Единственная - Ольга Гусейнова

Ученые и военные заняли места вокруг моего стола на возвышении. В малом конференц-зале я сегодня впервые и сразу почувствовала повисшее над учеными головами напряжение. Тем более совещания в расписании не было. Поэтому настороженно оглядывала присутствующих, ожидая чего угодно.

Выделяются из общей массы четверо руководителей проекта «Землянка». Самый-самый – дерум Шик – один из известнейших «академиков», возглавляет корпус наследия Ранта. Следующий ученый муж – рум Жмель – совмещает научную и военную должности, отвечает за «продвижение цивилизации» на Полярной и за ускоренное развитие ее жителей. Затем настоящий серый жук, известнейший генетик, лешка, по должности «архимаг» в этой области науки – дашант Реш. Он в основном помалкивает, но под взглядом его серых, пронзительно-холодных глаз не только мне бывало не по себе. И наконец, типичный военный одо-деш Штоль. Этот рант походит на Арша, такой же «лошадиноголовый» и порывистый «красавчик».

Обычно Штоль буквально поедал мою грудь взглядом и часто отвлекался от сути разговора. Притом еще и злился на свою восприимчивость к моим прелестям и запаху. Особенно когда ловил на себе строгий взгляд Джара. По моему прекрасному запаху и необыкновенным глазам за прошедшее время не прошелся, наверное, только слепой, глухой и с аносмией. Сначала меня это смущало, а теперь откровенно раздражает.

– Риа Таяна, ты была на Полярной? – обратился ко мне дерум Шик.

– Да, конечно, вам всем об этом известно, – спокойно ответила я.

А Джар, севший рядом со мной, услышав вопрос, напрягся и заметно подобрался, словно готовился в бой. Его позу скопировал и Рето, который сам себя назначил моим личным доктором. Чем я откровенно пользовалась, частенько согласовывая большинство процедур и исследований с ним, чтобы чересчур любопытные ненароком не причинили вреда моему ребенку.

– За прошедшее время мы убедились в том, что раса землян, хоть и отличается в некоторых смыслах от нас, достигла высокого уровня развития как в техническом, так и социальном аспекте, – менторским тоном произнес дерум Шик.

– Я рада, что спустя два месяца разносторонних исследований вы все же пришли к данному выводу. Но не могли бы вы конкретизировать вопрос о моем пребывании на Полярной? – ровно ответила я, начиная «пугаться».

Что-то мне совсем-совсем не нравится это неожиданное расширенное совещание. Причем в компании со стражами, которые окружили ученых и, мне показалось, тревожно следили за нами.

Следующим взял слово рум Жмель:

– Мы уверены: с твоим уровнем развития и сообразительностью ты уже поняла, почему мы бережем эту недавно открытую планету. Чем там занимаемся и в каком положении находится Рант в целом.

– Приблизительно, но все равно пока не улавливаю, куда вы ведете.

– За последнее столетие мы предприняли беспрецедентные меры по возрождению Ранта, но наш вид неуклонно вырождается. Вымирает. Был создан Корпус наследия, который регулирует внутренние положения, направления в исследованиях и политике. Даже разработку широкого направления внешней разведки. Практически все сейчас подчинено одной цели – сохранению цивилизации рантов. Самого Ранта! – экспрессивно выступил дерум Шик.

Да еще так нервничал, что постоянно одергивал серую служебную форму. Я положила ладони на живот и, пожав плечами, заметила:

– Со своей стороны я всячески этому способствую.

– Да, этот факт принят к сведению, – согласился Шик. – И в связи с ним разработано направление.

– Направление? – заволновалась я. – Вы перетряхнули меня, как мой рюкзак, исследовали вдоль и поперек. Я уверена, если бы не ребенок, то на кусочки разобрали, несмотря на уровень вашего гуманитарного развития. И вот, спустя два месяца, вы…

– Кто ты такая? – резко и неожиданно перебил меня дашант Реш.

– Таяна Синичкина. Человек. С планеты Земля, – автоматически выпалила я.

Джар сначала подался вперед, а затем встал, всем своим видом предупреждая, что повышать голос на меня не надо.

– Да, ты права, риа Таяна, – умерив тон, холодно продолжал дашант Реш. – Ты – землянка, не рантана. Единственная представительница своего вида. Единственная в нашей галактике и огромном секторе Вселенной. Землянка, которая не знает, как вернуться домой. Не знает, где находится ее дом!

– Вы правы, – покорно кивнула я.

Пронзительные серые глаза генетика сверкнули, словно он наслаждался моим смятением.

– Тогда ответь на вопрос: ради чего смущать умы нескольким миллиардам рантов присутствием в нашем мире всего одной-единственной заблудившейся землянки?

– Но…

– Ради чего смущать умы целого мира новостью, что нашелся еще один вид, четвертый, который совместим с нами. Ментально идентичен, если ориентироваться на твою информацию. Образно говоря, мы разворошим огромное гнездо жужиков, кинув им крохотный кусочек сладкого, которого на всех не хватит. Разозлим, заставим волноваться, переживать о том, чему, вполне вероятно, никогда не суждено случиться, – продолжил он с неким ядовитым превосходством и хорошо читаемой снисходительностью.