Вождь. "Мы пойдем другим путем!" - Михаил Ланцов

– А вы можете предугадать его поведение? – усмехнулся премьер-министр. – Талантливый нувориш. С такими всегда сложно. Кстати, вы смогли получить сведения о характеристиках корабля? Мои источники разводят руками.

– Это большой катамаран очень необычной конструкции^[14]. Водоизмещением примерно около восьми тысяч тонн, хотя ничего точно сказать нельзя – очень необычная конфигурация корабля. Какая у него силовая установка – неясно. Но дымит слабо и топливо – жидкое. Нам удалось отследить большие поставки газолина, для производства которого он поставил небольшой нефтеперегонный завод в Нижнем Новгороде.

– Похоже, этот Ульянов – изрядный эстет, не любящий дыма и угольной пыли, – хмыкнул премьер-министр. – А ведь начинал военным моряком… Прошу прощения, что перебил вас. Что известно еще?

– К сожалению, немного. Скорость и автономность корабля не ясны. Зафиксированный ход не превысил восьми узлов. Да вот, собственно, и все.

– Я вас не узнаю. Почему у вас нет ничего конкретного по этому кораблю?

– Князь буквально помешался на безопасности. Вся территория завода Императором объявлена территорией с особым режимом безопасности. Попасть туда даже высокой комиссии чрезвычайно трудно. Еще и сам Выборг перевели на особое положение – его усилиями город стал самым охраняемым в Империи. Мы предприняли семь попыток проникновения на завод, но все безрезультатно. Причем пять раз брали не только исполнителей, но и выходили на наших агентов, которые исчезали бесследно. Пытались выцедить информацию из рабочих, но они помалкивают. О работе за заводскими стенами ни слова. И даже более того – очень подозрительно смотрят на тех, кто интересуется. А если настаивать, так и вообще сдают патрулю или полиции.

– А что дало внешнее наблюдение?

– Те сведения, что я вам озвучил, – пожал плечами министр иностранных дел. – Корабль строили в закрытом эллинге, совмещенном с сухим доком, откуда он уже вышел готовым.

– Вот что за странные привычки у этого Ульянова! – с некоторым раздражением бросил премьер-министр. – Заявляет, что строит научное судно, и одновременно скрывает от мирового научного сообщества его характеристики. Будто на самом деле строит новейший крейсер. Мальчишка, не наигравшийся со своей славой!

– И называет его чрезвычайно провокационно, – продолжил мысль собеседник. – «Золотая лань».

– Ого!

– Да, я уже предупредил журналистов. Но вряд ли Владимир этого не предусмотрел.

– Значит, подтверждается моя мысль о том, что он стремится приковать к себе и кораблю всеобщее внимание. Только зачем? Ладно. Идите работайте. Надеюсь, нам не долго ждать…

Зачем разыгрывал этот спектакль князь? Очень просто. Его «Золотая лань» была для своего времени кораблем с просто запредельным процентом новизны, построенная практически полностью в XIX веке. Его людям требовалось потренироваться «на кошечках».

Что она собой представляла?

Цельносварной корпус из сталей, вполне современных даже для начала XXI века. Причем выплавленных уже здесь в XIX веке на новеньком заводе «Электросталь» в Москве. Притом сварка – аргоновая, а не эрзац-варианты, известные аборигенам. Силовая установка классического дизель-электрохода позволяла «Золотой лани» поддерживать кучу дополнительного оборудования без особенных проблем. Например, это океанографическое судно было оснащено весьма мощным эхолотом, позволяющим не только рельеф дна сканировать, но и его структуру. Само собой, в черном ящике, залитом изолятором и с зарядами самоуничтожения. Он был достаточно совершенен, чтобы находить на дне, не очень глубоко в иле, металлические объекты массой от килограмма и выше. Собственно, на металл прибор настроен и был, выдавая характерный звук, варьирующийся в зависимости от массы объекта. Кроме того, имелся довольно вместительный гидростат с мощными прожекторами и манипуляторами. Водолазная клетка. Пара могучих лебедок для подъема грузов со дна. И так далее. Иными словами, «Золотая лань» строилась исключительно для одной цели – поиск и подъем сокровищ с затонувших кораблей. Причем практически все манипуляции проходили вдали от глаз – во внутренних помещениях вместительной надстройки. Даже гидростат и тот поднимался сразу в ангар, а о его наличии знали только члены экипажа и немногие посвященные…