На острие свечи - Ольга Юнязова

– Я воин, а не… – Ворон осёкся. – Не мужское это дело.

– Ладно, пойдём завтра со мной. Будешь оттаскивать землю. Глядишь, вместе за день управимся.

– Лучше бы вместо меня выжил Лис! – злобно прохрипел в ответ Ворон.

Тряхнуло, и затикала аварийная сигнализация.

– Что случилось? – открыл глаза Александр.

Зарина с Оксаной тоже проснулись от резкого тормоза.

– Уснул! – Алексей выругался и съехал на обочину. – Слава богу, трасса пустая! Пять минут отдохну. – Он упал лбом на руль.

Боб воспользовался остановкой и вышел в лес.

Александр вдруг услышал лай псов, которые с недоумением мечутся по дороге в том месте, где девушки сели в машину. Он засмеялся, увидев, с каким ужасом охранник смотрит на опустевшие коконы-тулупы и хватается одной рукой за пистолет, другой за телефон.

– Что смешного? – спросила Оксана.

Александр протянул руку, показывая ей эту забавную суету.

– Что там? – Оксана вгляделась во тьму. Там стоял Боб, повернувшись к сосне.

Александр прекратил веселиться, увидев, как меняется в лице Рихард, узнав об исчезновении пленниц.

– А куда мы едем? – спросил он.

– В город.

– Нет! Разворачивай в Трёшку! – толкнул он Алексея.

– Какая Трёшка?! – возмутилась Оксана. – Срочно в милицию!

– Мы туда не доедем. Он уже предупредил пост ГАИ, нас там остановят. А его бойцы уже едут на перехват.

– Откуда ты знаешь?

– Догадываюсь.

– А в Трёшке что? Там нас и возьмут голыми руками.

– Что-нибудь придумаем.

Стоя на хлипкой лестнице, он копает вверх. Колючий песок сыплет в глаза и скрипит на зубах. Кирка вгрызается в глину, словно в мясо. Хрустят кости земли и лопаются сухожилия. Оставшись без опоры, толща верхнего пласта начала оседать. Цепляясь за корень, он пытается удержаться, но руки скользят. Крупный камень бьёт по переносице, и тяжёлый поток увлекает в воронку. Он пытается освободиться, но тело сковано. С каждым вдохом в грудь проникает едкая пыль, и вскоре дышать становится невозможно. Вспышка света. Жалобный голос Надёжки, плач Малашки. Снова тьма, а потом улыбающаяся физиономия Лиса.

Они сидят на обрыве и, болтая ногами, как в детстве, смотрят на реку.

– Обидно! – сказал Луч. – Он даже не попытался вытащить меня из-под завала.

– Когда я тонул в болоте, он тоже спокойно смотрел.

– Как? Он же сказал, что спас тебя!

– Его потом совесть так мучила, что он это придумал. Да сам и поверил.

– Но зачем тогда амулет для тебя просил?

– Я же говорю: сам поверил. Когда ты пришёл и увидел, что меня нет, он тоже увидел, что меня нет, и на самом деле подумал, что я ушёл к белым. Не сердись на него. Он запутался.

– Да я не сержусь. Ему теперь и за тебя и за меня жить. Только он так и не уследил за Надёжкой. Горбик у неё всё-таки вырос, хоть и не такой страшный, как у Малашки.

– Ничего. Мы вернёмся и всё исправим, – улыбнулся Лис.

– Я-то вернусь. Надёжка замуж вышла, детишек нарожала. Мне есть куда возвращаться. А ты?

– А у меня брат с детьми на север ушёл. Да и у Ворона с Малашкой сын родился. Я найду куда воплотиться.

– А как мы друг друга узнаем?