Дыхание снега и пепла. Книга 2. Голос будущего - Диана Гэблдон

В боевом состоянии духа я поднялась наверх, прихватив медицинские припасы, еду и большую бутылку черного эля. Эхо шагов гулко отдавалось на ступеньках, а за моей спиной, словно болотная вода, тут же смыкалась тишина.

Выстрел раздался, когда я уже почти добралась до верха. Последние ступеньки я преодолела так быстро, что споткнулась и чуть не упала.

Из комнаты мистера Уэмисса вышел Джейми с охотничьим ружьем.

– Ты в порядке, саксоночка?

– Да! – сердито отозвалась я, стирая с руки суп подолом передника. – Бога ради, в кого ты там стрелял?!

– Ни в кого. Это чтобы они не вздумали обойти сзади – пусть знают, что там тоже небезопасно. Так, на всякий случай…

Я перевязала ему палец. Еда, как я и надеялась, помогла значительно больше. Джейми заглатывал пищу, словно голодный волк, – и я тоже, к своему удивлению.

– Приговоренные наелись от души, – заметила я, подбирая крошки хлеба и сыра. – Я всегда думала, что страх смерти отбивает аппетит; выходит, нет…

Джейми покачал головой, глотнул эля и передал мне бутылку.

– Один друг как-то раз сказал: «У тела нет сознания». Уж не знаю, так ли это… Наверное, тело не хочет признавать возможность небытия. А пока ты существуешь, нужна еда.

Он криво улыбнулся, разломил последнюю плюшку и дал мне половину.

Я взяла, однако сразу есть не стала. Снаружи было тихо, не считая жужжания цикад, хотя духота сгущалась. Для грозы рановато, но кто знает…

– Ты тоже об этом подумал, правда? – спросила я вполголоса.

Джейми не стал делать вид, будто не понимает.

– Сегодня двадцать первое число…

– Так ведь июнь же! И год совсем другой! В газете было написано: «январь 1776»! – возмущалась я, словно меня обманули.

Джейми это рассмешило.

– Я сам был печатником, саксоночка. Не стоит верить всему, что пишут в газетах.

Когда я выглянула снова, под каштанами осталась лишь малая горстка людей. Заметив меня, один из них медленно помахал рукой над головой, а затем провел ребром ладони по горлу.

Солнце касалось верхушек деревьев – до темноты еще пара часов. Наверняка за это время миссис Баг успеет собрать людей – если кто-нибудь вообще пойдет. Арчи мог уйти в Кросс-Крик – он ходил туда раз в месяц; Кенни охотится… А что касается новых арендаторов – теперь, когда с нами нет Роджера, неприязнь и подозрения стали явными. Может, они и придут, но только позлорадствовать, поглазеть, как меня будут уводить силой.

Ну хорошо, соберется народ – и что дальше? Конечно, я не хочу, чтобы меня увели силой или сожгли заживо в собственном доме, но и других жертв мне не надо.

– Отойди от окна, саксоночка.

Джейми протянул руку, я подошла и села рядом с ним на кровать. Адреналин утих, и я вдруг почувствовала, что смертельно устала; мышцы размякли, словно ватные.

– Приляг, a Sorcha^[50], – тихо сказал он. – Положи голову мне на колено.

Я повиновалась, несмотря на жару, и немедленно испытала облегчение от возможности вытянуться, а еще больше – от медленного биения его сердца над ухом и легкой руки на голове.

Джейми разложил весь арсенал оружия на полу у окна, заряженный и готовый к бою; даже меч вынул из шкафа и поставил у двери, как последнее средство.

– Значит, мы бессильны, да? – спросила я немного погодя. – Только ждать?

Его пальцы лениво перебирали влажные завитки моих волос, ниспадавшие до плеч, – едва хватает, чтобы подвязать или заколоть.

– Можем прочесть покаянную молитву, – предложил Джейми. – Мы всегда так делали в ночь перед битвой. На всякий случай, – добавил он, улыбаясь.

– Ладно, – помолчав, сказала я. – На всякий случай…

Я протянула руку, и Джейми накрыл ее своей здоровой рукой.

– Mon Dieu, je regrette…^[51] – начал он, и я вспомнила те дни, когда он служил наемником во Франции. Как часто Джейми повторял эту молитву – необходимую меру предосторожности, очищение души в ожидании возможной смерти?

Я тоже прочла молитву, по-английски, и мы умолкли. Где-то вдалеке послышался звук, напоминающий раскат грома.

– Знаешь, – нарушила я молчание, – я о многом сожалею. Руперт, Муртаг, Дугал… Фрэнк, Мальва, – добавила я тихо, и горло перехватило. – Но если говорить только за себя… Я ни о чем не жалею – ни секунды…

Тени постепенно выползали из углов комнаты.

– Я тоже, mo nighean donn, – откликнулся Джейми, и теплые пальцы замерли на моей шее. – Я тоже.

* * *

Я проснулась от запаха дыма. Очищение от грехов – это, конечно, хорошо, однако и Жанна д’Арк наверняка испытала некоторые колебания, когда подожгли первую охапку.

Еще не совсем стемнело; в небе метались золотисто-оранжевые сполохи, отражаясь на лице стоявшего у окна Джейми, отчего он выглядел длинноносым и свирепым.

– Народ собирается, – сообщил он небрежным тоном, однако здоровая рука вцепилась в край ставня, словно намереваясь захлопнуть его и запереть.

Я подошла и встала рядом, поспешно приглаживая волосы пальцами. В дальнем углу двора разожгли костер – вот откуда запах дыма! Поодаль действительно толпились люди; среди них я различила приземистую фигурку миссис Баг. Голоса поднимались кверху, но слов было не разобрать.

– Заплетешь меня, саксоночка? Сам не смогу. – Джейми бросил мимолетный взгляд на сломанный палец.

Я зажгла свечу. Джейми придвинул табуретку к окну, чтобы наблюдать за происходящим. Я расчесала его волосы и заплела в тугую косу, аккуратно подвязав черной ленточкой.

Я разгадала его двойной замысел: не только появиться на публике опрятным, причесанным джентльменом, но и быть готовым к сражению, если понадобится. О себе я беспокоилась меньше, предприняв попытку отрезать половину волос мечом; и все же, если это мое последнее появление в качестве хозяйки Риджа, нужно выглядеть достойно.

Джейми что-то пробормотал вполголоса, и я обернулась к нему.

– Явился Хирам. Это хорошо.

– Как скажешь, – с сомнением протянула я, вспомнив едва завуалированные намеки Хирама Кромби в церкви неделю назад. Роджер не стал упоминать об этом – мне рассказала Эми Маккаллум.

Джейми повернул голову и улыбнулся; по его лицу разливалась непривычная нежность.

– Ты у меня красавица, – заметил он, словно удивляясь. – Нет, это и вправду хорошо. Что бы он там себе ни думал, он не позволит Брауну повесить нас во дворе или поджечь дом.

Толпа быстро разрасталась.