Совершенная технология - Евгения Озерова

– Привет! Наконец-то! Будешь со мной ночевать! – первым делом крикнула Юля.

– Здорово! – ответила Шуша, напрягая связки. – Куда идём?

– Туда! – махнула рукой Юля в сторону длинной улицы.

Пока они шли по стоянке, в свете прожекторов Шуша исподтишка разглядывала Юлечку. Конечно, таких маленьких размеров на складе не нашлось, и бело-серо-чёрная зимняя камуфляжная куртка висела на ней мешком. Юля закатывала рукава, как поняла Шуша, в три или четыре раза, и из-за толщины сложенных обшлагов ей приходилось смешно расставлять руки при ходьбе. О длине куртки вообще говорить не стоило.

Отзвуки гама преследовали их ещё метров двести, пока они шли по пустынной, освещенной улице, а от шума вертолётных винтов, видимо, нельзя было избавиться во всей Тотьме. Шуша заметила, что в некоторых домах до сих пор кто-то явно жил.

– А эти что же, не эвакуировались? – спросила она, показывая на один из домиков с красивой деревянной резьбой по фасаду, окна которого заманчиво-мягко светились сквозь занавеси.

– Может быть, – беззаботно пожала плечами Юля. – А может, кто-то из наших живёт. Тут ведь знаешь как? Довольно многие из работающих в системе жизнеобеспечения города остались, кто – за дополнительную плату, кто – добровольно. Подстанция вся, водопровод там, канализация… А в пустые дома многие владельцы разрешили селиться нашим.

Шуша поёжилась, представив себе ощущение, которое должны были испытывать представители обычных гражданских профессий в такой близости от корабля.

– Не страшно им? Ведь если… того?

– Не знаю, – беспечно махнула рукой Юлечка.

– Я вижу, ты тут в своей стихии! – улыбнулась Шуша, вспомнив, что болотноориенталка была профессиональными спасателем, и поняв, что за её беспечностью кроется наслаждение: подруга снова почувствовала себя «в поле», а не прозябала в скучном офисе.

Они дошли до освещенного уличными фонарями пустого перекрёстка и повернули за угол.

– Да, в общем! – с какой-то радостной уверенностью согласилась маленькая болотноориенталка. – Работы, конечно, очень много было и вчера, и сегодня. Фонило поначалу сильно, но он… корабль, в смысле… последние несколько километров спускался на каких-то других двигателях, без радиации. Так что обошлись почти только атмосферными вихрями, вывели основной массив загрязнения в космос.

– Как? – удивлённо спросила Шуша.

– Да выброс из атмосферы организовали. Типа фонтана, – объяснила Юлечка. – А вот с землёй сложнее всё. Там и сейчас фонит, а на полосу защитную не зайдёшь, чтобы поработать… И пепел, главное, ветром носило… Ну, мы пока в снежок вчера ночью дезактивантов подбавили, а приберём потом. Главное – дальше пока не пойдёт, ни в землю, ни в воздух.

Шуша задумалась. Похоже, то, что она почти перестала ощущать боль, привыкнув, как думала, к ней, было на самом деле большой заслугой аэропроектников. Теперь ведь её беспокоили только само присутствие корабля и сожжённая земля защитной полосы. Страшно сказать, что произошло бы с ней, случись обширное загрязнение атмосферы, воды или почвы! Во всяком случае, из больницы её точно бы не выпустили. И как вовремя аэропроектники это сделали – как раз, пока она спала…

Шуша подняла глаза и озадаченно уставилась на вывеску при входе в двухэтажный дом, мимо которого они проходили.

– Юль, скажи, ты меня кругами водишь, или у меня с мозгами непорядок? – спросила она.

Юлечка прочитала вывеску и рассмеялась.

– Рабочая столовая-то? Я сама удивилась вчера, – их тут, кажется, по две на каждой улице. Но кормят очень вкусно, рекомендую! В любой! Повара тоже, в основном, не уехали, – пояснила она в ответ на недоуменный Шушин взгляд.

Та только покачала головой.

– Гришнак Углукович вообще приказал мобильные кухни разворачивать только для тех, кто в оцеплении, – добавила подруга.

– Кстати, а чем он-то сейчас занимается?

– Ночью из OOP делегация приедет. Собираются парламентёрами пойти завтра к кораблю, – так же беспечно сообщила Юлечка. – Если, конечно, до тех пор пришельцы сами как-нибудь не проявятся. О, мы пришли!

Шуша обнаружила, что они стоят перед зданием райбольницы.

– Не поняла? – озадаченно спросила она. – Ты что, здесь живешь?

Болотноориенталка хитренько улыбнулась:

– Гришнак Углукович приказал: тебя сразу в госпиталь. Там ещё с утра тобой врач интересовался!

– Ну Юуууля… – протянула Шуша возмущённо.

За перипетиями сегодняшнего дня она совсем забыла об обещании лечащего врача послать историю её болезни однокурснику в Тотьму.

– Иди-иди! – подталкивая её руками, безапелляционно заявила та. – Я с тобой пойду. Не боись, я же вижу, что ты в порядке! Осмотрят – и отпустят, главное, что ты проверишься ещё раз! А потом – на склад, камуфляж получать!

Врач действительно не нашёл в состоянии Шуши ничего предосудительного: ухудшения явно не наблюдалось. Однако, когда речь зашла о поддержании организма, и она с виноватым видом выгребла из самых недр сумки нетронутые лекарства, которые получила утром в больнице, однокурсник Михаила Андреевича поджал губы и мрачно пообещал Шуше, что, если она не будет их принимать, он пожалуется директору и закроет её в госпиталь минимум на три дня. По его словам, возни с Яриком ему хватило, когда тот, всего лишь геомант-регионалыцик, потерял сознание во время приземления корабля. Поэтому Шуша под наблюдением врача покорно приняла все предписанные средства и со своей стороны пообещала, что завтра и послезавтра ни за что не пропустит приём. Тем более, что доктор всё равно потребовал зайти в госпиталь через день.

Склад располагался в здании очередной рабочей столовой, закрытой, вероятно, исключительно для разнообразия. Там они обнаружили не только интенданта, который выдал Шуше комплект зимнего камуфляжа без знаков различия, но и отдел компьютерного обеспечения в полном составе.

Полусонные нативные горцы с нечёсанными бородами вяло ковырялись в эмчеэсовских комплектах связи и неисправных приборах спутниковой навигации, – Гришнак Углукович явно не сдержал обещания отпустить их, если они приведут в идеальный порядок новые ноутбуки. Однако, судя по тому, что на столах среди разного рода технического барахла кое-где виднелись и бутылочки пивка, любимого напитка честных компьютерщиков, в ответ отдел в полном составе тоже решил не соблюдать некоторые корпоративные правила. Шуша подошла поближе.

– О, кто пришёл! – несмотря на усталость, Хард весьма обрадовался Шуше.

Он бросил крошечный паяльник рядом с рацией и привстал над её разверстым нутром, протягивая Шуше короткую ручку. Она потянулась через стол, стараясь не коснуться его даже краем одежды: вокруг рации, противно пища, извивались несколько пришпиленных к столешнице гремлинов, выловленных в аппаратуре, а к ним Шуша испытывала брезгливость. Рыжий сисадмин заметил её мимолётную гримаску, понял, обошёл стол и вцепился в её ладонь обеими руками.