Лжедмитрий. На железном троне - Михаил Ланцов

29 июня 1621 года, Балаклавская бухта

Император медленно покачивался на своем коне, продвигаясь вперед.

Как такового боя за Кафу не было.

После страшного разграбления и разорения в 1608 году город так и не оправился. Рынка рабов уже давно не было – не успели восстановить. Ведь работорговцев вырезали казаки, а рабов они же угнали на север – на выкуп Императору. Да и с людоловами в округе было кисло. Слишком немного времени прошло с момента страшного разгрома под Москвой.

А небольшой гарнизон и какая-то горсть переселенцев из Османской Империи особой погоды не делали. Да и вступать в бой они не решились.

Бегство трех больших галер от шести пинасов сильно насторожило коменданта города. Потом один из купцов попытался прорваться. Пробно, так сказать. Но быстро утонул. ОЧЕНЬ быстро. Остальные притихли. А потом на горизонте появилась москитная флотилия, и все стало понятно.

Конечно, были горячие головы, которые предлагали принять бой. Но даже по самым скромным оценкам, на кораблях приближающейся флотилии было не меньше нескольких тысяч человек. А в гарнизоне стояло всего пять сотен бойцов. Причем далеко не самых лучших. Плюс восемь «московских» пушек. Хороших. Но много ли против такого численного и качественного превосходства навоюешь? Даже в условиях баррикад. Поэтому, собравшись и прихватив с собой все необходимое, гарнизон оставил руины Кафы, начав отступать в сторону пепелища Бахчисарая. А вместе с ними ушли и немногочисленные жители, не рискнувшие идти под руку Императора…

Высадка десанта в Кафу началась уже в сумерках. Но отходящие османы подожгли немногие восстановленные постройки. Так что зарева от них вполне хватало для удовлетворительного удобства десантирования, благо, что домики почти все группировались вокруг порта.

Император был зол.

Снова неудача. Пусть в мелочи. Пусть неочевидная. Но неудача.

Да, он захватил нескольких торговцев. Но толку с них? Пустые. Привозили провиант гарнизону. А тот свалил, прихватив с собой большую часть наиболее ценных вещей, а именно оружие и воинские припасы.

Дмитрий аж зубами заскрежетал!

Едва прошли сутки, и снова облом…

Ах как они спешили на помощь галеону! Ах как пытались его откачать и вытащить хотя бы на отмель! Ведь там стояли бронзовые пушки, то есть, по меньшей мере, несколько тонн ценного металла. Плюс многое иное. Однако – утонул. Да еще трех моряков-спасателей утащил с собой, прибив обвалившейся мачтой.

Хорошо еще глубина небольшая. Пришлось оставить грузовой струг с поворотной лебедкой и морячков охочих, что будут нырять да пытаться пушки веревкой обвязать, и помочь вытащить. Та еще забава. А ведь мог заранее подумать и колокол для подводных работ с собой бы притащил…

И ведь не бросишь затопленный кораблик просто так. А ну как шторм налетит? Разметает корпус по всей округе. А вместе с ним и пушки. Водолазов же нормальных у Императора не было. Так что – пришлось действовать, как говорится, не отходя от кассы.

Теперь еще одна неприятность. Удрали. Скоты! Нет бы, поступили по-людски? То есть, приняли бы героический бой в обороне, быстро умерли и не морочили никому голову. Так ведь нет. Сволочи! Теперь бегай за ними по всей округе! Правда местность теперь стала здесь совершенно безлюдная – кормовых баз нет. Хочешь не хочешь – либо к порту на побережье двинутся, либо к Бахчисараю. Проедая, кстати, фураж и провиант, на который Император уже имел виды…

А с Днепра шел еще один легион. Спустившись по реке, он должен был взломать оборону запирающей крепости, выйти в море и, высадить десант южнее Перекопа. А потом, завершив возню на том перешейке, ему надлежало продвигаться на юг – к Бахчисараю. Никаких непреодолимых или хотя бы сложных преград на пути того легиона не имелось, поэтому вскоре удастся осман отсечь от степной части Крыма и загнать в такие же обезлюдевшие горы.

Так он думал.

Однако на полпути к Бахчисараю выяснилось – гарнизон отвернул на юг, не доходя до города, и устремился куда-то к побережью. Во всяком случае, внешнее наблюдение разъездами большего дать не могло. Чуть позже, встретив передовой разъезд того легиона, что шел от Перекопа на юг, удалось выяснить, что войска с Бахчисарая сдернули, не вступая в бой и никого не дожидаясь. Прямо сразу как узнали о вторжении. Заодно вывозя все ценное.

Тяжелый и напряженный марш продолжился.

Вдоль дороги начали попадаться брошенные тела. Где воинов, где простых жителей, где лошадей или мулов. А иной раз и сломанные арбы.