Пропасть Искупления - Аластер Рейнольдс

– И что же там говорится об этом Куэйхи? – спросил Васко.

– К сожалению, почти ничего, – вздохнула Круз. – С предыдущими данными противоречий нет, а значит, система, исследованием которой занимался Куэйхи, скорее всего, до его прибытия была плохо изучена.

– То, о чем пытается сообщить нам Аура, случилось сколько лет назад? Пятьдесят, шестьдесят?

– Пятьдесят, не более, – ответила Малинину Круз.

Васко потер подбородок – отменно выбритый, гладкий, как полированное дерево.

– Коли так, эта информация для нас мало что значит.

– С Куэйхи что-то произошло, – заговорил Скорпион. – Сведения разнятся, но, похоже, он был подручным у ультра, делал для них грязную работу – проверял планеты, о которые тем не хотелось марать руки. И когда добрался до Халдоры, он обнаружил кое-что важное.

Скорпион поднял голову и поочередно заглянул присутствующим в глаза, словно хотел, что кто-нибудь, в особенности Васко, не выдержит и отвернется.

– Он видел, как Халдора исчезла. Всего на долю секунды планета перестала существовать, а потом снова появилась. И тогда он основал на Хеле, спутнике Халдоры, новую религию.

– И это все? – спросила Антуанетта. – Аура добиралась к нам, чтобы сообщить адрес очередного помешанного на религии?

– Это не все, – сказал Скорпион.

– Искренне надеюсь, – скривилась Антуанетта.

– Куэйхи видел это исчезновение неоднократно. Кроме него, феномен наблюдали и другие.

– Эко диво! – фыркнула Антуанетта.

– Подожди. – Васко поднял руку. – Я хочу дослушать до конца. Продолжайте, Скорп.

Свинья приподнял голову и поглядел на Васко без всякого выражения:

– Считаешь, мне нужно твое разрешение?

– Извините, неудачно выразился. Я всего лишь… – Васко огляделся, будто в поисках поддержки. – Я всего лишь хочу сказать, что нужно как можно скорее разобраться во всем, что сообщила Аура, какой бы бессмысленной ни казалась информация.

– Мы ничего не отметаем с порога, – сказал Скорпион.

– Пожалуйста, расскажи, что ты узнал, – попросила Антуанетта, боясь, что разговор свернет в нежелательное русло.

– В течение нескольких десятилетий ничего особенного там не происходило, – продолжал Скорпион. – Чудо Куэйхи привлекло на Хелу горстку паломников. Одни обратились в его веру, другие предпочли жить без иллюзий и стали торговцами и старателями. На Хеле нашли инопланетные артефакты – в основном бесполезный хлам, но его экспорт приносит скромную прибыль, и этого достаточно для существования поселков. Ультра скупают артефакты и перепродают разным чудакам-коллекционерам. Может быть, кто-то на этом наживается, но уж точно не те несчастные идиоты, что ковыряются в земле.

– Инопланетные артефакты найдены на нескольких планетах, – сказала Антуанетта. – Правильно ли я поняла: цивилизацию на Хеле постигла та же участь, что и амарантийцев, и дюжину других культур?

– В базах данных практически нет сведений об исчезнувшей на Хеле культуре, – продолжил Скорпион. – Люди, всем заправляющие на Хеле, не поощряют вольный полет научной мысли. Но если читать между строк, можно понять, что туземцы действительно повстречались с волками.

– И погибли? – спросила Антуанетта.

– Похоже на то.

– Объясни, Скорп, – попросила Антуанетта, – что все это может означать для Ауры?

– Понятия не имею, – ответил свинья.

– Она хочет, чтобы мы полетели туда? – предположил Васко.

Все посмотрели на Малинина. Он взял рассудительный тон, словно говорил о чем-то само собой разумеющемся, но такой же эффект, наверное, вызвало бы произнесенное вполголоса богохульство в компании святош.

– Лететь туда? – переспросил Скорпион, нахмурившись, отчего кожа на рыле и лбу собралась мясистыми складками. – Ты это в буквальном смысле?

– Если считать, что она предлагает помощь, то да, в буквальном, – подтвердил Васко.

– Мы не можем куда-то лететь, полагаясь на бред больной женщины, – подал голос Холлатт, беженец с Ресургема, никогда не доверявший Хоури.

– Она не больна, – заявил доктор Валенсин. – Просто устала, перенесла травму. Больше ничего.

– Я слышал, она просит засунуть ребенка обратно в ее утробу, – возразил Холлатт с таким отвращением, словно ничего ужаснее не мог вообразить.

– Просила, – кивнул Скорпион, – и ее просьба вполне обоснованна. Ребенка похитили прежде, чем она смогла произвести его на свет. В подобных обстоятельствах, мне кажется, такое желание понятно.

– Но вы все равно не позволили, – заметил Холлатт.

– Я не могу допустить, чтобы мы потеряли Ауру, после того как заплатили за нее такую цену.

– Вас обманули, – сказал Холлатт. – Цена была слишком высока. Мы потеряли Клавэйна, а взамен получили всего-навсего ребенка с поврежденным мозгом.

– Ты считаешь, что Клавэйн умер напрасно? – спросил старейшину Скорпион, и его голос внезапно стал опасно тихим.

Пауза зависла, как дефектная видеозапись. Антуанетта с поразительной ясностью поняла, что не только она здесь не знает о том, что случилось на айсберге. Холлатт тоже был не в курсе, но он позволил себе беспечное заблуждение, основанное на догадках и фантазиях.

– Я не знаю, как он умер, и не хочу знать. Да мне это и не нужно. Но я уверен: Аура не стоила его смерти. Он умер напрасно. – Холлатт сплел перед животом пальцы и выпятил губы в сторону Скорпиона. – Допускаю, тебе неприятно это слышать, но такова правда.

Скорпион быстро взглянул на Кровь. Между ними что-то произошло: обмен жестами, еле заметными и хорошо знакомыми обоим, но непонятными для остальных. Немой диалог длился всего мгновение. Антуанетта даже подумала: заметил ли кто-нибудь еще, или ей только почудилось?

А еще через секунду Холлатт уставился на предмет, торчащий у него из груди.

Лениво, словно для того, чтобы поправить висящую чуть криво картину, Кровь поднялся на ноги. Он двинулся к Холлатту, раскачиваясь из стороны в сторону с медленной ритмичностью метронома.

Холлатт хрипел и кашлял, пальцы безуспешно пытались ухватиться за рукоятку ножа.

– Убери его отсюда, – распорядился Скорпион.

Выдернув нож, Кровь вытер лезвие о бедро и спрятал в ножны. Из раны вытекло на удивление мало крови.

Валенсин хотел подняться.

– Сидеть! – рявкнул Скорпион.

Кровь уже вызвал пару охранников. Те появились через минуту и почти не удивились. Антуанетта отметила превосходную выучку сотрудников Сил безопасности. Если бы она вошла в комнату и обнаружила там зарезанного, вряд ли сумела бы сохранить такое спокойствие. Скорее всего, хлопнулась бы в обморок.

Охранники подняли Холлатта.