Звездная пыль калибра 5,56 - Олег Шовкуненко

Грабовский поймал на себе взгляд ярких голубых глаз. Учитель просто с любопытством посмотрел и ничего не сказал. Однако разведчику вдруг показалось, что на лице инопланетянина мелькнула гримаса удивления, которая как будто говорила: «Смотри-ка, а я раньше об этом и не думал!»

Поддержка столь авторитетного эксперта добавила Марку уверенности. Несколько секунд ученик Шерлока Холмса копался в истории Агавы. Не отыскав там ничего нового, он устремил свой взгляд к звездам. Со звездолетами все ясно, их эгионы знают свое дело. Они могли доставить морунгов куда угодно. Ну, долетели, к примеру, до Бахота. Марк покопался в памяти. Кажется, эту планету захватили второй… или третьей… Хотя какое это имеет значение? Бахот – это никак не пустынная Агава. Технологически развитый мир, изобилие городов, рудников, баз и космодромов. Захватить это все одним махом практически невозможно. Правда, к моменту атаки на Бахот мстителей могло быть уже около ста тысяч, но этого все равно недостаточно. Излучения Лабиринта там нет, а агрессорам следовало сделать так, чтобы планета даже не пискнула.

«Почта, телефон, телеграф…» – прозвучало в голове Грабовского. Что такое? Марку потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что Великий Учитель вмешался в его мысли.

– Может, я не буду сушить себе мозги, – разведчик раздраженно остановился, – а ты расскажешь мне все, что знаешь?

– Ты хочешь понять, как морунги захватили Бахот и все другие планеты? – Учитель, словно не заметив, что землянина нет рядом, продолжал спокойно идти по коридору. – Им помогли захватить их.

– Кто помог? – Грабовский двумя прыжками догнал инопланетянина.

– Тот, кто знал, как это делается. Тот, кто имеет опыт.

– Ты намекаешь на то, что у мстителей есть союзники?

– Я не намекаю, я чувствую их.

– Не наводи тень на плетень! Кто это?

– Тень на плетень? Странный оборот, – улыбнулся Учитель. – Откуда он?

– У меня был друг. Он погиб здесь, на Агаве. Это его слова.

– Мы все кого-нибудь или что-нибудь потеряли в этой войне, – инопланетянин произнес это неожиданно печально и медленно. – Твой друг… Как он погиб?

– Я не знаю… – Горе камнем сдавило грудь землянина. – Он остался прикрывать наш отход. Больше мы не виделись.

– Ты вспоминаешь его? – Учитель задал странный вопрос, в котором Марк почувствовал тоску вперемешку со страшной внутренней болью. – Пока о солдатах помнят, они остаются живыми.

Не может быть! У Марка подкосились ноги, а полутемные своды коридора качнулись, словно от землетрясения. «Помни обо мне. Пока о солдатах помнят, они остаются живыми» – это были последние слова, которые Николай сказал Луизе перед их стартом с Земли. Тогда Грабовский стал случайным свидетелем их прощания, и эта подслушанная ненароком фраза накрепко запечатлелась в его мозгу. И вот сейчас те же слова и тот же русский акцент. Это мистика! Лейтенант как будто прозрел. Всем знаниям Учителя об оружии, Земле, людях, лично о нем, Марке Грабовском, может быть лишь одно объяснение…

Разведчик двумя руками схватил покрытые броней плечи и заставил инопланетянина глянуть ему в глаза. Грабовского лихорадило. Задыхаясь и путаясь в словах, он едва смог прохрипеть:

– Николай, это ты?

Друзья долго стояли обнявшись. Завидев их издали, харририане спешили повернуть назад или юркнуть в один из соседних переходов. От греха подальше. Кто их разберет, этих инопланетян? Странные они какие-то. Совершают непонятные поступки. От них так и разит эмоциями и стрессом. Откуда аборигенам Агавы было знать, что никакой опасности нет, а таинственные пришельцы просто плачут?

– Ах ты, баран безмозглый! – Марк через силу разорвал объятия. – Почему ты так долго молчал?

– А я тебе и сейчас ничего не сказал. С чего ты взял, что перед тобой твой друг Николай Строгов? Посмотри внимательней. Я ведь больше не человек, я ужасный монстр, Франкенштейн, созданный Лабиринтом. Мое тело – сплошной панцирь, дышу я серой, а когтями рву металл.

– Чушь собачья! – справившись с чувствами, Марк восстановил свой пытливый разум. – Главное – ты живой! А тело… мы же в сказочном будущем, выбирай, какое хочешь. Давай я поговорю с Дэей, и она состряпает тебе тело с хвостом и тремя головами.

– Нет уж, Змея Горыныча ваша семейка из меня не сделает.

Николай расслабился, напряжение спало, а внутренняя боль отступила. Впервые за долгое время Строгов перестал чувствовать себя забытым и одиноким.

– Давай рассказывай. – Марку не терпелось поговорить с другом.

– О чем?

– Обо всем, что хочешь. Только не молчи. – Грабовский одной рукой стиснул плечи Николая, а другой забарабанил ему по груди. – Мы так долго не виделись.

– Рассказывать особо нечего. – В свою очередь, Строгов слегка двинул друга в бок. – Охотники загнали нас в Лабиринт…

– В Лабиринт? – насторожился Марк. – Это случайность или их замысел?

– Я много думал об этом. – Приглашая Грабовского продолжить путь, Николай увлек его за собой. – Мне кажется, и то и другое. Стартовая площадка сто пять, тупиковое место. Стоит перекрыть четыре входа – и всё, беглецам не вырваться. Остается только туннель городской подземки, который, кстати говоря, и соединен с Лабиринтом. Если смельчаки примут открытый бой – им конец, если попытаются сунуться в Лабиринт – о них можно забыть навсегда. Попавший в Лабиринт Жизни не выберется оттуда.

– Но вы же выбрались?

– Выбрались мы не все. Фогюс погиб. И я бы остался там, если бы не Легардер. – Николай сделал долгую паузу. Наверняка он вспоминал те страшные мгновения. – Не знаю, что нам помогло, сверхъестественные силы или невероятное стечение обстоятельств, а возможно, и то и другое. Мы попали в Лабиринт израненные и смертельно облученные. Как ни парадоксально, это нас и спасло. Большая часть энергии Источника пошла на восстановление наших жизненных функций и органов, а не на смертоносные мутации. Хотя мутациями, как видишь, нас тоже зацепило. Нагира был прав. Лабиринт – это костер, он согревает и лелеет жизнь, но подходить к нему близко опасно. Иначе своей безграничной силой он убьет или покалечит.

– Легардер тоже… – Грабовский запнулся, подбирая слова, – тоже изменился?

– А ты разве не заметил? По-твоему, Воин без лица выглядит абсолютно ординарно?

Ну, конечно же! Как Марк сразу не догадался? Друг и помощник Великого Учителя не может быть не кем иным, как Виктором Легардером – рядовым из третьего взвода, творцом того самого компьютерного вируса, который с такой легкостью крушил инфицированные мозги всех слитов Агавы.

– Кстати, вирус нам тоже пригодился, – прочел Строгов мысли друга. – Виктор сберег свою пушку, и мы стреляли из нее в невидимок. Конечно же, ни одна тварь не сдохла, но дезориентировать их газообразные мозги мы смогли. Это позволило нам прорваться к самому Источнику жизни.