Космические бродяги. Загадочный груз - Саша Сильвер

Возвращение на Ыту не задалось с самого начала.

Когда корабли прибыли на планету, там царил несусветный хаос. Диспетчер Ымра не поприветствовала гостей, и никто другой тоже этого не сделал. Диспетчерская служба молчала, садиться можно было где угодно – при условии, что удастся увернуться от других кораблей, которые так же наугад взлетали. Ыта напоминала разворошенный муравейник, откуда стремглав бегут все, кто способен двигаться. К счастью, пилоты справились, и вскоре вся компания, включая ыкву, выгрузилась в Ыквилибриуме.

Все каналы ытянского телевидения передавали последние новости, и стало сразу понятно, куда нужно направляться, – толпы разгневанных жителей собрались перед зданием городской ратуши и, похоже, готовились к штурму.

– Скорее на главную площадь! – воскликнул Ыммунитет. – Весть о возвращении Одомара их успокоит, и штурма не будет!

– Надеюсь, что так, – поежился будущий король.

– Я в этом уверен! За мной, я покажу кратчайший путь! – Ытянин быстро зашагал к выходу из здания космопорта. Остальные последовали за ним.

На площади их глазам предстало удивительное и пугающее зрелище.

Вездеход Шкуродер и его братья – Клыкодав, Главорез и Ухогрыз, – лишившиеся управления, были брошены на главной площади. Повстанцы скакали по ним, размахивая флагами с незнакомым гербом. Он лишь отдаленно напоминал герб Одомара.

Ытяне собирались кучками и тащили на площадь штурмовые лестницы.

В центре площади, где раньше располагался памятник Одомару Блистательному, стояла наскоро сколоченная деревянная каланча, призванная изображать человеческую фигуру. Позади нее находилась лестница, а наверху, в кубике, который, видимо, представлял собой голову этой жуткой статуи, мог бы стоять человек, но сейчас там было пусто.

Повстанцы размалевали каланчу разноцветными красками. Синей краской были нарисованы штаны с широкими лямками до плеч. Сверху статую прикрывала желтая рубашка с длинными рукавами. А на кубике, в котором мог спрятаться оратор, изобразили белой и черной краской нечто похожее на лицо с ярко-красными губами.

Надпись на груди статуи гласила: «Великий вождь Игги Бурджини!»

– Ничего себе! Игги времени зря не терял, – воскликнул Добрый Жук.

– И он явно без ума от собственной персоны, – добавила Элейна.

Жизнерадостный Ыммунитет рвался в бой.

– Идем, поболтаем с бунтарями? Расскажем, что Одомар Блистательный снова с нами и готов взять дело в свои руки! Вот и трибунка пустует как раз!

– Может, не надо? – робко сказал Одомар. – Вдруг они теперь любят Игги, а меня ненавидят? Не хочется быть порванным в клочья в первый же день после возвращения.

– Если и порвут, то только от большой любви! – не соглашался Ыммунитет. – Но ладно! Более надежная позиция нам не повредит. Что ты предлагаешь?

– Побеседуем с Игги?

– Это бесполезно! – вздохнул Ыммунитет. – Горячая голова. Есть еще идеи?

– Если похитим тело, это его голове точно не понравится, – придумала Элейна.

– Извините, по части похищения тел я пока что пас, – смутился Одомар. – Да и потом не хотелось бы. Я это занятие не очень люблю, если честно.

– Захватим Шкуродера и остальных! – внес свою лепту Добрый Жук.

– Насилие – не выход, – хором сказали Одомар и Ыммунитет.

– Проникнем в ратушу? – предложил Вилли. – Там безопасно, повстанцы внутрь еще не пробрались. Обратимся к народу с речью вон с того балкончика!

Все подняли головы. Балкончик по центру здания, на который указывал пилот, был увит плющом и выглядел очень уютно.

– Какой замечательный балкон, – восхитилась Элейна.

– Здорово придумано, Вилли! – воскликнул Ыммунитет.

– Это мне нравится, – сказал Одомар. – Как давно я не был в ратуше! Кажется, на одной из башен я оставлял свои носки сушиться… Интересно, что с ними стало?

– Шесть лет назад? Боюсь, из них уже давно свила гнездо голубая сойка, – Элейна указала на птиц, которые вились вокруг башен ратуши.

Одомар погрустнел:

– Значит, их нельзя забрать назад? Жалко. Я любил эти теплые носки.

– Остался лишь один вопрос. Как нам проникнуть в ратушу? – сказал Ыммунитет.

– Разве нельзя просто войти через главные ворота? – удивился Добрый Жук. – Ратушу обороняют от повстанцев, а ты все-таки пока король. Нас должны впустить!

– Так-то оно так, – согласился Ыммунитет, – но у ворот, как видишь, собралась толпа, а наш дорогой Одомар пока не готов к близкому контакту с народом.

– К счастью, я построил это здание и знаю все входы и выходы, – вмешался будущий король. – В основании правой угловой башни есть особый кирпич. Если на него нажать, откроется тайный ход в ратушу. Я по нему иногда сбегал на матчи по кекс-боллу.

– Что за кекс-болл? – поинтересовался Вилли.

– Это наш местный вид спорта, очень азартный, – объяснил Ыммунитет. – Прицельное метание кексов в команду соперника. Зрители тоже участвуют.

– Восхитительно! – ахнула Элейна. – Надо обязательно сходить на матч!

– Не забываем о нашей цели! – воскликнул Добрый Жук. – Скорее к башне!

Осторожно обогнув площадь, чтобы не нарваться на неприятности, дружная компания оказалась справа от ратуши. В узком проулке, отделявшем стену ратуши от других зданий, было пустынно. Магазинчики и кафе пестрили вывесками «ЗАКРЫТО НА ВОССТАНИЕ». Видимо, их владельцы помчались на площадь прогонять узурпатора.

Одомар подошел к стене башни и стал ощупывать пальцами каменную кладку.

– Башню перекрасили. Здесь была пометка, теперь ее нет. Придется так искать… Он был где-то здесь… Ага! Вот он!

Истинный король Ыты провел пальцами по периметру одного из камней, а затем нажал на его левую сторону. Камень вдавился в стену, а рядом с ним открылся проход, ведущий в кромешную темноту.

– О нет. Опять лезть во тьму. Я сыт по горло туннелями, – проворчал Добрый Жук.

Одомар ступил внутрь, пошарил рукой справа от входа, и башня осветилась изнутри. Стала видна винтовая лестница, ведущая вверх по узкому колодцу. Свет испускали электрические свечи, привинченные к стенам на равных расстояниях друг от друга.

– И вовсе не во тьму. Тут у меня все устроено с комфортом. Прошу, входите.

Все вошли в башню вслед за Одомаром, и тайный ход закрылся.