Республиканец - Вадим Полищук

Четыре корабля, построившись почти правильным ромбом, направились к базе. На их корпусах были установлены специальные отражатели, увеличивающие заметность сторожевиков. У того, кто наблюдал за их движением к базе на экране радара, не могло остаться сомнений: приближалась целая дивизия республиканских крейсеров. «Беркут», стараясь как можно дольше не попасть в поле зрения радаров противника, следовал за ними на большом удалении. Оставалось ждать реакции имперского командования.

Разворачивались имперцы медленно, зато когда развернулись… Сначала на экранах появились две небольшие цели — сторожевые корабли. По своим техническим характеристикам имперские корабли находились где-то между республиканскими «Соколами» и «Беркутами», у четырех республиканцев были хорошие шансы на победу. Но потом экран зарябило от всякой мелочи, а напоследок появились четыре крупные отметки, соответствующие крейсеру. То ли нападение республиканцев не было секретом, то ли выбранный момент совпал со сбором рейдеров, но никакой речи о продолжении операции уже не шло, четыре небольших кораблика будут уничтожены в течение нескольких минут.

— Уходим, — подал команду младший лейтенант Дескин.

Связи не было, но остальные «Соколы» ушли в сторону почти одновременно, даже сохранив строй. Однако расчет траектории, выполненный тактическим компьютером, показывал, что она пройдет очень близко от имперских кораблей. Крейсеры на перехват не успевали, и это радовало, но с легкими силами придется столкнуться.

Противники сходились под острым углом. Подумав несколько секунд, компьютер выдал результат: три и одна десятая стандартной минуты. Именно столько дивизион республиканских сторожевиков будет находиться в зоне досягаемости ракет имперских штурмовиков. Впрочем, и обратное утверждение тоже было верным, три и одну десятую минуты имперские штурмовики будут находиться в зоне досягаемости республиканских ракет.

— Есть данные для стрельбы, — доложил артиллерист «Сокола» № 4.

Радиолокатор уже сопровождал выбранные цели и даже распределил ракеты в залпе. Но четверка сторожевиков тоже сопровождалась локаторами противника, и было их намного больше. На экране компьютера желтые отметки целей сменились красными, можно стрелять.

— Огонь!

Легкий толчок, четыре ракеты, отвернув от курса корабля, пошли навстречу имперцам. Республиканцы успели первыми. Ракета такую дистанцию преодолевает долго, но когда ты знаешь, что противник уже отстрелялся и между тобой и ним находится твоя возможная смерть, спокойно готовить данные для стрельбы может не всякий. Авось кто-нибудь ошибется. Наконец радар заполнился множеством мелких точек, ответный залп. Сторожевик не истребитель, но и ракеты для него покрупнее будут, поэтому есть шанс увернуться. Вопрос только в том, сколько ракет выбрали твой корабль своей целью.

— Приготовиться к противоракетному маневру.

Голос сорвался. А как быть спокойным, глядя на экран? Первым не повезло «Соколу» № 15, сразу шесть ракет почти одновременно настигли старый сторожевик. Гибель корабля была практически мгновенной, ни одной спасательной капсулы в космосе не появилось.

— Есть попадание! Цель уничтожена! Еще одна!

Сержант-артиллерист, списанный с крейсера за плохую стрельбу в сражении при Варене, получил шанс искупить вину. Два штурмовика четырьмя ракетами да еще на пределе дальности — очень хороший результат.

— Вниз!

Рулевой отдал штурвал, и почти одновременно «Сокол» № 4 тряхнуло так, что лязгнули зубы.

— А-а-а-а!.. — закричал артиллерист, почти откусивший себе кончик языка.

Ракета попала в один из отражателей, хорошо, что не в сам корпус, тогда из системы точно не выбраться.

— Разгерметизация корпуса в районе шестого отсека, — доложил Данилевич.

Это не смертельно, лишь бы еще раз не попали.

— Одиннадцатый! — воскликнул оператор радиоэлектронных систем.

Взглянув на экран, Вольдемар увидел только одну зеленую отметку. «Беркут» уже покинул систему, а «Соколов» осталось только двое.

— Неустойчивая работа третьего двигателя, снижаю мощность до шестидесяти процентов.

А вот это уже плохо, компьютер предупредил, что на последних минутах перед прыжком имперцы могут достать «четвертого» ракетами. Второй уцелевший сторожевик, похоже, повреждений не получил, и «Сокол» № 4 начал понемногу отставать. Были бы двигатели в лучшем состоянии, был бы резерв мощности… Движки и так дышали на ладан, а попадание ракеты окончательно добило один из них. Вибрация корпуса ощущалась все сильнее. Хорошей новостью было то, что имперцы не приближались.

— Приготовиться к прыжку!

Прорвались.

— Ну, что?

— На двое суток он твой. Демонтировать обшивку с шестого отсека тебе помогут. А дальше, что снять успеешь, то твое. Потом корпус порежут.

— А с камерой сгорания что? — главный вопрос не давал Данилевичу покоя, без замены поврежденной камеры третьего двигателя не «Сокол» получается, а мокрая ворона.

— Нет камер к нашей модификации, их уже лет двадцать не выпускают.

— А как же…

— Будем менять все три двигателя на новые, — сообщил радостную весть Вольдемар.

— Точно, новые? — засомневался механик.

— Ну, не совсем, с консервации. Но выработка ресурса ноль, на кораблях не стояли, модификация последняя, эм три.

— Знаю! Тяга та же, что и у наших, но на четыре процента экономичнее. На место старых встанут без проблем, только программа управления новая понадобится. Эх, погоняем!

Радости механика не было границ, а если вспомнить, что ему отдавался на растерзание почти целый сторожевик, идущий в переплавку, то это было исполнение мечты.

— А когда придут? — опомнился сержант.

— Через неделю обещали.

— Терпимо. Разрешите идти, господин младший лейтенант?

— Идите, сержант.

Механик не ушел, он улетел, невесомость все-таки, но летел он буквально на крыльях. Много ли надо человеку — отдать на растерзание груду старого железа. Вольдемар посмотрел ему вслед, вздохнул и направился заполнять заявки на выполнение работ и запасные части. Текучка брала верх.