Единственная - Ольга Гусейнова

– Вас очень накажут за контакт с полярниками? – хрипло спросила я, выглядывая из-за спины Джара, когда окруженная частоколом деревня скрылась из виду.

Каждой клеточкой я ощущала горячее тело моего ранта, тем более его пряный запах невероятно усилился. Вряд ли из-за жары или физической нагрузки. От него буквально разило возбуждением! И переносить этот запах было гораздо сложнее, чем запах вонючего вождя. Вот и решила отвлечься самым доступным способом – болтовней.

– Нет, – тоже хрипло ответил Джар.

А мои пальцы жили своей жизнью: зарылись в волосы на макушке самого лучшего в мире мужчины, помассировали ему шею, проверили ширину его плеч. И нос не отставал. Так и лез уткнуться в ложбинку у ключицы, а затем жадно вдохнуть аромат, пробравшись по шее к уху, виску…

– Рето, думай скорее, как нивелировать последствия! – рыкнул Джар. – Иначе я за себя не отвечаю.

Медик притормозил отряд, глянул на меня, путешествующую на руках у Джара, всмотрелся в лица десантников и мрачно выдал:

– Никак. Антидота нет. Успокоительное не работает, сам знаешь. Кровь не почистить, у нас подобный случай не был предусмотрен регламентом данной операции – мы к дронам летели, а не на Полярную. Только вымыться и пить до отвала, тогда хоть частично можно избавиться от этой дряни. Но вода поможет только нам, а не вам с Таяной.

– Мне так больно – сдохнуть хочется, – просипела я, стараясь не тереться о Джара.

Он поудобнее устроил меня и погладил по волосам, успокаивая:

– Потерпи. – Кого больше успокаивал? Себя или меня? Дальнейшее прозвучало немного зловеще: – Главное, добраться до лагеря, а там что-нибудь придумаем.

Мое желание поболтать, чтобы отвлечься, поддержал общительный и научно подкованный Рето:

– Первые команды рантов, которые нашли полярников, не сразу узнали о воздействии «золотых» индивидуумов на нашу физиологию. Мы понесли серьезные потери среди исследователей. Тогда еще в группы входили женщины, в результате имели место случаи насилия. В общем, погибших по различным причинам было много. У кого-то психика не выдерживала, принять факт желания мужчины к мужчине – это запредельно. Кто-то кончал с жизнью сам после насилия над женщиной и ее гибели. Тех, кого продержали в плену несколько дней, почти всех потеряли: умирали, как жужики, либо сами, либо во время ломки. На эту вонючую дрянь подсаживаются, организм не может забыть дичайший всплеск гормонов удовольствия и буквально высасывает из тела все возможное, чтобы погасить желание. Следом наступала эмоциональная кома, из которой мало кто мог выйти самостоятельно. Повезло лишь семейным, тех выводили из гормонального голодания ри-янты. После группы ученых начали формировать с участием лешек, для них секс – удовольствие и молодость. Первые экспедиции с ними провожали шутками: за вечной горячей юностью с Ранта сбегут все серые. Как оказалось, зря шутили.

– Неужели не помолодели? – съехидничала я, а руки сами собой сжались вокруг шеи моего мужчины.

Честно говоря, к этим молодящимся суккубам я испытывала антипатию заранее.

Рето продолжил рассказ:

– Помолодели, но на них этот золотой шквал оказал настолько мощное действие, что буквально в клочья разнес все цивилизованное. Происходившее сегодня ни в какое сравнение не шло с тем, во что превращались лешки от воздействия золотых. Они сходили с ума сразу и навсегда, превращаясь в энергетических убийц, зависимых, но при этом смертельно опасных. Второй этап исследований Полярной рантами с треском провалился, поскольку погибали не только мы, но и аборигены. Одна обезумевшая лешка могла высосать жизнь сразу из пары десятков полярников.