Защитник. Рука закона - Ларри Нивен

— Не помню. — Он призадумался. — Это очень странно. Я совсем не помню. Мэр Хоув! — вдруг проревел он.

Хоув как раз спускался по винтовой лестнице в конце зала. Вздрогнув, он обернулся:

— Крис, Джил, привет. Как идет Конференция?

— Ну, есть некоторые трения… — начал было я, но Крис прервал меня:

— Можете пустить нас в свой кабинет?

— Разумеется. А зачем?

— Я хочу выглянуть в окно. — Он казался лихорадочно возбужденным.

Мэр пожал плечами и повел нас наверх.

Его кабинет был большим и просторным. Встроенный в стол компьютерный терминал подсоединялся к голографической стене и еще двум экранам. Клавиатуру прикрывала отъезжающая крышка. Голографическая стена открывалась на юпитерианские ураганы, наблюдаемые с точки, расположенной ближе, чем Амальтея, вихрящиеся подобно смешанным в водовороте краскам всевозможных оттенков. Вечные штормы, достаточно большие, чтобы поглотить Землю. У Хоувстрейдта Уотсона немаленькое эго, подумал я. Как иначе можно жить и работать рядом с этим?

Панорамное окно смотрело на юг, в сверкающий лунный пейзаж. Крис придвинулся к окну, насколько смог.

— Не вижу его. Надо пойти в мой номер.

— Насчет чего это вы? — полюбопытствовал мэр.

— Как раз перед тем, как луч ударил в меня, я смотрел на большой обломок скалы. Я должен был увидеть киллера с того или другого его бока, но не могу припомнить, чтобы…

— А вы уверены, что он не находился ближе скалы?

Пенцлер зажмурился. Спустя секунду он заявил:

— Почти уверен. Находись он так близко, он был бы лилипутом. Его фигура казалась довольно маленькой. Хотелось бы увериться еще раз.

— Крис, — сказал я, — мне подумалось, что вы могли увидеть отражение от небольшой голограммы в вашей комнате. Или от экрана телефона. Такое могло произойти?

Крис пожал плечами, а мэр Хоув заметил:

— В этом случае получается, что телефон тогда был включен? Если он работал правильно, значит его экран смотрел в сторону Криса. Крис, вы звонили кому-нибудь, находясь в ванне?

— Нет. И телефон работает правильно.

Так что мы, все трое, отправились в номер Криса. Он указал на наклонную скалу, которую мы с Аланом Уотсоном уже изучили. Мы рассматривали ее целую минуту, прежде чем Крис заявил:

— Я просто не могу вспомнить. Но он находился почти в два раза дальше этой скалы.

Я сделал звонок из своей комнаты.

— Я хотел бы поговорить с Наоми Митчисон, — сказал дежурному сержанту, — желательно лично.

Он взглянул на меня:

— Вы не ее адвокат.

— А я этого и не утверждаю.

Он долго обдумывал мои слова.

— Я соединю вас через ее адвоката.

Он позвонил, подождал и сказал:

— Мистер Бун не на месте. Его автоответчик сообщает, что он беседует с клиентом.

— Так позвольте мне поговорить с ними обоими.

Он снова погрузился в глубокое раздумье.

— Тогда соедините меня через сержанта Друри, если это возможно.

С явным облегчением он сделал вызов. Экран телефона погас, и голос Лоры Друри проговорил:

— Минуточку. Джил Гамильтон, это вы?

— Да. Я пытаюсь получить разрешение на разговор с миз Митчисон. Дежурному сержанту я неинтересен.

— Погодите… с ней должен быть ее адвокат. Я свяжусь с ним по ее телефону. Это общественный защитник Артемус Бун.

— Лунянин?

— Да. Вы выяснили что-нибудь, пройдя по ее пути?

— Ничего убедительного.

Экран осветился. Лора Друри как раз заканчивала застегивать молнию на бледно-золотом комбинезоне. Я сообразил, что камера застала ее на долю секунды раньше, чем следовало. Застежка застряла у ее груди: и неудивительно. Она с некоторым раздражением потянула с силой, и застежка пошла вверх. Я подавил улыбку.

— Джефферсон считает, что она лжет, — сказала Лора, — но он не может понять, насчет чего именно.

Я тоже так думал.

— Я бы хотел узнать побольше о ее прогулке. Мне следует прорваться через этого Буна, правильно? Если вы не сможете убедить его, может, я поговорю с ним лично? Я намерен помочь ей.

— Я выясню. Подождите. — Минуту спустя она перезвонила. — Они с вами не встретятся. И говорить с вами тоже не хотят. Сожалею.

— Черт! Это ее адвокат сказал?

— Думаю, он сначала переговорил с ней, не на камеру.

— Спасибо, Лора.

Выключив телефон, я подумал о том, как бы добраться до нее — и отверг все варианты. В сущности, мне почти нечего было сказать Наоми.