Космические бродяги. Загадочный груз - Саша Сильвер

«У меня дела. Увидимся перед взлетом. Чао».

– Ну я ей покажу! – взревел Добрый Жук. – Я же ради общего блага старался! У нас другого выхода не было из-за ее болезни! Чудовищное лицемерие! А какая расчетливость!

– М-да, – нерешительно сказал пилот. – Вообще-то, я подозреваю, она даже не была больна. Вполне возможно, она просто притворялась.

– ЧТО?! – Пуриканец ошалело шевельнул усами. – По-твоему, это был спектакль?

– Да, я еще тогда заподозрил. Элли хотела остаться на корабле – точнее, как мы теперь знаем, отправиться в город, и ради этого инсценировала болезнь. Ремонт не входил в ее планы, а нарушение приказа командира не сошло бы ей с рук, так что она решила подставить нас с тобой. Вот такой у нас дружный экипаж, – сухо закончил Вилли.

– Ужас. Даже знать не хочу, что там в сообщениях от учителя Рики, – мигом погрустнел пуриканец. – Мороз по коже, как подумаю.

– Сначала он подтвердил, что Элейна не обязана заниматься ремонтом, – сообщил пилот. – Потом пожелал ей скорейшего выздоровления. И напоследок пообещал нам с тобой крупные неприятности по возвращении в Академию. А еще есть одно послание от директора.

– ДИРЕКТОРА? – ахнул Добрый Жук.

– Угу. Я его еще не слушал.

– Только не это. – Пуриканец от безысходности закрыл глаза лапами.

– Да, здорово вы вляпались, ничего не скажешь, – расхохотался Игги. – Похоже, ваша подружка сообразительная особа, не терпится с ней познакомиться!

– Короче, Добрый Жук, тебе придется заняться ремонтом. А я срочно отправляюсь искать Элейну. Если верить показаниям ее геодатчика, она в городе. И, судя по тому, что мы уже здесь, ее план вернуться к моменту взлета провалился, – заключил пилот.

– Ох, Элли, Элли! Что же ты наделала! – запричитал Добрый Жук.

– Игги, – обратился Вилли к гостю, – едем со мной, мне пригодится твоя помощь. Пока Элейна не вернется на корабль, мы все равно не взлетим.

Бородач смущенно кашлянул:

– Ты знаешь, дружище, я, если честно, не так силен, как в былые времена. Понимаешь ли, я уже немолод, и тело частенько меня подводит…

– Да, да, я об этом уже слышал, – проявил нетерпение пилот. – Давай к делу.

– Я бы не хотел стать для тебя обузой и в решительный момент поставить под удар всю спасательную операцию, – продолжил Игги. – В особенности когда на кону стоят жизнь и здоровье юной прекрасной леди. К тому же, если ты выручишь ее в одиночку, вся ее признательность достанется тебе одному! Не об этом ли ты мечтал, мой добрый друг?

Вилли немного помолчал, раздумывая.

– Не уверен, что она будет признательна мне за спасение, но ладно. Можешь остаться на корабле и помочь Доброму Жуку с ремонтом.

– Я и сам справлюсь, – проворчал пуриканец. – Тут делов-то на полчаса максимум.

– Не волнуйся, я не помешаю. Помогу, чем смогу, как говорится, – скромно сказал Игги. – Ну а ежели толку от меня не будет, тогда просто посижу в сторонке.

– Тогда решено, – объявил Вилли. – Я отправляюсь.

Геодатчик Элейны указывал точку в самом центре города. Оседлав одну ыкву и взяв с собой вторую на поводу, пилот, раздираемый гневом на Элейну и чувством долга по отношению к ней как члену экипажа, кратчайшим путем, не выбирая дороги, направил своего скакуна в средоточие хаоса и нестабильности, которым стал центр Ыквилибриума.

Будущее не предвещало ничего хорошего.

Глава 11
Игра на чужом поле

Отслеживая сигнал геодатчика Элейны, Вилли мчался по узеньким улицам старого города, выжимая максимум из утомленной долгим переходом ыквы.

– Посторонись! – орал он, когда из-за угла очередного домика прямо под копыта ыквы выскакивал кто-нибудь из местных. – Прочь с дороги! – потрясал он кулаком, если путь ему что-то преграждало.

За несколько минут, прошедшие с того момента, как он покинул космопорт, командир «Толстой ласточки» успел испытать целую гамму чувств. Сперва он ругал Элейну всеми словами, какие приходили ему в голову, и обещал ей все возможные кары, какие только мог придумать. Потом ярость уступила место беспокойству. Элейна, конечно, поступила отвратительно и нечестно, но Вилли все-таки волновался за нее, и волнение его становилось тем сильнее, чем дальше он углублялся в лабиринт узких улочек, забитый агрессивно настроенными повстанцами и не менее возбужденными сторонниками правителя Ыммунитета Ыдинственного.