Оружейник. Приговор судьи - Олег Шовкуненко

– Крови нет, – согласился приятель.

– Прости. Обложался как зеленый пацан, – от бессильной злобы на себя самого я то ли зарычал, то ли застонал. – Вот ведь цирк-зоопарк! Видел же, что высоко, что не переступлю!

– Ага, – Загребельный сперва согласился, но затем передумал: – Я тоже хорош. Надо было тебя перетащить.

– Ты ведь кажись и перетащил, – я с кряхтением стал подниматься на ноги.

– Скорее перекинул, – судя по шуршанию, Леший тоже принял вертикальное положение, причем гораздо проворней, чем я. – Хотя броском через бедро такую высоту тоже не взять. Однако ничего лучшего придумать попросту не успел. Что эта штуковина шандорахнет было яснее ясного, а потому требовалось срочно убираться с линии огня, да еще к тому же сделать так, что бы ты второпях не сорвал две остальные струны. Иначе нам с тобой…

– Хана! – закончил я за приятеля.

– Стопроцентная, – подтвердил чекист. – Это оружие возмездия жуть какое мощное оказалось. Шипение слыхал? Похоже пневматика. На сжатом газе работает. Наверняка баллоны приспособили, а там ведь до двухсот атмосфер.

– Неужто «серые» и в этом секут? – задавая этот вопрос, очень хотелось увидеть лицо друга, но тьма показала лишь бесформенную темно-бурую массу в шаге от меня.

– Скорее всего, разумная форма жизни из другого мира, – после некоторой паузы вынес свой вердикт офицер ФСБ. – Если вспомнить тех же самых кентавров или Хозяина леса, то станет понятным, что это вовсе не новость.

– Да-а… – невесело вздохнул я – Пришельцы… И опять они не в восторге от нашего общества.

– А может это мы пришельцы? – Леший стал топтаться на месте и шерудить ботинками. – Черт его знает куда нас занесло. Приперлись сюда вместе со своим железом и еще возмущаемся, почему нам не рады. А может, здесь раньше всякие-разные лютики-одуванчики произрастали и птички щебетали как очумелые?

– Ты сейчас эти самые одуванчики ищешь? – до меня, наконец, дошла причина производимого Андрюхой шума.

– Зажигалку пришлось бросить, когда тебя увальня этакого через растяжки перекидывал, – буркнул Загребельный.

– Может, ты заодно и пистолет нащупаешь? – виновато поинтересовался я.

– Обронил?! – чекист вскрикнул как от боли.

– Ну, обронил, – раскаянно признался я. – Кто ж знал, что ты меня так об землю припечатаешь!

– Стой не рыпайся! – приказал Андрюха, предвидя мое желание присоединиться к поискам. – Я сам посмотрю.

Примерно минут пять полковник Ветров смирно стоял на месте и вполглаза наблюдал, как рядом бродит едва заметный расплывчатый призрак. Он то и дело натыкался на какие-то врывшиеся в пыль предметы и тут же высказывал свое мнение о кораблестроителях всех времен и народов. В конце концов, приведению все это надоело:

– Ничего! – прогудел ФСБшник. – Это как иголку в стоге сена. И к растяжкам приближаться как-то совсем не хочется. А может ты его как раз там и посеял.

– Вполне вероятно, – мой тяжелый вздох гулко прозвучал в темноте железного туннеля. – Ладно, пошли уже. Нечего здесь зря время терять.

Полностью безоружным я чувствовал себя, мягко сказать, неуверенно, этаким голым и беззащитным младенцем, которого каждый может, а главное хочет обидеть. От такого ощущения противно холодела спина, а голова норовила поглубже зарыться в плечи. Лекарством от невроза служил лишь поиск новых растяжек, которые могли угрожать нам на оставшихся метрах мрака.

Передвигаясь цыплячьим шагом, я крался вперед и одновременно с этим руками и ногами прощупывал темноту. Леший шел чуть позади и держал автомат наготове. Учитывая близость выхода, я сам настоял на таком разделении труда. «Серые» оказались коварными бестиями. Неизвестно, какой фортель они могли выкинуть, обнаружив, что их враги живыми и невредимыми выбираются из расставленной западни.

Как ни печально, но моим подозрениям было суждено сбыться буквально в тот самый миг, когда мы перешагнули границу света и мрака. Гигантские стальные тела двух океанских монстров вдруг вздрогнули, заворочались и застонали. Одновременно с этим земля под ногами содрогнулась от резкого и мощного толчка.

– Взрыв! – я оглянулся в страхе обнаружить свирепое всепожирающее пламя, которое мчится вслед за нами по огромной железной трубе.

– Землетрясение, – Андрюха мельком глянул на циферблат своих часов и утвердительно кивнул. – Точно, уже пора.

– Давай отсюда!

В подсознании сработало давно и крепко-накрепко вбитое правило: любое землетрясение лучше пережидать под открытым небом. Если, конечно, имеется такая возможность. У нас она имелась. Небольшой, сравнительно ровный и открытый участок как раз начинался прямо около выхода из туннеля, то бишь сразу за гребным винтом научно-исследовательского судна. Всего каких-то пятнадцать-двадцать метров! И пробежать их не составляло ровным счетом никакого труда.

Наверняка мы бы так и поступили, но вдруг сверху, должно быть с кормы научного лайнера грохнулась какая-то бочка, за ней змей сполз брезентовый пожарный шланг, скатился выгоревший грязно-оранжевый спасательный круг.

– Назад! – Леший отпустил цевье автомата и схватился за мое плечо. – Сейчас как припечатает по башке, мало не покажется.

– Это они? «Серые»? – я прислушивался к доносящемуся из недр гулу, протяжным стонам стальных гигантов и пытался вычленить из этой мешанины возню живых существ на палубе корабля.

– Нет! – чекист отрицательно замотал головой, отчего стало казаться, что ему передалось колебание земной тверди. – Спасательным кругом человека укокошить трудно, шлангом тоже. Так что виноваты здесь подземные толчки. А они балов восемь. Такой «шторм» вполне может стряхнуть нам на головы и чего поувесистей, чем вся эта дребедень.

– Переждем здесь, – я понял куда клонит Загребельный.

– Переждем, – кивнул мой приятель.

Землетрясение продолжалось минут десять. Все это время мы с Андрюхой стояли в самом центре железного туннеля и внимательно следили за ситуацией. Разумеется, поднакопленный опыт подсказывал, что ничего катастрофического подземные толчки с собой не принесут, вернее раньше не приносили. Только вот все когда-нибудь случается впервые и об этом не стоило забывать.

Однако Главный миловал. С палубы научно-исследовательского судна скатилось еще несколько мелких деталей оснастки, на танкере справа оборвался один из спасательных плотов, а у разлегшегося прямо напротив нас сухогруза рухнула верхушка проржавевшей мачты. Ни одно из этих происшествий нас не затронуло и даже не перегородило дорогу. Так что вполне можно было отправляться дальше, упрямо брести навстречу неизвестности и новым опасностям.

– Двинули, что ли? – Леший медленно и тяжело поднял АКМС, будто тот был отлит из свинца.

– Давай хоть горло промочим, – предложил я и полез за флягой.

Пока танкист Ветров шарил в своем исхудалом вещмешке, ФСБшник Загребельный прошел вперед и стал осматривать местность.