Вервольф. Кольцо викинга - Антон Грановский

На пустыре мало что изменилось с тех пор, как Егор и Торт были здесь в последний раз. Пылали костры, вокруг которых на деревянных ящиках сидели бродяги. Ржавые гаражи и помятая старенькая кабина грузовика придавали пустырю постапокалиптический вид.

При виде двух полуголых, дрожащих от холода парней глаза толстяка Кузьмы едва не вылезли из орбит.

— Волчок! Торт! — воскликнул он, вскакивая с ящика. — Что с вами?

— Рад видеть тебя живым и невредимым, Кузьма, — сказал ему Егор. — Помоги нам согреться, а потом расспрашивай.

— Конечно! Давайте сюда, к костру! А ну-ка, уступите места моим друзьям! — гаркнул он на своих товарищей.

Несколько бомжей поднялись с ящиков. Усадив Егора и Торта на ящики, Кузьма что-то негромко приказал бродягам — двое молодых бомжей растворились в темноте и почти тотчас же вернулись, неся в руках два шерстяных одеяла и пол-литровую бутылку водки.

Закутавшись в одеяло, Егор взял у Кузьмы бутылку и хлебнул из горлышка. Водка горячей волной пробежала по пищеводу, согревая продрогшие внутренности. Волчок передал бутылку молчаливому Торту, взглянул на Кузьму и спросил:

— Как дела? «Загонщики» больше не возвращались?

Толстяк покачал головой:

— Нет.

— А как Тамерланыч?

— Умер.

Егор нахмурился:

— Мне жаль.

— Мне тоже, — отозвался Кузьма.

Егор вынул бутылку из пальцев Торта и протянул ее Кузьме. Тот взял бутылку и сделал пару больших глотков. Крякнул и вернул бутылку Волчку. Тот сделал еще глоток и поморщился.

— Сможешь раздобыть нам одежду поприличнее? — поинтересовался он у толстого бродяги.

— Найду. Крепыш! — обратился он к тощему, сизоносому бродяге. — Я пойду за одеждой, а ты дай нашим друзьям чего-нибудь пожевать!

Кузьма встал с ящика, повернулся и побрел в темноту. Тощий Крепыш достал откуда-то стеклянную банку, снял с нее крышку и протянул Егору:

— Держи!

— Спасибо, брат.

В банке оказались маринованные кабачки. Егор вынул пару кусков и положил их в рот. Остальное отдал Торту. Белобрысый гигант все еще дрожал, но, скорее всего, не от холода. Было видно, что чувствует он себя скверно. Торт набил рот кабачками и проглотил их, почти не жуя.

— Как ты? — тихо спросил его Волчок.

— Еще живой, — глухим голосом отозвался тот. И добавил: — Восстанавливаюсь.

— Ты выглядишь лучше, чем час назад.

— Стабилизатор действует. И у нас есть еще тридцать ампул.

— Если мы решим что-то предпринять, мы должны будем сделать это до того, как ты вколешь себе последнюю дозу.

— Само собой. У тебя есть план действий?

В глазах Волчка отражались пляшущие языки огня.

— Мы найдем северную лабораторию Ребуса и разобьем спиралевидное зеркало вдребезги, — сказал он.

— Ты знаешь координаты лаборатории?

— Да.

Торт посмотрел на Егора красными от усталости, холода и боли глазами и уточнил:

— Как мы туда доберемся?

— Так же, как другие, — ответил Волчок. — Сперва на самолете, а потом арендуем вездеход.

— Ты знаешь, к кому обращаться?

— Когда-то я занимался экстремальными видами спорта. Гонял на лыжах по горным склонам[6], рассекал на снегоходах по тундре и даже прыгал с парашютом на Северный полюс. Так что — да, я знаю, к кому обращаться. Глотни!

Торт взял протянутую бутылку, отхлебнул из нее и закашлялся.

— Но… нам понадобятся деньги, — прохрипел он.

— Деньги есть, — сказал Волчок. — На моем банковском счету.

— И много?

— Много. Хватит на десяток кругосветных путешествий.

Торт сделал еще глоток, вытер рот ладонью, снова взглянул на Егора и сказал:

— Прости, что подвел тебя, брат. Там, в северном лесу. Эта гадина выскочила из кустов и вцепилась мне в горло. Я ничего не успел сделать.

— Да, я видел. Мне жаль, что я не смог тебя спасти. Эй, Крепыш, есть закурить?

Тощий бродяга кивнул, достал из кармана пачку «Примы», вытряхнул одну сигарету и протянул ее Волчку. Егор закурил. Некоторое время они молчали, глядя на пляшущие языки костра. Первым молчание прервал Торт: