На острие свечи - Ольга Юнязова

– Опасный ты человек, – засмеялась Оксана. – Только не вздумай при Саше это сказать. У него какой-то комплекс по поводу денег.

– Не удивительно!

– Почему?

– Раз его девушка считает его нищим…

– А каким я должна его считать?

Зарина загадочно усмехнулась.

– Вообще-то, – продолжила Оксана, – для меня это никакого значения не имеет. Кошелёк – не главное достоинство мужчины.

– А какое главное достоинство?

– Ум, сила… Ну, что ты на меня так смотришь? Да! Меня немного раздражает его…

– Нищета, – подсказала Зарина.

Оксана вздохнула и махнула рукой.

– Надо называть вещи своими именами.

– А я вижу, что он очень богат, – возразила Зарина.

– Саша?! Богат? Или ты имеешь в виду духовное богатство?

– А какая разница? Богатство либо есть, либо нет. Количество денег здесь вообще ни при чём.

– Как это?

– Да ладно, не заморачивайся.

– Нет, ты объясни!

– Легко сказать «объясни»! – хмыкнула Зарина. – Что такое деньги? Благодаря им, например, Рихард смог нанять своих бойцов, похитить тебя… и всё такое. А Александр взял и без всяких денег вернул тебя обратно. Охранники оказались бессильны. И какая разница, есть деньги или нет? Богатство недаром произошло от слова Бог. А деньги и прочие материальные блага – это лишь проявление богатства, его проекция.

– Хочешь сказать, что Саша просто не хочет его проявлять?

– Вроде того. Представь, что у него в банке лежит миллион долларов, но он… то ли не знает об этом, то ли по каким-то причинам не желает их тратить.

– Но почему?!

– Вот это я и пытаюсь понять.

– Да ну! – пожала плечами Оксана. – Не укладывается в голове, что человек может сознательно обрекать себя на нищету.

– А разве он плохо живёт?

– Хорошо, но за чужой счёт. Катается, как сыр в масле, благодаря Галине и Владимиру.

– Друзья, похоже, рады, что он живёт у них. Разве это не истинное богатство?

– Типа, не имей сто рублей, а имей сто друзей? – Оксана поморщилась. – По-моему, это зависимость и несвобода. А это и есть нищета, на мой взгляд.

– А ещё у него есть ты.

– И что? От меня он принципиально никаких подарков не принимает. Даже за сотовый телефон деньги отдал, хотя связь с ним нужна больше мне, чем ему.

– А разве обладание женщиной не входит в необходимый набор богатого мужчины?

– Обладание мной? – возмутилась Оксана. – Во-первых, я не вещь, чтобы мной обладать. А во-вторых, я ж не красавица-фотомодель.

Зарина опять загадочно усмехнулась.

– А почему ты не красавица?

– Что значит «почему»?

– То и значит – почему ты не красавица? Все данные у тебя для этого есть. Но ты, словно специально себя уродуешь. Как эта шкатулка.

– У меня данные?! – удивилась Оксана. – Где?

– Ты включи свою любимую логику, – улыбнулась Зарина. – Тебя перепутали с элитной (!) восемнадцатилетней стриптизёршей.

– Это потому, что я похудела и накрасилась.

– А что мешало тебе раньше быть стройной и яркой?

– Аллергия…

– А лишние килограммы тоже от аллергии?

– Я ж на гормонах сидела. От них знаешь как раздувает.

– Раздувает только от лишней еды. Всё остальное – отговорки и оправдания обжорства.

– Постой! Ты хочешь сказать…

Оксана замолчала, внезапно увидев очевидное: если аллергия требовала поддерживать имидж «серой мышки», а также переедать и толстеть, то это было необходимо, чтобы от чего-то защищаться. Осталось выяснить, от чего.

– …что тебе зачем-то надо быть некрасивой, – закончила фразу Зарина. – Вопрос: зачем?

– Ты ж сама сказала, что как эта шкатулка. Наверное, чтобы не привлекать к себе внимание мужчин.

– А что страшного во внимании мужчин?