Рыночные силы - Ричард Морган

Крис заметил, что Луиза Хьювитт собиралась встать со своего места. Что Джек Нотли положил ладонь ей на руку и едва заметно покачал головой. От Филиппа Гамильтона это тоже не укрылось. Его рот сузился до размеров анального отверстия.

– Могу я напомнить вам, мистер Фолкнер, что вы разговариваете с партнером. Если вы не в состоянии выказывать должное уважение, я попрошу, чтобы вас удалили с собрания. Вам понятно?

Глаза Криса чуть округлились, на лице расползлась неприятная улыбка.

– Попробуйте, – тихо сказал он.

– Крис, – в конференц-зале зазвучал надтреснутый голос Нотли. – Если тебе есть что сказать, пожалуйста, сделай это и сядь. У нас тут не Королевская шекспировская компания, а совещание.

Крис кивнул:

– Хорошо. – Он оглядел зал. – Для вашего сведения, я хорошо знаю Висенте Барранко и заявляю, что если вы попытаетесь его надуть, он вновь скроется в горах и возьмет с собой тысячи жителей КЭСА, которые лишились гражданских прав. А затем, может, лет через пять или в следующем году, он вернется. Вернется и совершит то, о чем мы его изначально просили. Ну, а когда Барранко займет место в парламенте Боготы, Эчеварриа-младший окажется у стенки за преступления против человечества, и выяснится, что мы не на той, блядь, стороне. Барранко обратится к другим корпорациям – «Накамуре» или, вероятно, немцам, а нас отрежет. Ни процента от ВВП, ни акцизов с предпринимательских зон, никакой торговли оружием и контрактов на поставку даже обычных товаров потребления. Ничего. Только злые американцы, которых нам нечем кормить.

Снова молчание. Собравшиеся переглядывались, пытаясь понять, к чему все идет. Крис вздернул голову, презрительно посмотрел на Гамильтона и сел.

Гамильтон, в свою очередь, взглянул на Нотли. Старший партнер пожал плечами. Тогда Гамильтон прокашлялся:

– Что ж, Крис. Спасибо за глубокий и научный взгляд на ситуацию. Мы, несомненно, ценим то, что ты нашел время прийти сюда и поделиться мнением касательно счета, которым больше не заведуешь. Но позволь мне сказать – думаю, мы в состоянии сдержать одного недовольного марксиста. На самом деле мы уже подготовили ряд шагов…

Крис ухмыльнулся, как Йорик.

– Не будет его там, Гамильтон. Я уже позвонил Лопесу и просил его предупредить Барранко, чтобы тот держался подальше от пляжа. Когда вместо «Кобейна» на берег выскочат ваши ручные головорезы, они никого не найдут, либо, что лучше, Барранко устроит им засаду и всех перебьет. А затем растворится призраком.

Шум в зале поднялся еще до того, как Крис закончил говорить. Половина сотрудников повскакивала, они тыкали пальцами и кричали, причем не все из них выступали против Криса. Гамильтон пытался переорать какофонию и говорил что-то про нарушение профессиональной этики. Затем раздался громогласный призыв Нотли к порядку. Распахнулась дверь, и внутрь ворвалась охрана, вооруженная травматическим оружием. Луиза Хьювитт направилась к ним, чтобы остановить: она размахивала руками и громко, так, чтобы было слышно посреди шума, объясняла, что произошло.

В этой суматохе Майк повернулся к Крису. На его лице читались гнев и шок.

– Ты, блядь, спятил? – прошипел Брайант.

Потребовалось десять минут, чтобы очистить конференц-зал. Идея оставить Криса с партнерами и секьюрити пришлась не по душе. До них тоже дошла версия слухов, что стало с Эчеварриа.

– Все будет в порядке, – сказал Нотли. – Серьезно, Гермиона. Ценю твои старания, но мы здесь коллеги. Просто страсти слегка накалились, вот и все. Не там выпустили гоночный пар. Поставь парочку своих ребят за дверью – больше ничего не надо.

Джек выпроводил капитана охраны, прикрыл за ней двери и повернулся к столу. Крис, Майк, Луиза Хьювитт и Филипп Гамильтон занимали те же места, что и когда в зале было полно народу. Каждый уставился на кусок полированного дерева у себя перед носом.

– Так, – мрачно бросил Нотли. – Давайте все разрулим.

Луиза Хьювитт нетерпеливо махнула рукой.

– По мне, нечего тут разруливать, Джек. Фолкнер сознался, что совершил серьезный служебный проступок…

– Да, это…

– Крис, заткнись уже, – рявкнул Нотли. – Ты не партнер. И никогда им не станешь, если не научишься цивилизованно себя вести. Сделай, как велено, и посиди тихонько, мать твою.

– Луиза права, Джек, – спокойно и тихо заговорил Гамильтон, его нынешний тон резко контрастировал с яростью, которую он выказал ранее. – Предупредив Барранко, Крис подставил под удар наш хрупкий план по реструктуризации политики. Мы как минимум лишились козыря в переговорах с Эчеварриа. В худшем случае это поможет террористу, который поднимет восстание и создаст проблемы на ближайшие десять лет.

– На прошлой неделе он был борцом за свободу, – пробормотал Крис.

Луиза Хьювитт одарила его взглядом, полным чистого презрения.

– Позволь, я спрошу, Крис, – легко начала она. – Может, у тебя появились политические мотивы в том, что касается КЭСА? Тамошние проблемы повлияли на тебя? Заразили?

Крис посмотрел на Нотли:

– Мне разрешается ответить?

– Да. Только оставайся в рамках приличий и выкажи немного уважения, ясно? У нас тут не бойцовский клуб в подвальчике где-нибудь в зонах.

– Я усек. – Крис указал пальцем на Гамильтона. – Вот чего я не понял, так это способа коммуникации, который избрали наши младшие партнеры. До сегодняшнего утра я не имел представления о том, что меня отстранили от счета КЭСА и что мы на сто восемьдесят градусов изменили отношения с клиентом.

– Эчеварриа наш клиент, а…

– Филипп, – Нотли поводил пальцем из стороны в сторону. – Дай ему закончить.

– На самом деле, – Крис понял, что у него появилось окошко, и затараторил: – О том, что мы сменили клиента, я узнал только на собрании, что едва ли пошло на пользу. Если я и предупредил Барранко, то лишь потому, что считал, будто на наш счет проникли посторонние…

– Вот только не надо, – Луиза Хьювитт скорчила мину. – На кону твоя должность, Крис. Уж мог бы постараться и придумать что-нибудь получше.

– Сегодня утром, Луиза, мне позвонила лично капитан подводного грузового судна, которое должно было доставить Барранко оружие. Она торчит в Фаслейне и ждет груза, который не прибудет, потому что этот, – Крис указал на Гамильтона, – гений перенаправил их военным в КЭСА. Только меня он об этом не проинформировал, посему единственное, что я мог предположить, – стороннее вмешательство. Действовал соответственно ситуации – защищал нашего клиента, как мог. Теперь за это я получаю на орехи, хотя проблема в отсутствии коммуникации между верхами и низами.

– Врешь, – зло бросил Гамильтон. Он тоже увидел лазейку.

– Неужели, Филипп? – Крис повернулся и махнул в сторону Майка Брайанта. – Спроси Майка. Он, как и я, оставался в неведении. Он все знает о звонке капитана с подводного грузового судна, потому что сегодня утром мы вместе пытались решить эту проблему. Верно, Майк?