Мертвые звезды - Виктор Точинов

Когда Стрельцов вернулся с подписанным оперпланом, Лось раскладывал на столе замысловатый пасьянс: тринадцать снимков и тринадцать чипов с досье участников шоу «Наши звезды». Выкладывал их в затейливом порядке, затем разбивал на группы по каким-то только ему ведомым признакам, затем смешивал и начинал все сначала.

– Погадать решил? – скептически поинтересовался Стрельцов.

Напарник пропустил иронию мимо ушей. Сказал задумчиво:

– Стреляли-то не из слабой пушки… Армейская модель, не иначе. Вот я и думаю: могла ли девчонка с такой управиться?

Его пасьянс в настоящий момент был рассортирован по половому признаку: шесть юношей слева, семь девушек справа.

– Тут ведь не экспромт, и не убийство в состоянии аффекта, – покачал головой Стрельцов. – Пушку заранее на борт принесли, вполне продуманно. Значит, и стрелка вполне могли заранее подготовить… Или сам подготовился, в тире позанимался, – если все-таки одиночка.

До сих пор у них было две рабочие версии, вернее, два черновых наброска версий: либо все произошедшее на борту «Немезиды» – самодеятельность одного из участников шоу, решившего заработать многомиллионный приз путем отстрела соперников, либо убийство и покушение – результаты заговора, предположительно организованного конкурентами КРТ.

Стрельцов вытащил из столбика девичьих мордашек один снимок, поместил его посередине между женской и мужской половинами подозреваемых. Спросил:

– Ну что, будем считать ее условно-невиновной?

На снимке широко улыбалась Надежда Солнцева. Пожалуй, строгим канонам классической красоты она не соответствовала – взгляд с крохотной, едва заметной раскосинкой, вокруг носа россыпь милых веснушек – однако была чертовски, ослепительно хороша. Можно увидеть – и влюбиться. Но Стрельцов предлагал вывести Надю из числа подозреваемых не по причине заочной влюбленности – перед ними лежал снимок будущей победительницы. И уж она-то ни в коем случае не заинтересована в срыве шоу.

– Разрабатывать – так уж всех, – жестко сказал Лось. – Ты уверен, что ГП нам не соврал? Уверен?

Логика в его сомнениях была, и немалая. За информацию о победительнице многие букмекерские конторы готовы выложить немалые суммы, и ГП мог подстраховаться, дезинформировав следователей КРТ.

– В нее же стреляли… – высказал Стрельцов еще один довод в пользу Надежды.

– Подумаешь… Вот если бы убили…

– Циник ты, Леша.

– А ты можешь придумать лучший способ отвести от себя подозрения? В консервной банке, летающей черт знает где? Там, знаешь ли, на прохожего, случайно заскочившего с улицы, стрелки не переведешь… Может, там не в деньгах дело? Может, они с этой Чистовой-Кузякиной мужика не поделили? В таких замкнутых коллективчиках сам знаешь, какие тараканы в мозгах заводятся…

Стрельцов вздохнул, пододвинул снимок обратно к остальным. И сказал не без ехидства:

– Ну что же, любовный треугольник как версия вполне проходит… Значит, тебе ее и отрабатывать. Просмотришь все записи с участием Чистовой и Солнцевой – не было ли личных конфликтов, не пересекались ли интересы на каком-нибудь парне.

Лицо Лося сохранило прежнее выражение (вернее, отсутствие такового), но глаза распахнулись широко-широко. Наверняка уже жалел о сказанном…

Мяукнул сигнал внутреннего вызова. Стрельцов потянулся к пульту, через секунду на экране возник Барсук, причем отчего-то в профиль.

– Бездельничаете? – генерал-майор отвернулся от невидимого собеседника и предпочел начать разговор с чистейшей воды провокации. – Включите-ка побыстрее новости на второй кнопке.

Экран погас, подчиненные не успели ответить ни слова.

Сюжет в новостях они включили на середине, но поняли все с первого взгляда, даже не прислушиваясь к тараторящей корреспондентке, – за ее плечом, на заднем плане, высилась громадина «Хеопса». Из рваной дыры в наклонной поверхности вырывались клубы не то белого дыма, не то пара.