Выбор оружия. Последнее слово техники - Иэн Бэнкс

– Непослушные монахи?

– Стихи! Восковые таблички! – воскликнула Сма. Потом ее голос зазвучал чуть тише. – Точнее, большинство из них. Монастырь был заброшен лет двести назад. Похоже, какой-то пастух разложил костер недалеко от стены, и воск на трех-четырех табличках растаял… но остальные все еще там, в целости!

– И это хорошо?

– Закалве, это величайшие литературные сокровища планеты, которые считались утраченными! В университете Джарнсаромол, где обретается твой приятель Бейчи, есть большинство рукописей на пергаменте, оставшихся от того парня, две восковые таблички и знаменитая статуя. Они все отдадут, чтобы заполучить эти таблички! Неужели ты не понимаешь? Это же идеальная ситуация.

– Звучит, кажется, неплохо.

– Черт тебя побери, Закалве! Это все, что ты можешь сказать?

– Диз, везение никогда не бывает долгим. В конце концов все выходит пятьдесят на пятьдесят.

– Не будь таким пессимистом, Закалве!

– Хорошо, не буду.

Он вздохнул и снова закрыл штору.

Дизиэт Сма раздраженно буркнула:

– Ну, я решила, что тебе будет интересно. Мы скоро убываем. Приятного сна.

Бииип. Связь прекратилась. Он печально улыбнулся и оставил терминал в ухе – словно сережку.

Он распорядился, чтобы его не беспокоили, а когда сгустилась ночь, включил на полную мощность все обогревательные приборы и открыл все окна. Некоторое время он занимался проверкой балконов и водосточных труб на наружных стенах. Спустившись чуть ли не до самой земли, он обошел отель кругом, проверяя на прочность карнизы, трубы, откосы, окна. Свет горел меньше чем в десятке номеров. Решив, что достаточно хорошо изучил отель снаружи, он вернулся на свой этаж.

Он стоял, опираясь на перила балкона, с дымящейся чашей в руках. Порой он подносил чашу к лицу и делал глубокий вдох, а все остальное время, посвистывая, разглядывал город.

Изучая усеянное яркими точками пространство, он думал, что если большинство городов похожи на плоское и тонкое полотно, то Солотол напоминает полуоткрытую книгу: V-образная выемка, глубоко врезавшаяся в геологическое прошлое планеты. Наверху, над каньоном и пустыней, облака отливали оранжево-красным, отражая направленный свет города.

Он подумал, что с другой стороны города отель должен выглядеть довольно странно – верхний этаж полностью освещен, а остальные почти совсем черны.

Пожалуй, он забыл, что из-за каньона Солотол совершенно не походил на другие города. Впрочем, нет, этот тоже похож на другие, решил он. Все города похожи друг на друга.

Он посетил столько разных мест, видел столько похожего и столько ни на что не похожего, что его удивляло и то и другое… Но город, где он сейчас находился, и вправду не так уж отличался от других известных ему городов.

Они были повсюду, галактику, которая бурлила жизнью, мутило от ее основной пищи – именно об этом он поведал когда-то Шиас Энжин (вспомнив о ней, он снова ощутил прикосновение ее кожи, услышал звук ее голоса). И все же он подозревал, что если бы Культура действительно захотела, то нашла бы для него работу на совсем особенных, совсем экзотических планетах. Но, конечно, в Культуре могли сослаться на то, что он был существом, приспособленным к жизни лишь на определенных планетах, в определенных обществах, и умел вести военные действия лишь определенного вида. Это был его удел как воина, по словам Сма.

С мрачноватой улыбкой он поднес чашу к лицу и сделал еще один глубокий вдох.

Мимо пустых аркад и заброшенных лестниц шагал человек. На нем был поношенный дождевик – неизвестного фасона, но выглядевший старомодно – и темные очки. Человек шел экономной походкой, расходуя минимум энергии. Казалось, он был начисто лишен индивидуальных черт.

Он вошел во двор большого отеля, который умудрялся одновременно выглядеть дорогим и в то же время немного обветшалым. Садовники в строгой одежде, вылавливавшие листья из бассейна, уставились на незнакомца так, словно у того не было прав находиться здесь.

Маляры красили подъезд снаружи, и человеку пришлось пробираться между ними, чтобы оказаться внутри. Маляры использовали особую низкокачественную краску, изготовленную по очень старому рецепту, – она с гарантией начинала самым естественным образом выцветать, трескаться и отваливаться через год, максимум через два.

Вестибюль был богато отделан. Человек дернул толстую алую веревку у угла стойки, и тут же появился улыбающийся портье:

– Доброе утро, господин Стаберинде. Хорошо прогулялись?

– Да, спасибо. Пришлите мне, пожалуйста, завтрак.

– Разумеется. Пришлем немедленно.

Солотол – это город арок и мостов, где лестницы и мощеные улицы петляют между высоких зданий, перебегают через крутоберегие реки и овраги по изящным подвесным мостам и хрупким каменным аркам. Вдоль берегов рек петляют дороги, извиваясь и пересекая речные русла поверху или под ними; рельсовые пути разбегаются в стороны на множестве уровней, мчатся по сети туннелей и пещер, где сходятся подземные резервуары и дороги. Пассажиры бегущего поезда могут видеть галактики огней, что отражаются в темной воде рек и каналов, пересеченных линиями подземных фуникулеров, дамбами и туннелями.

Положив темные очки на подушку, он сел на кровати и стал есть свой завтрак, смотря рекламный ролик отеля. Зазвонил древний телефон, и он выключил звук на экране.

– Слушаю.

– Закалве? – раздался голос Сма.

– Черт побери, ты еще здесь?

– Сейчас сходим с орбиты.

– Только не задерживайся из-за меня. – Он засунул пальцы в карман рубашки и вытащил бусинку терминала. – А почему по телефону? Приемопередатчик уже не работает?

– Нет, просто хотела убедиться, что проблем с внедрением в телефонную сеть нет.

– Отлично. Это все?

– Нет. Мы точнее определили местонахождение Бейчи – он все еще в университете Джарнсаромол, но теперь в четвертом библиотечном корпусе. Это в сотне метров под городом. Самое надежное университетское хранилище. Там должно быть безопасно, если не случится лишних осложнений. И есть дополнительная охрана – правда, ни одного военного.

– А где он живет, где спит?

– В апартаментах хранителя, которые примыкают к библиотеке.

– А на поверхность вообще выходит?

– Нам это выяснить не удалось.

Он присвистнул.

– Что ж, это может стать проблемой, а может и не стать.

– Как дела у тебя?

– Отлично. – Он надкусил конфетку. – Жду, когда откроются конторы. Я оставил послание юристам, чтобы они мне позвонили. После этого начну производить шум.

– Хорошо. Никаких проблем возникнуть не должно: необходимые инструкции разосланы, и ты должен получить все, что попросишь. Если будут сложности, свяжись с нами, и мы отправим им негодующее послание.