Россия во тьме - Александр Афанасьев

– Шамиль Салманович в настоящее время находится в родном селе…

– Он участвует во всем в этом?

…

Вадим Викторович наклонился вперед, глаза его были откровенно злыми.

– Кто конкретно сейчас отвечает за республику? Вы? И за то что происходит?

Чеченцы переглянулись.

– Вадим Викторович – просительно начал Арипов – Аслан совсем зарвался. Везде своих людей расставил, его тейп везде сидит, дохнуть не дает. Знаете, что его сын творил?

…

– Приезжает к человеку и говорит: в Ичкерии больше нет бизнеса пятьдесят на пятьдесят, есть восемьдесят на двадцать. Устраивает – бери, менеджируй^[62].

…

– Народ восстал… ну, вот мы и…

– Что – вы?

…

– Вы идиоты. Причем конченые. В России вот-вот начнется вторая Манежка! После чего, властям. новым или старым – неважно, потребуется козел отпущения. Как думаете, кого они выберут в этом качестве?

…

– А вы тут… с вашими дешевыми разборками! Да вас по камням размажут!

– Вадим Викторович… мы рассчитываем на помощь украинского народа…

– Мне нужно встретиться с президентом, – заявил Вадим Викторович, – причем немедленно. Организуйте.

Тон был такой, что даже мысли об отказе не допускал…

* * *

Состояние дел в Чечне и в самом деле было очень и очень странным. В стране фактически переворот, власти нет – а президент, и одновременно с ним вице-президент – разъехались по родным челам и там засели. И при этом – ничего, город живет! Поневоле начинаешь задаваться вопросом – если Город живет и без власти, так может, она и вообще не нужна? А?

Украинского гостя собирали в дорогу как на войну. В колонну джипов в голову встал БТР, а в хвост – Камаз с ЗУ-23-2, Золушкой, рабочей лошадкой постсоветских военных конфликтов. Последних у Чечни было особенно много – закупили партию в Болгарии, завезли через Черное море и транзитом через Грузию. В Румынии закупали и более легкие зенитные установки – на базе КПВТ. Пулемет или зенитная установка в кузове Зилка или Газончика – была основным средством огневой поддержки всех сил в Чечне – от банды, до элитного Нефтяного полка.

Матерясь по-русски, расставили в правильном порядке машины, раздали рации – и колонна начала выползать из Города…

Чеченские дороги – это нечто. Грязища, ухабы – по семь не на версту, а метров на сто точно, остатки автобусных остановок, блокпосты, на которых теперь вместо ментов и федералов стоят самые разные силы – от сельской самообороны, и до шариатской полиции. Раскисшая обочина, телеги с лошадьми и мулами вместо машин, но попадаются и машины, от разбитых до совсем новых. Рыжие, с дырами цистерны – это бывшие самовары, взорванные бойцами Нефтяного полка – это раньше нефть мог варить кто угодно, а теперь – только допущенные. В полях – зелень, желтый цвет табака, рабы. На обочинах – горелая техника русистов, напоминающая о страшном кровопролитии, оказавшемся, в общем-то, бессмысленным и бесполезным. Флер настоящей, родовой демократии – сменился бесстыдным попилом и дербаном, безумием и цинизмом политической грызни и расправ, нищетой настоящего и беспросветностью будущего. И света в конце тоннеля – не было.

* * *

– С..а… – произнес замминистра обороны, рассматривающий позиции противника в старый, советский бинокль.

Заместителей у министра обороны Ичкерии – было то ли двадцать шесть, то ли двадцать девять. А как иначе – одного назначить, а другого нет – другой обидится, стрелять начнет. Зачем это надо? После победы над русистами – все считали себя великими воинами. Да и… зам министра – звучит, верно? А зам министра обороны – это тебе не зам министра сельского хозяйства. Круче только замминистра нефти – но их было всего двенадцать, поскольку даже за простую должность в министерстве нефти, исполнительскую – надо было платить немалую сумму долларами. Случайных людей в Миннефти не было. бесплатно там были только сын и зять президента. Говорят, что место в Московском представительстве Грознефти стоит миллион долларов – это сколько же там откатывают, чтобы такие лавешки отбить?

Впрочем, ч’анда это все.

А вот пушка комплекса 2А42, направленная прямо на колонну – это совсем не ч’анда.

– На, глянь… – замминистра передал бинокль своему брату и порученцу.

– Вот, с…а.

– Теперь понял, куда стволы с иранской поставки ушли?

– Аслан, с..а.

Замминистра по-волчьи скрипнул зубами.

– Он как раз умный. А мы – бараны. Вот увидишь, он ещё русских сюда приведет. Нас под расстрел поставит, а сам править будет, падла.

– А как же интересы нации?

Речь шла о крупной, не афишируемой сделке между ичкерийским Минобороны и Корпусом стражей исламской революции Ирана. Иран – поставил в Чечню большую партию иранского оружия, самого разного – от пистолетов до вот такой вот автоматической пушки 2А42, выполненной в виде тумбового орудия, пригодного для установки на грузовики и железнодорожные платформы. Часть иранского оружия ушла на вооружение Нефтяного полка, бойцы которого хвастались новенькими, иранскими Зиг-Зауэрами – а часть пошла неизвестно куда. Теперь, понятно, куда она пошла – на вооружение родственников президента. Заранее вывезли в Ножай-Юрт и там складировали… спрятали, то есть. Теперь, как началась заваруха – президент вооружил своих родственников до зубов из этого арсенала.

Про интересы нации – а в Ичкерии этим оправдывалось очень многое – замминистра ответить не успел. Подошел украинец.

– Что происходит?

– Вон, гляньте. Выставили блок…

Украинец посмотрел в бинокль. Потом – достал спутниковый телефон.

* * *

В Центарое, одном из сел Ножай-Юртовского района – улицы забиты дорогими джипами, между ними ворочается боевая техника – новенькие БТРы и машины с крупнокалиберными пулеметами и автоматическими пушками в кузове. Бородатые, усатые (под Дудаева) чеченцы – встречаются, обнимаются, хлопают друг друга по спине. Кто-то уже затеял зикр, но из-за того, что асфальта нет, а почва сырая – получается плохо и все смеются. Везде флаги Ичкерии, радостные, оскаленные лица, кто-то тут же кушает – курзе, жижиг-галнаш, шашлык из молодого барашка. Оружия не просто много – оружия полно, у многих не по одному пистолету, ими хвастаются друг перед другом, кто-то стреляет в воздух. Обращает на себя внимание большое количество снайперских винтовок – Ремингтонов и иранских снайперок на базе Ремингтон М40, похожих по ложу на русские СВ-98. Видно, что все рады, рады тому, что выбрались на природу, из чиновных кабинетов, из ментовской формы, из постылого зарабатывания денег и засасывающей бытовухи, и снова стали теми, кто они есть на самом деле – волками. Радость – буквально разлита в горном воздухе…