Вольный князь - Владимир Матвеев

Светлый лес. Княжеский дворец

По длинному коридору, растеряв всю свою степенность и важность, в сторону княжеского кабинета бежал альв – личный секретарь и ближайший поверенный владыки Светлого леса. Весть, что он нес, была не из тех, за которые потом награждают. Поэтому крупные капли пота, что выступили на его лбу, были не от длительного забега.

Остановившись за пару десятков шагов от дверей, он глубоко вздохнул, вытер лоб и лицо шелковым кружевным платком и дальше отправился уже более степенно.

– Владыка, – открыв дверь и глубоко поклонившись, произнес альв, – срочные новости из Даргасского Мегара.

Высокий мужчина с тонким золотым обручем из переплетенных ветвей и листьев не спеша оторвал свой взор от карты центральных земель Тивалены, которая висела на одной из живых зеленых стен его кабинета, и медленно повернулся на голос.

– Когда мы укрепимся в междуречье Хрустальной и Тихой, можно будет думать и о дальнейших наших шагах, – словно не услышав альва, проговорил он. – Хотя первые эти шаги мы уже сделали. Что у тебя за новости? Надеюсь, этот непонятно откуда появившийся князь кормит червей?

– Нет, владыка, – с еле заметной дрожью в голосе поклонился секретарь. – Князь Сайшат жив. А вот все наши воины исчезли.

– То есть как исчезли? – светлые брови правителя леса поползли вверх. – Все?

– Да, мой князь, – не поднимая головы, ответил альв. – Но и это еще не все. Изгоями раскрыт один «упавший листок» и уже казнён. Предан ужасной смерти на центральной площади Мегара. На казни присутствовала сама Кармин Сполох.

– Вот значит как, – задумался владыка. – И что княгиня изгоев сказала перед толпой? Светлый лес не вспоминала?

– Нет, мой князь. Для всех это была казнь отступника и предателя. И только.

– Умная стерва, – кивнул хозяин кабинета. – Но изгои мне сейчас не так интересны, как этот князь Сайшат. Я не сомневаюсь, что влез он в наши дела случайно. Но вот потом… Кстати, что это к нему так привязались изгои?

– Насколько мне известно, они связывают его появление с пророчеством.

– А, ну да, – протянул владыка. – Знаю, знаю. Еще одного Криса Великого ждут. Ну и пусть ждут. У нас же своя дорога. Вот только эту дорогу все чаще стал переходить этот разумный. Разрушил план с принцессой Даргаса. Убил графа Генберга, который нам был очень полезен. Убил этого дурака, герцога Тенпиля. Убил почти всех «упавших листьев», что были в Мегаре. Никакого изящества, никаких шпионских игр. Вопрос решает радикально – мечом по шее.

К концу мыслей вслух князь стал очень серьезным.

– Меня стал утомлять этот Сайшат, – сказал он, пристально посмотрев на секретаря. – Он должен исчезнуть.

– Это очень трудно сделать, владыка, – склонился его собеседник. – У него очень верные вассалы. Да и сам он больше похож на убийцу, чем на князя.

– У всех разумных есть свои слабости и уязвимые места, – отмахнулся владыка. – Одни любят золото, другие власть. У кого-то за душой есть темные делишки, обнародование которых для них подобно смерти. Кто-то просто идейный дурак. У всех есть уязвимые места, – повторил он. – Даже у командира моей дворцовой стражи, что стоит за дверью. Но он мне пока предан – я знаю это. Есть основания так думать. Найди слабое место князя Сайшат, пока он действительно не стал проблемой, – жестко припечатал он. – Найди и уничтожь. У нас и без него врагов хватает. Иди.

– Да, владыка, – низко поклонился секретарь и, попятившись, вышел за дверь.

Оказавшись в коридоре, альв облегченно вздохнул: на такое легкое окончание беседы он не рассчитывал. Прямо перед ним, застыв безмолвной статуей, стоял командир дворцовой стражи князя Светлого леса. Высокий воин с суровым и немного грубым лицом, который так не подходил этой утонченной расе. Кинув на него мимолетный взгляд и негромко ухмыльнувшись своим мыслям, секретарь резко повернулся и зашагал по коридору, на ходу обдумывая поставленную Владыкой задачу.

Он не видел, как в глазах воина вспыхнула и тут же погасла искра ненависти. Князь Светлого леса был прав: практически у каждого разумного есть слабости и уязвимые места. Вот только не сказал, что и он сам не является исключением.

Лес Приграничья

Приблизив к лицу руку, Атей наблюдал, как по его ладони и пальцам бегает небольшая букашка, перебирая своими тоненькими лапками. Призрак периодически поворачивал кисть, превращая забег насекомого по ней в практически бесконечный путь. Наконец букашке надоело это занятие. Она остановилась, раскрыла хитиновые надкрылья, из-под которых появились ажурные прозрачные крылья, и с небольшой заминкой взлетела, скрывшись в раскрашенном осенними красками лесу.

«Откуда она здесь? – отрешившись на миг от своих дум, сказал про себя Атей. – На пороге хоть и короткий, но зимний сезон».

Но это была его единственная мысль, связанная с насекомым. Он снова и снова возвращался к сегодняшнему утру, когда они, еще до первых лучей Хассаша, покинули Мегар.

В свете горящих масляных светильников Атей давал тогда последние наставления своей жене, когда к нему подошли два альва-изгоя, прибывшие вместе с Кармин и пожелавшие встать под его руку, и молча опустились на правое колено.

– Князь, – не поднимая головы, начал говорить один из них. – Выслушай нас и реши, как поступить.

Призрак прервал разговор с Виолин и в удивлении приподнял правую бровь. О чем бы ни пошел разговор, его начало немного обескуражило князя.

– Я вас слушаю, – сказал он. – И встаньте, нечего коленки протирать.

Альвы синхронно поднялись. Атей знал этих двух братьев, как и остальных изгоев из последнего пополнения. Аршаль Листопад и Аламгир Везунчик – отличные воины, заслужившие право носить височную косицу.