Вервольф. Кольцо викинга - Антон Грановский

Итак, звериный инстинкт не обманул его и привел туда, куда надо. Удивительное дело, если вдуматься. Но лучше не вдумываться, а довериться своему волчьему нюху и идти туда, куда он укажет. Когда разум отказывается работать, приходится полагаться на инстинкт и интуицию. Эта парочка не подведет.

Егор допил пиво, смял банку в руке и швырнул в мусорную корзину. Потом завалился на кровать, закинул руки за голову и прикрыл глаза. С полминуты он лежал неподвижно и уже задышал ровно и глубоко, как дышит уснувший человек, но вдруг открыл глаза и недоуменно уставился на потолок. Егор почувствовал, как по его телу разливается слабость. Руки и ноги стали невероятно тяжелыми, веки стали горячими и отяжелели, словно у больного человека.

Перед глазами у Егора запрыгали желтые точки. Несколько секунд он боролся с волнами слабости, а потом глаза его закатились под веки, и он отключился.

Когда Волчок очнулся, в комнате было по-ночному темно. Сперва он услышал шорох. А потом увидел то, чего ему не полагалось видеть: Диля, стоя возле стула, обшаривала карманы его куртки.

Егор все еще чувствовал себя паршиво, но тело вновь слушалось его. Он приподнялся на кровати и сухо осведомился:

— Что-то потеряла?

Гренадерша вздрогнула и быстро оглянулась.

— Я поправляла твою одежду, — выпалила она.

— Да ну?

Секунда — и Егор оказался возле Дили. Схватив гренадершу за локоть, он холодно спросил:

— Когда появится твой брат?

— Не знаю! — резко ответила Диля и попыталась вырвать руку, но Егор не дал.

— А если подумать? — спросил он и сдавил пальцами ее предплечье.

— Минут через десять! — со злостью сказала гренадерша.

— Пиво было «заряженное», верно? Зачем ты меня отравила?

— Я не травила! Это было… снотворное.

— И часто вы проделываете этот фокус с постояльцами?

Гренадерша усмехнулась:

— Ты мне не платил, значит, ты не постоялец.

Воспользовавшись тем, что Волчок ослабил хватку, она вырвала руку и вдруг набросилась на Егора, вцепилась ручищами ему в горло и повалила его на кровать.

Гренадерша оказалась невероятно сильной. Егор с трудом оторвал ее лапы от своей шеи, размахнулся и въехал ей ладонью по губам. Диля отлетела от кровати и рухнула в кресло, но тут же вскочила снова. Она дважды махнула кулаками.

Будь Егор простым человеком, эти удары, вне всякого сомнения, достигли бы цели и сбили бы его с ног, однако он без труда увернулся от пудовых кулаков гренадерши и влепил ей еще одну пощечину. Диля снова оказалась в кресле и на этот раз уже не делала попыток продолжить борьбу.

Егор шагнул к креслу, положил руки на подлокотники и приблизил свое лицо к лицу гренадерши.

— Ты и впрямь думала, что сможешь меня задушить?

Диля, угрюмо глядя на Егора, вытерла рукою разбитые губы, усмехнулась и сказала:

— Попробовать стоило.

— Еще раз попробуешь — сверну тебе шею. Поняла меня?

— Поняла. Откуда ж я знала, что ты такой крутой?

Волчок выпрямился и засмеялся.

— Весело ему, — проворчала гренадерша с кривой ухмылкой. — И что ты будешь делать дальше? Вызовешь ментов?

— Менты мне не друзья, — сказал Егор. — Вставай.

— Зачем?

Егор не стал повторять просьбу, он резко схватил Дилю за шиворот и рывком поднял на ноги. Ворот ее роскошного халата затрещал, по шву пробежал разрыв. Шея и часть огромной груди Дили обнажились, и Егор увидел у нее под ключицей вытатуированную бабочку.

— Тебя, я вижу, не учили обращаться с женщинами? — злобно сверкая глазами, проговорила гренадерша.

— Простите, дамочка, но мне сейчас не до хороших манер. Идем!

Егор потащил Дилю к ванной. Гренадерша пыталась сопротивляться, но Егор, не обращая на это внимания, швырнул ее в ванную и запер за ней дверь на щеколду.

И в этот момент в дверь позвонили.

— Сиди тихо! — сказал он. — Вякнешь — утоплю в унитазе!

Егор быстро вышел в прихожую, открыл дверь и отступил за угол. В прихожую вошел бармен Иван.

— Давно не виделись, — сказал Волчок.

Бармен оглянулся. Он ничем не выразил своего удивления, лишь спокойно уточнил:

— А ты чего здесь?

— Проходи в гостиную, надо поговорить, — сказал ему Егор.

— А где моя сестра?

— Послал за сигаретами. Скоро вернется.

Зрачки бармена сузились.

— Она никогда не ходит за сигаретами для клиентов.

— Для меня она сделала исключение.