Лжедмитрий. На железном троне - Михаил Ланцов

– Со мной? – Повел бровью король.

– А еще самый умный король Дании! Тебя что, так поражения в грусть вогнали?

– Вообще-то, поражения неприятны, – доверительно произнес Кристиан.

– Все так. Но и пользы от них много больше, чем от побед. Знаешь в чем главная опасность постоянных побед? Ты перестаешь развиваться, идти в ногу со временем и учитывать промахи. Ведь ты побеждаешь, а значит, все делаешь правильно. А поражения – лучшие учителя в мире. Только они могут заставить тебя отбросить очевидные глупости и попытаться встать на путь совершенствования. Если, конечно, ты не дурак. Так что, считай, я преподнес тебе серию полезных уроков. Главное теперь – правильно их осознать и выучить.

– А как же ты тогда учишься?

– Я сам себе наношу поражения. Разбираю каждый бой и придумываю, как силами своего противника меня разбить. Причем совершенно безжалостно. Редко когда в таком воображаемом бою я выживаю. Это отрезвляет.

– И что, я мог тебя разбить там, при Кальмаре?

– Разумеется. Правда, для этого тебе нужно было бы избрать иную тактику. Но не переживай. Знаешь, как говорят? Даже если тебя съели, у тебя есть как минимум два выхода. А вообще я крайне поражен тем, как небрежно вы охраняете свою столицу. Те же замки на севере Зунда устарели чуть более чем полностью. Да, знаю, их недавно построили, но по совершенно архаичным образцам. Если англичане или голландцы попытаются войти флотом и атаковать Копенгаген, то этим их не остановить. Корабельная артиллерия больших кораблей для них представляет серьезную угрозу, а защита от десанта призрачная. Два-три дня – потолок. Больше не простоят. А потом флот противника подойдет к беззащитному Копенгагену и сожжет его к чертям. О чем вы вообще думаете?

– Тогда почему ты не сжег? – Прищурившись, поинтересовался Кристиан.

– А зачем мне это? Для англичан или голландцев твои купцы – конкуренты. Зачем они им? Пришли. Сожгли. Устрашили. А меня это мало интересует. По крайней мере, такие методы. Кроме того, я довольно сильно отличаюсь от большинства монархов в этом мире, хотя бы тем, что считаю, что любая держава стоит на крестьянах, ремесленниках и купцах. Они соль земли, без которой ничего бы и не было. Ни еды, ни одежды, ни оружия, ни городов, ни кораблей. Да и снаряжения воинского тоже. Поэтому стараюсь не резать курицу, несущую золотые яйца. Зачем мне жечь город купцов? Вот деньги с него взять – да, я бы подумал. Но жечь… это глупо. Для меня. Хотя иногда и хочется подобные глупости совершать, грешен, но я стараюсь сдерживать свои порывы и страсти.

– Хм. Занятно. И чего ты хочешь от меня? – Чуть помолчав, поинтересовался король.

– Чего я хочу? У меня большие планы. С чего начать?

– С контрибуции.

– Брось, – махнул рукой Дмитрий. – Я уверен, что эти годы войны измотали твою казну совершенно. Зачем мне просить того, чего ты дать не можешь?

– Странно, – как-то подозрительно произнес король.

– Это нормально. Меня все считают странным. Итак, – произнес, откинувшись на спинку вновь скрипнувшего кресла Дмитрий, – что я хочу? Много. Начнем с плохого. С земли. Итак, Дания покидает Швецию. Вообще. Совсем. Мальмё, Хельсингсборг и Ландскруна. Все это отходит шведской короне. Остров Готланд выделим в отдельное графство под отдельной юрисдикцией. А вместе с ним меня еще интересуют и норвежские провинции Нур-Норге и Трёндела. Из них я желаю утвердить графство Нурланд. Что еще? Остров Даго. Он отходит к Империи Русь к ее провинции Ливония. Ну и главная, наиболее болезненная вещь. Земля предков. Я хочу утвердить герцогство Ютландия и включить в него Гольштейн-Готторп, Гольштейн-Глюкштадт, юго-западный Шлезвиг с одноименным городом, Любекское епископство, южные земли Зондербургской линии, те, что у Любека. Ну и, собственно сам Любек с Гамбургом, а также прочие земли промеж тех, что я назвал.

– Ну и аппетиты у тебя, – произнес, покачав головой Кристиан.

– Да, кушаю я неплохо. Впрочем, торговаться я не намерен. Или ты уступаешь мне права на свои земли будущего Великого герцогства, или я продолжаю воевать. Мне спешить некуда. В Риге и Смоленске справятся и без меня, полагаю.

– Ты так уверен в своих силах?

– Я никогда не беру то, что не могу унести.

– Ты говорил, что это плохое, – после довольно долгой паузы произнес король. – А что же хорошее ты хочешь мне предложить?

– Оборонительный военный союз, по которому мы будем обязаны прийти друг другу на помощь, если на нас кто-то нападет. Свободную экономическую зону. Династический брак. Совместный поход в Нижнюю Германию за трофеями. Не смотри так на меня. Я не жадный. Я поделюсь. Ты поиздержался в этой войне. Надо как-то казну наполнять. Да и мне без трофеев возвращаться не с руки. Так что или ты идешь со мной, или я идут туда один и ты просто не получишь много вкусного. Саксония и Бранденбург же совершенно точно увязли в боях на востоке и их нежные, беззащитные земли так и жаждут внимания. Кроме того, полагаю, будет справедливым компенсировать тебе отнятые земли в Нижней Германии. У Саксонии вряд ли имеет смысл что-то отбирать – она слишком неудобно расположена. Лучше разграбим ее основательнее. А вот у Бранденбурга отожмем Камминское епископство, а если повезет, то и всю Восточную Померанию. Ну и Польшу потрясем за грудки. Вдруг из нее Гданьск вывалится? Ты же слышал, наверное, что даже у самого плохого человека можно найти что-нибудь хорошее. Главное тщательнее обыскивать.

– А тебя не смущает то, что они были моими союзниками?

– Думай сам, – пожал плечами Дмитрий. – Не хочешь Восточную Померанию, не надо. Я все равно пока на кураже и хочу воевать. Тебя мне не выгодно грабить, а трофеи нужны. Так что с тобой или без тебя, но я обчищу золотые и серебряные запасы твоих бывших союзников.

В зале наступила тишина.

Но всего на несколько мгновений и только для того, чтобы взорваться бурными обсуждениями.

Минут через десять Кристиан, наконец, поднял руку, призывая к тишине.

– Предложение очень заманчиво, – произнес он, изрядно повеселев, – но не до конца понятное. Что такое свободная экономическая зона?

– Полное упразднение таможенных сборов для купцов наших держав. Датские купцы могут через Русь беспошлинно ходить в Персию, торговать с Сибирью и Черноморскими землями. А мои корабли, например, смогут ходить по датским проливам без платы. Кроме того, на территории Дании должно упразднить все внутренние таможни, если они есть, дабы торговле ничто не мешало. Пока так. А дальше видно будет. Разумеется, в эту экономическую зону будут включены и Норвегия, и Швеция, а если получится, то и иные страны. Главной целью данного дела я вижу всемерное экономическое развитие наших держав.

– Ты серьезно?

– Экономика – вот суть политического и военного могущества. Дания, Норвегия, Швеция и Русь – бедные страны. И нам как монархам надлежит прикладывать все усилия к их обогащению. Все ведь просто. Чем богаче будут жить люди, тем больше товаров ремесленных станут покупать. А значит, что? Правильно. Ремесло станет процветать. А из этого следует и совершенствование мастерства, и увеличение объема, и рост городов, и новые, крепкие да быстрые корабли, и пушки новые, и замки, и часы, и ткани… и все, все, все. А главное – даже малые проценты налогов станут собирать большие деньги. Богатство державы не по дворцам меряется, а по простому селянину да ремесленнику. Пока богатая страна сохнет, бедная издохнет.