Переговорщик - Алексей Калугин

Стальные туши

Падали, кружа.

Лети,

Осенняя листва.

– Он был на Фуме во время сражения?

– Сомневаюсь. Иконус поставил перед собой задачу запечатлеть в стихах все выдающиеся события, произошедшие при его жизни. Разумеется, он не мог лично везде присутствовать. Особенно там, где его не ждали. Поначалу он писал поэмы, затем перешел на баллады. Баллады сменили сонеты. Ну, а им на смену пришли хокку. В Галактике происходит так много всего, что Иконус не успевает все это рифмовать. Не так давно он сделал заявление, что осваивает новый для себя поэтический жанр однострочий. И самое интересное, что он таки своего добьется!

– Чего именно? – не понял Нокуар.

– Славы, разумеется. Сейчас он регулярно выпускает свои «Ежемесячники» и «Ежегодники». А когда-нибудь непременно соберет все это в один огромный том. И тут уже будет не важно, насколько он хорош как поэт. От такого эпохального труда невозможно просто так отмахнуться. О нем непременно будут говорить, станут спорить. Потому что найдутся как противники, так и ярые приверженцы стиля… Или жанра?.. Как ни крути, а Фалодя Иконус стал новатором, не сказав в литературе ничего нового. А все потому, что сегодня все решает не литературный талант, а умение преподнести себя соответствующим образом.

Техники – с желтыми лентами через плечо – почему-то все шли им навстречу. Коридор был узкий, только-только двоим разойтись. Поэтому Алексею с Нокуаром то и дело приходилось перестраиваться в шеренгу. То один впереди, то другой. Техники аккуратно вскидывали правую руку к груди, хотя во время полета устав требовал отдавать честь старшему по званию только при обращении к нему. Видимо, это тоже было демонстрацией особого отношения к врачу-землянину. Подчеркнутым уважением, выказанным чужаку. Алексею это не очень-то нравилось. Да какое там! Совсем не нравилось! Не сказать, что раздражало, но изрядно нервировало. Лишь завидев впереди бодро шагающего техника, он уже начинал прикидывать – ну как и этот тоже вскинет руку к груди? Но не одергивать же было каждого? Тем более что Нокуар старательно делал вид, что ничего особенного не происходит.

– Ты любишь литературу?

– Конечно. А ты?..

– Секундочку, – Нокуар поднял руку. – Вот оно, сердце нашего корабля! – он указал на закрытые ворота, перечеркнутыми двумя полосами, синей и голубой. – За этими дверями…

– Гипердвигатель Хайма-Дрешера.

Нокуар провел пальцами по подбородку.

– Слушай, а ты вообще-то врач?

– Разумеется, – улыбнулся самой доброжелательной своей улыбкой Алексей. – Хочешь, прямо сейчас удалю тебе аппендицит?

– Я не встречал врачей, которые умеют пользоваться тромами и знают принцип движения кораблей в гиперпространстве. Им это не нужно.

– Я – эрудит.

– Серьезно?

– Любую информацию можно найти в биоме.

– На корабле биом работает в сильно урезанном виде. Можно сказать, что его тут вовсе нет.

– Согласен. Даже странно как-то… – Алексей прислушался к собственным ощущениям и брови сдвинул задумчиво. – Я всегда был уверен, что мне ничего не будет стоить отключиться от биома. Иногда даже хотелось это сделать. Как после случая в Кан-Да-Кане. А сейчас… Я чувствую себя как будто в вакууме. Мне физически не хватает непрерывного информационного потока, плотность которого я сам могу регулировать. Я словно отрезан от мира!

– Если захочется переговорить с кем-то, кто находится за пределами корабля, нужно поставить об этом в известность капитана.

– Лично?

– Зачем? Для этого существует биюл корабля.

– И как к нему подключиться?

– Ты еще не подключен?

– Нет.

Когда Алексей жил на «Золотом Компасе», внутренних биюлов кораблей не существовало. Для связи члены экипажа пользовались настенными интеркомами или переговорниками, которые, как часы, носили на запястье. На рейсовых космолетах, которыми Алексей летал, уже став врачом, работал все тот же биом с минимальной интеллектуальной фильтрацией инфопотока. Если ты не террорист и не затеваешь ничего дурного, тебя это никак не касалось.

Нокуар достал из нагрудного кармана служебный жетон.

– Для подключения требуется жетон. Тебе нужно только активировать его через персональный биюл. Несколько степеней защиты не позволит никакому другому гуманоиду с ходу войти в биюл корабля от твоего имени. Со временем взломать защиту, конечно, можно, но к тому времени, когда это будет сделано, оно потеряет всякий смысл. Потому что ты уже либо заявишь о пропаже жетона, либо твой жетон будет деактивирован за ненадобностью.

– Звучит оптимистично.

– Ты на самом деле врач?

– Ну а кто я, по-твоему?

– Я просто спросил…

– Думаешь, я шпион?

– Сомневаюсь.

– Я тоже. Это ведь не я назначил себя… Подожди, я подключаюсь к биюлу корабля… Опа!..

На Алексея обрушился шквал никак не отсортированной информации, имеющей отношение к самым разным аспектам жизнедеятельности корабля. Как старший офицер он теперь знал не только о том, что происходит в медотсеке. Он знал, что рядовые и офицеры будут есть сегодня на ужин. Что во втором вспомогательном маневровом двигателе был отмечен ноль-пятипроцентный рассинхрон, которым уже занимались техники. Что можно взять почитать в корабельной библиотеке. На какое время можно записаться на посещение комнаты релаксации. Знал расписание вахт. Узнал имя вахтенного офицера, первым встретившего его на корабле. Разумеется, в биюл была загружена вся информация о славном боевом пути крейсера «Тунд-Ор-Сун» – так что глупо было приставать с вопросом об этом к Нокуару. Алексей даже нашел информацию о коте, про которого упомянул энсин. На корабле действительно живет кот. Рыжий, здоровый, кривоногий, страшно пугливый кот, представитель земной фауны, по имени Руби. Обычное его местонахождение – в кают-компании на третьей палубе. Но в принципе встретить его можно где угодно. В первую очередь, разумеется, на кухне. Кот очень аккуратный, приучен пользоваться туалетом, и еще ни разу не было случая, чтобы он где-нибудь нагадил…

Широкий красный баннер сдвинул всю прочую информацию на второй план. Старшему врачу Бузину напоминали, что он обязан присутствовать на общем сборе старших офицеров, который состоится в конференц-зале на шестой палубе через сорок пять минут. Алексей попросил еще раз напомнить ему об этом за пятнадцать минут до начала сбора и убрал баннер.

– Ну как? – поинтересовался Нокуар.

– Да, тут есть где развернуться, – ответил Алексей. – Только сначала нужно навести порядок – настроить информационные потоки под себя.

– В корабельном биюле имеется интеллектуальная настройка – на первый план выходит информация, к которой ты чаще всего обращаешься.

– Разумно.

Алексей вернулся в главное меню и начал быстро прокручивать разделы.