Пандемия - А. Дж. Риддл

Через несколько дней после окончания пандемии Х1-Мандера Южно-Австралийскую службу помощи затопила волна беженцев. К счастью, в ЮАСП появился еще один сотрудник.

Эндрю был рад новым обязанностям. Работа не давала ему долго думать о недавних событиях и собственных поступках. Простить себя было невозможно, сколько бы пациентов он ни вылечил, сколько бы жизней ни спас. Ему до конца жизни предстояло нести тяжкое бремя.

Шарлотта пыталась заставить Эндрю думать о будущем; увы, он не очень верил в уговоры, что время исцеляет все раны.

Эндрю вошел в палату и прикрыл за собой дверь протезом – обычной насадкой, изощренное изделие «Китиона» было безвозвратно повреждено. В другой руке он держал папку-планшет с фамилиями пациентов. С его собственным именем возникли проблемы. Официально Эндрю Шоу не было в живых, и, чтобы избежать лишних вопросов, затерянный в буше пункт помощи представлял собой идеальное укрытие. Здесь он получил все, что хотел: работу и общество Шарлотты. Им двоим многое предстояло наверстать.

– Здравствуйте, – сказал Эндрю. – Меня зовут Уильям Мур. Я – сегодняшний дежурный врач. Как самочувствие?

* * *

Эйвери сидела в конференц-зале невысокого здания в Рисерч-Триангл-Парк. Много лет назад именно здесь состоялось собеседование о ее приеме на работу в Rubicon Ventures. Напротив сидел бывший интервьюер, Дэвид Уорд.

– Я горжусь тобой, – сказал он.

– Я и сама собой горжусь.

– Нет, серьезно, Эйвери. Послушай хоть секунду. То, что ты сделала, превыше служебного долга. В этой стране нет награды, хотя бы приблизительно вознаградившей риск, на который ты пошла, и находчивость, которую ты продемонстрировала. Я отдаю себе отчет в твоих заслугах, и все в «Рубиконе» до самого верха о них тоже знают. Мы тебе крайне признательны.

Эйвери смущенно поерзала в кресле, а секунду спустя задала вопрос, с которым, собственно, пришла:

– Как мой отец?

Дэвид кивнул.

– О нем позаботились, перевезли его в Центр имени Дина Смита. Я позвоню, сообщу о твоем приезде.

– Спасибо.

Дэвид отклонился в кресле.

– Им можно доверять?

Эйвери поняла, что вопрос задан насчет Пейтон и Лин Шоу. Вот только как на него ответить, она не знала.

– Время покажет.

– Было бы неплохо понять заранее.

– Разве у нас есть выбор?

Дэвид пододвинулся к столу.

– Очень многие недовольны, что Лин Шоу в обмен на сотрудничество освободили от судебного преследования.

– Я их понимаю. Однако им придется проглотить пилюлю. Лин нам нужна.

– Ты уверена?

– Это еще не конец. Мы не знаем, что нас ждет впереди. Возможно, нечто похуже пандемии. Необходимо добить «Китион». И нужен человек, который был вхож в организацию. Покончим с этим – с остальным разберемся сами.

Эйвери поднялась, Дэвид проводил ее до двери. На пороге он произнес:

– Главное, не волнуйся, хорошо?

– Из-за чего?

– Сама знаешь. Мы сделаем все возможное, чтобы разыскать его. Задействуем все наши возможности. Я понимаю, как важен для тебя Десмонд.

* * *

В Центре имени Дина Смита Эйвери прошла по узкому коридору и у искомой двери остановилась, чтобы собраться с силами и сделать вид, что не испытывает боли, – на случай, если сегодня отец ее узнает. Потом вошла в комнату и стала дожидаться, когда он ее заметит. За последние несколько лет болезнь Альцгеймера усугубилась. Хорошие дни становились все большей редкостью.