Половина солнца - Ад Вороновский

Он вцепился в неё мёртвой хваткой. Впрочем, это было ясно – мёртво вцепился, чтобы действительно не оказаться мёртвым.

– Джокер, – дрожащим голосом выдохнул он. Я схватил его руку сильнее. Я заметил только теперь, что его очки упали вниз, прямиком в воду.

– Ты отправишься к Совам, Генри. И если ты не будешь служить им, пока я за тобой не вернусь, если попробуешь кому-то рассказать – поверь, Аарона ждёт судьба твоих очков. Только в ящике Пандоры. Навечно.

Он смотрел в моё лицо, отчаянно хватаясь за руку. Было холодно. Он дрожал, как и его слова.

– Добро всегда побеждает?

Я призвал тьму вновь и отпустил руку Лаллукки, стряхнув его. Он провалился в темноту.

Я выдохнул и, прикрыв окно, двинулся прочь.

За моей спиной открылась дверь.

Я уже свернул в другой коридор, но услышал растерянный голос Мейерхольда, поднимающего брошенный кофейный стаканчик:

– Генри?

Я резко сел на кровати.

Коул и Эндрю стояли рядом с койкой, мрачно глядя на то, что осталось от их былого друга. Я выругался.

У соседа из ноздрей текла кровь. Её было не так много, как прежде, – уже прогресс. Я хотел было дать ему по носу, чтобы исправить это явление, но меня остановили наручники, всё ещё сковывающие меня и кровать узами брака.

Кажется, Коул научился не только считывать информацию, но и транслировать её в чужое сознание. Потому что во взгляде Куина-старшего читалось не меньше понимания, чем в глазах Хэллебора.

Я устало потёр глаза свободной рукой, которой было не достать до лица соседа.

– Он был прав. Ты и правда Вейдер, – пробормотал он.

Я лениво отмахнулся.

– Ерунда. Он сам хотел знаний. Он их приобрел.

Коул отвернулся. Эндрю безжизненно смотрел в сторону.

Я откинул голову назад и закрыл глаза.

– На смерть, на смерть держи равненье. На смерть.

Коэлло вышел.

Эндрю, с непереносимой болью и горечью на лице, заслонился ладонями, пальцами зачёсывая волосы назад.

* * *

– Затишье перед бурей, – проворчал Крозье, стоя рядом со мной, прямо над душой. На мне не было наручников, но следили теперь пристально. Я всё так же жил в медицинском крыле, но на завтраки, обеды и ужины меня решили пускать.

Я посмотрел на него. Он с презрением добавил:

– Бесполезный демон. Преступник.

Он отвернулся, всё ещё стоя рядом со мной. За столом сидел также Аарон – его после недавней выходки в медпункте отправили в карцер, а теперь тоже следят, особенно учитывая то, что за нами двоими, воюющими между собой, следить намного легче.

Мейерхольд ел, пускай без энтузиазма. Я тоже. Мне не хватало сил. Я был морально опустошён.

Коул и Эндрю на меня не смотрели. Им запрещали подходить ко мне вне палаты.

Тишина в столовой была удушающей.

Гоголя видно не было. Кроме меня с Аароном, рядом были Веймин и Аляска, которые тоже побывали в ящике Пандоры. Но после него – отпустили. Опрометчиво. Впрочем, был в этом какой-то коварный замысел.

Александра сидела со слегка понурым видом, но всё же натягивала улыбку и обсуждала что-то с соседями по столу. Рядом с ней маячила Эстер в коляске. Она перехватила мой взгляд и поглотила своим. Я лишь нахмурился в ответ.

Ребята молчали, но я знал и помнил о том, что мы недавно обсудили. Они навестили меня ночью тайком, и я дал им указания и советы.

Всё уже было более или менее организовано. Многие перешли на нашу сторону, глядя на меня теперь с двух сторон: либо разгуливающего в наручниках, либо лежащего в палате.

Кто-то не чувствовал, что я преступник. Кто-то же был в этом уверен. Кто-то вроде Мейерхольда.

Скоро Веймин и Аляска должны снова прийти ко мне, и я отправлю их туда, где они могли найти оружие. Нельзя использовать только аномальное оружие Гоголя – не все ребята овладели аномальной и не у всех она сильна, а значит, и оружие будет непрактично. Лично я не собирался пользоваться одним сомнительным кинжалом.

Я пообещал, что постараюсь открыть портал спустя пятнадцать минут на том же месте, откуда они бы попали на оружейный склад: для этого мне не нужно было самому покидать лицей. Это место я знал. Мой отец занимался этим. Он был неплохим охотником, и именно он научил меня стрелять. Жаль только, что бизнес по продаже оружия он прикрыл, так как занялся более доступным, прибыльным и легальным делом. Но склад остался. И я всё о нём знал.

Это и было то самое «затишье», о котором сказал Крозье. Он был прав.

Перед бурей.

Ох уж эти моряки.

* * *

Повелителю ветра и повелителю времени можно было доверять. Первый, то есть Веймин, был расчетлив и остроумен, а второй, Аляска, умел замедлять ход времени и менять саму его суть, что делало его чрезвычайно выносливым и осторожным.

Думаю, они будут одними из сильнейших в мире бессмертных.

Я отправил ребят в нужное место и, когда они вернулись, тем же самым способом перенёс их вместе со всем вооружением в одну из небольших пещер на острове – вряд ли кто-то из учителей о ней вообще знал, а если бы и знал, ни за что туда бы не полез. Они также прихватили с собой один из механизмов Гоголя. Аляска попросил закинуть его лично в оружейную непосредственно лицея, напоследок. Эта комната была защищена аномальным барьером, но сила помощника была способна на многое.

В итоге, когда парень активировал оружие, оно оказалось индо-персидским клевцем: сочетанием молота и заострённого наконечника, который выглядел как голова тигра. Сам молот был выполнен в форме руки, которая держала клевец длиной от локтя до кисти. Он пояснил, что ему очень понравилось его оружие, а потому и продемонстрировал его мне. Веймин же разрезал своим аномальным кинжалом наручники, так как уничтожить один магический предмет можно только другим.

Я размял запястья.

– Хорошо, ребята. Я пойду в свою комнату, а вы пока что готовьтесь и предупреждайте остальных. Этот лицей нашёл своих учеников. Он их обрёл.

Я переместился в нашу комнату – ключей у меня с собой не было, а Коул наверняка закрылся. Он сидел за своим столом, не задвинув шторы, и что-то яростно писал в дневнике.

Я тихо подошёл сзади и заглянул.

«Что мне делать? Что мне делать? Что мне делать? Что мне делать? Что мне делать? Что мне делать? Что мне делать? Что мне делать? Что мне делать? Что мне делать? Что».

Он не вздрогнул. Только закрыл ежедневник, который я ему подарил.

– Хэллебор. Коэлло. Коул.