Ранняя пташка - Джаспер Ффорде

– Итак, – сказал я, не в силах больше вынести тишину, так как в противном случае нервы мои готовы были лопнуть с громким треском, – теперь, после гибели Логана, кто является Кики?

– Безопаснее это не знать, – ответил Фулнэп, – памятуя об Авроре и ее методах ведения допросов с использованием Пространства сна. Уэбстер выполнял распоряжения Логана, но он не знал, с кем имеет дело, поэтому не мог его выдать. Остановись здесь.

Я послушно остановился, и Фулнэп указал на яркую точку на экране Х‐4С.

– Мы в сорока ярдах позади другого Снегохода. Он ждет нас на перекрестке рядом с рекламным щитом.

– А разве они не видят нас, если мы их видим?

– Если повезет, они примут нас за своих; я выдаю через СРСЧ позывные «Гибер-теха».

– Что?

– Не бери в голову – это лишь скучные технические термины ^[145], – сказал Фулнэп, пробираясь к задней двери. – Я отправляюсь искать Токкату. Если я не вернусь через двадцать минут, принимай инициативу на себя…

Он умолк, потому что впереди нас в снежной пелене вспыхнул мягкий оранжевый свет.

– Отставить, – сказал Фулнэп. – Кажется, мы ее нашли.

Воздух быстро очистился от снега, открывая пылающий Снегоход. Пламя полыхало концентрическими кругами, поскольку горючая смесь в участках с повышенным давлением горела более ярко. Это зрелище было одновременно прекрасным и пугающим – и недолго живущим. На одно мимолетное мгновение я увидел в двадцати шагах перед нами Токкату с «Молчаливым ужасом» в руках, и тотчас же давление выровнялось, вода превратилась в лед, и вокруг снова стало темно.

Через несколько минут задняя дверь нашего Снегохода открылась, и в кабину заскочила Токката.

– Ты решила превратить массовое убийство в искусство? – спросил Фулнэп.

– Они мертвы, как мертва Зима, и удачи им, – рассеянно бросила Токката. – Это была расплата за Джонси. Точнее, нет – это были только проценты с расплаты за Джонси. Открытая сеть говорит, что ее убили Хук и новенькая из «Гибер-теха».

– Новенькая погибла, – сказал я, внезапно осознав, что впредь Люси больше никогда не назовут по имени.

– Хорошо, – сказала Токката. – Где сейчас Хук?

– Его забрала Грымза, – сказал я. – Он оказался… недостойным.

Токката смерила меня взглядом.

– Как скажешь. А теперь, Хьюго, – начала она, перезаряжая свое огромное оружие термалитом размером с консервную банку, – куда мы направляемся?

– В «Сиддонс», – сказал Фулнэп, – чтобы забрать Сомнограф из 902-й комнаты.

– Игра началась. Аврора будет там?

– Практически гарантированно нет.

Через пятнадцать минут мы остановились в десяти ярдах от входа в «Сиддонс». Фулнэп первый вышел в буран, разматывая страховочный леер. Мы с Токкатой последовали за ним и нагнали его у самого Дормиториума. Один за другим мы вошли в фойе, держа оружие наготове. Я сжимал в руке «Колотушку», но за спиной у меня висел «Коровий шест», которым, как категорически предписывалось во всех наставлениях, пользоваться в помещении можно было только в том случае, если «нет абсолютно никакой альтернативы».

Выбитые окна были наспех заделаны кусками брезента и досками, грохотавшими в порывах ветра. Зимняя гостиная была пуста, а за столом в комнате привратника сидела Лора Строугер.

– Я очень сожалею о гибели Джонси, – сказала Лора, обращаясь к Токкате. – Я собрала все, что от нее осталось, и сложила в холодильник. А это ее личные вещи. Серебряные аисты и все остальное.

Она протянула Токкате прозрачный пластиковый пакет. Та молча взяла его и засунула за пазуху.

– Бригитту забрали в «Гибер-тех», – продолжала Лора, – а Ллойд сказал, что хочет… прогуляться по улице. Он был в одной рубашке, так что вряд ли он вернется.

Несомненно, привратник знал о том, какие мерзости творились на девятом этаже. Вероятно, это он предупредил Хука. Пожалуй, Холодный выход – это лучшее, что ему оставалось.

– В здании есть кто-либо из «Гибер-теха»?

– Точно не знаю, – сказала Лора, – но, думаю, есть, так что будьте осторожны.

– Ты остаешься в фойе, – приказал Фулнэп Токкате. – Чарли, идешь со мной.

Кивнув, Токката заняла удобную позицию, откуда могла контролировать все входы в фойе.

– Держи, – сказал я, возвращая Лоре фотоаппарат. – Кажется, мне удалось что-то снять.

– Что именно?

Я молча показал ей свой отсутствующий мизинец ^[146].

– Ого! – пробормотала Лора. – Точно.

После чего я взбежал вверх по лестнице следом за Фулнэпом.

– Токката действительно ест лунатиков, приправляя их мятным соусом? – спросил я, когда мы поднялись на первую площадку и двинулись дальше.

– Нет, это лишь слухи, которые она распространяет, чтобы запугивать людей.

– Получается эффективно.

Мы поднялись на девятый этаж, не встретив ни одного сотрудника «Гибер-теха», бесшумно прошли по коридору и остановились перед 902-й комнатой. Я осторожно отпер замок и толкнул дверь, ожидая застать внутри затаившегося оперативника, однако в комнате не оказалось ничего, кроме большого чемодана. Достав из кармана большую отвертку, Фулнэп отогнул язычок замка.

Чемодан был пуст.

На самом деле было мало надежды на то, что заговорщики оставят такую ценную вещь, как Сомнограф, после того, как их раскрыли.

– Печально, – сказал Фулнэп, мастерски демонстрируя искусство преуменьшения.

Я спросил у него, как быть дальше.

– Не знаю, – обреченно произнес он. – Больше у меня никаких мыслей нет. Запасной вариант: укрыть все самое ценное в конспиративном доме и заново осмыслить ситуацию.

– У вас есть конспиративный дом?

– Вообще-то, нет, – признался Фулнэп, – но в списке неотложных дел он стоял у меня в самом начале. Если честно, в настоящий момент у «Истинного сна» осталось столько ценного, что все это без труда поместится в этом чемодане. Пошли.

Я задержался в комнате, а Фулнэп вышел в коридор. Он обернулся и раскрыл было рот, собираясь что-то сказать, но в этот момент мощный удар сбил его с ног и отшвырнул в глубь коридора.