эти самые бегают, – Бортник изобразил рукой расстояние от земли. – Коротышки. В шерсти все, а надо же – разговаривать умеют. Шайны называются.

Он громко икнул.

– Не шайны, а гао-шайны, – назидательно поправил «рыжий». – Ты, мужик, настоящих шайнов не видел.

– А в чем разница?

– Ха! Сходи на берег, там тебе быстро разницу объяснят.

– Кто?

– А ты не знаешь, кто у нас тут вчера объявился?

– А кто объявился? Я ничего не знаю. Ни-че-го.

– Э-э, да ты, я вижу, давно не просыхал.

Бортник услышал за собой скрип деревянных колес и оглянулся. В проход заворачивал громадный фенакодус, таща длинную телегу.

– Ладно, мужики, я пойду. – Бортник сделал шаг вперед.

– Стоп, – сказал рыжий охранник, приподнимая дубинку. – Ну-ка, посторонись.

– А чего?

– Того, дятел. – «Полицай» надавил Бортнику на плечо, и тому пришлось шагнуть в сторону. – Повозку пропусти. И топай в обратном направлении.

Сам «рыжий» тоже отступил в сторону, уступая дорогу телеге. Теперь они стояли примерно в метре от «кровопийцев». Те, учуяв живую плоть, хищно зашевелили ветками. Но расстояние было безопасным. Пока.

– Почему я должен туда топать? – спросил «горный».

– Потому что здесь посторонним проход запрещен. Только для маркитантов. Понял, дятел?

– Нет. Здесь же ворота есть?

– Ворота – есть. А прохода – нет.

Телега проехала мимо, затормозив около ворот. Первый охранник уже открывал створку.

– А мне туда надо, – с пьяным упрямством произнес Бортник. – Здесь короче. Друг, я могу заплатить.

Он достал из кармана серебряную монету и показал «рыжему». Тот мельком взглянул и с кислым лицом произнес:

– Сказал же тебе, дятел, – нельзя. Запрещено. У нас чрезвычайное положение. Проход только для своих.

«Полицай» у ворот распахнул вторую створку. Автоматчик, выполняющий роль возницы, гикнул и хлестнул фенакодуса кнутом.

– Давай, Кеша, пошел!

Телега медленно тронулась. Автоматчик, сидевший сзади, вяло мазнул глазами по Бортнику. Потом присоединил к АКМ штык-нож и положил оружие на колени.

– Ладно, бери две, – сказал «горный». Это были последние монеты, полученные от Ворона. Не хотелось их отдавать, но и лезть на рожон без надобности Бортник тоже не хотел. Если подозрения верны, и «одноногий» настучал маркитантам, через восточный проход его не выпустят. Значит, надо проскользнуть здесь. И, в идеале, не поднимая шума.

Однако времени для того, чтобы спокойно покинуть Зону, оставалось не так много. Собственно, охранники, получившие информацию от одноногого нео, уже должны были появиться у трактира. Но где-то, к счастью, задерживались. Возможно, потому, что решили дополнительно расспросить еще и Хрыча.

«Рыжий» скривил лицо, изображая муки совести. Но жадность, похоже, брала в нем верх.

– Хрен с тобой, – сказал, протягивая ладонь. – Раз ты такой дурак…

И тут в его глазах что-то изменилось. Почти неуловимо. Но «горный» уловил. И резко обернулся. От павильона, где располагался трактир, к ним быстро направлялись два «полицая». Один из них взмахнул рукой и неразборчиво выкрикнул что-то. И тут же перешел на бег.