Единственная - Ольга Гусейнова

– Я… мне надо подумать, – едва слышно выдавила я.

Дарна подсела ко мне и, взяв за руки, настойчиво заговорила:

– Подумай и о том, что правительство такой дар, как улучшенная наследственность, не спустит в аннигилятор. Твоим гипотетическим детям подберут самых лучших родителей. Проверенных. Готовых выносить и воспитать будущих смесков. Более того, им будут помогать с работой, учебой и обустройством в жизни. Разве не этого хочет любая рантана для своих потомков – достойной жизни?

– Меня больше устроит, если мои дети не останутся одни в этом мире. Может быть, вы правы, если носителей моих генов будут не единицы, а сотни, то жизнь моих детей будет проще и легче.

– Я уверен! – заявил Жейль, а затем многозначительно усмехнулся. – Ведь не зря работаю в программе развития Полярной в Корпусе наследия. Поверь, в этом заинтересован весь Рант. Просто наше рафинированное общество не осознает, насколько мы сейчас зависим от успехов там. А теперь появились вы – земляне. Мы постараемся найти вас, чтобы выжить самим.

– Надо только согласиться мудро, – неожиданно встрепенулась Дарна.

– А именно? – спросила я.

– Потребовать снять запрет на контрацепцию. Жизнь не может заключаться только в детях. Жизнь одна, и прожить ее надо в полной мере, – заявила румина. – Еще необходимо поставить условие – твое знакомство с каждой семейной парой и участие в принятии важных решений в судьбе твоих потомков. Сейчас ты сможешь повлиять на выбор будущих родителей. А в будущем – помочь своим потомкам в сложных ситуациях.

– Действительно мудрая мысль, – согласилась я.

И поймала себя на другой мысли: в глубине души уже согласилась отдать свои яйцеклетки, как бы кощунственно это ни звучало.

– Раз самый важный вопрос обсудили, может, еще немного посмотрим на Землю? – попросил нас с Джаром рум Жейль, признавая, что мы единое целое.

– Может, сначала поедим, а то у меня от нервов в животе словно голодный жужик разбушевался? – весело предложила Дарна.

– А у меня рой жужиков, – поддержала я свекровь.

– Подружились, – буркнул свекор.

Зато его сын, откинувшись на спинку дивана, закинул руки за голову и счастливо наблюдал за нами.

Весь вечер я хоть и вела беседы, но больше думала над словами родителей. Может быть, это неверно и эгоистично, а может, правильнее всего, но мне не хотелось бы, чтобы мои дети потеряли даже минимальную связь с человеком. Неизвестно, окажутся ли поиски Земли успешными. Может статься, я больше никогда не увижу родину и не встречу землян. И допустить, чтобы мои малочисленные потомки – дети и правнуки – растворились в генофонде Ранта бесследно, прожив, по сути, жизнь изгоев, – не смогу. Поэтому, «переночевав» с мыслями о будущем, я приняла очень непростое для себя решение.

Утром мы порадовали руководителей проекта «Землянка» согласием на будущее изъятие яйцеклеток. Но с учетом оговорок, которые формулировали и записывали с родителями Джара. Условий поставили много, но мне так будет спокойнее за будущее детей и «биоматериала» (слово-то какое, слух режет). Мои новые родственники пеклись о своем «наследии» усерднее всех. Обезопасили внуков и правнуков на столетия вперед, выбив им всевозможные поблажки и льготы. Надеюсь…

После решения вопроса наследия мне предложили работу. Рант планирует быть максимально подготовленным к встрече с Землей и ее партнерами, поэтому мне поставили задачу: переложить на носители все языки, которые я знаю. Даже если всего лишь несколько слов знаю. Создать лингвопереводчики. Попутно изложить культурные и иные особенности известных мне рас. В общем, передать Ранту свои знания о чужом для него мире.

Я только за, ведь теперь Рант – дом для многочисленных потомков родоначальницы будущего огромного клана Синичкиных.