Я – эфор - Анатолий Дроздов

На Салмана внезапно напало странное чувство. Он словно утратил волю. Послушно подошел к входной двери и щелкнул замком. Нажал на ручку. В тот же момент дверь отпихнула его в сторону, и в прихожую влетел Ковалев – злой и растрепанный.

– Где Марина и Аля?

– Там, – Салман указал рукой.

Русский побежал в комнату. Не понимая, что с ним происходит, Салман посмотрел на Мусу. Тот стоял, безвольно опустив руки вдоль тела. «Что это с ним? – подумал Салман. – И со мной?»

Из комнаты показался русский. Он держал девочку на руках. Следом шла женщина. За ней – Ваха. Лицо у него будто застыло. Как Муса, он держал руки вдоль тела.

– К нему! – русский указал на Мусу.

Ваха смиренно подошел и встал рядом. Он настолько не походил на себя, что Салман не верил глазам. Ваха, горячий и гордый, без раздумий пускающий в ход нож, подчинялся русскому, как овца. Салман хотел это сказать, но не смог – язык будто прилип к небу. Тем временем русский с женщиной встал и окинул их взглядом. Взор его не сулил доброго.

– Они обижали вас? – спросил женщину.

– Вот этот, – указала она на Мусу, – замахнулся на Алю. Я закрыла ее, и он ударил меня.

– Ясно!

Русский отдал девочку женщине и шагнул к Мусе. Ударил ногой. Хрустнула кость. Муса повалился на пол и завыл, вцепившись в колено.

– Этот? – русский указал на Ваху.

– Грозил мне ножом.

– Покажи! – приказал Вахе русский.

Тот послушно достал нож. Русский перехватил его кисть, повернул. Затрещали сухожилия и кости. Нож выпал на пол, Ваха прижал сломанную руку к груди, застонал.

– Этот? – русский повернулся к Салману. Тот вспотел.

– Он у них главный. Сказал, что ты попал в ДТП и нужно установить личность. Заманил в машину. Меня не бил, наоборот, прикрикнул на этого, – женщина указала на Мусу.

– Понятно. Идите в машину. Она стоит у подъезда, двери не заперты. Подождите меня в ней.

– А ты?

– Я скоро. Поговорю с этими и приду.

Женщина кивнула и торопливо вышла. Русский проводил их взглядом и повернулся к Салману.

– Кто послал? И зачем?

«Не скажу!» – подумал Салман, но, к своему удивлению, заговорил:

– Ахмад. Ты продал ему камни. Он велел забрать их и твой бизнес. Там папка, – Салман указал на стол.

Русский подошел, взял папку и быстро пролистал договор. Хмыкнул и спрятал ее в рюкзак. Закинул его на плечо.

– Что собирались сделать с женщиной и со мной?

Салман не хотел отвечать на этот вопрос, но сказал:

– Убить.

– Даже ребенка?

– Это Ахмад, – выдавил Салман. – Он приказал.

– Вы многих убили?

– Одиннадцать человек…

«Что я говорю!» – ужаснулся он, но молчать почему-то не получалось.

– Всех по его приказу?

– Для Ахмата двоих. Остальных сами. Забирали деньги, трупы закапывали. Одного звали как тебя, – Салман сам не знал, почему это сказал. – Вы похожи. У него было много денег…

Лицо русского словно окаменело. Салман сжался.

– Звони Ахмату!

Салман послушно достал телефон, набрал номер. В наушнике раздались гудки, затем послушался голос:

– Да, Салман?

Русский забрал у Ахмата телефон и приложил трубку к уху.

– Это не Салман. Я, Никлас Квали, эфор Галактики, спрашиваю тебя, Ахмат Гадаев. Ты посылал людей убить Николая Ковалева и забрать у него камни и бизнес?

– Да, – раздалось в трубке, и Салман это услышал. Голос Ахмата звучал безжизненно.

– Эти люди и прежде убивали по твоему приказу?

– Да.

– У тебя есть пистолет?

– Да.

– Возьми его! Трубку не клади. Прижми щекой к плечу.

В наушнике послышался шорох. Спустя несколько секунд раздалось:

– Взял.

– Заряди и приложи к виску. Сделал?

– Да.

– Теперь слушай. Я, Никлас Квали, эфор Галактики, за убийства людей и покушение на Чувствующую приговариваю тебя, Ахмат Гадаев, к смерти. Нажми на спуск.

В наушнике прогремело. Затем раздался удар, и послышались гудки. Русский отдал телефон Салману.

– Теперь вы.

– Не надо! – попросил Салман. – Пожалуйста!

Русский покачал головой.

– Оботри телефон одеждой и брось на пол.

Салман подчинился.

– Теперь деньги – все что есть.

Салман достал из кармана пачку и швырнул вперед. Купюры разлетелись по ковру.

– Достань пистолет. Заряди.

Салман вытащил из кармана макаров, передернул затвор.

– Подыми его! – приказал русский Вахе и указал на Мусу.

Ваха протянул неповрежденную руку подельнику. Тот ухватился и встал, опираясь на здоровую ногу. Заскулил от боли.

– Я, Никлас Квали, эфор Галактики, за покушение на жизнь Чувствующей приговариваю вас троих к смерти. Убей их! – русских указал на Ваху с Мусой.

Два раза хлопнули выстрелы. Муса с Вахой повалились на ковер. Застыли – Салман стрелял в сердце.

– Проводи меня!

Салман, опасаясь верить появившейся надежде, довел русского до двери. Тот достал из кармана носовой платок и взял через него ручку.

– Сейчас я выйду, ты закроешь дверь, а затем приставишь пистолет к голове и нажмешь спуск.

«Не надо!» – хотел попросить Салман, но язык словно отсох.

Русский скрылся за дверью.

– Давай! – раздался из-за двери его голос.

Салман поднес макаров к виску. «Не стоило соглашаться!» – мелькнула мысль. В следующий миг палец нажал на спуск. Пуля, пробив голову, ударила в стену, оставив рваный след на обоях. Но он этого уже не увидел…