Доктор Кто. Пленник далеков - Тревор Баксендейл

– У нее есть какая-нибудь семья?

– Нет, вряд ли.

– Это хорошо.

Скрам пожал плечами.

– Никогда об этом не думал. Сейчас так много народу осталось сиротами.

– Из-за далеков?

– Угу. Это называется «далековое поколение».

– Знаю.

Скрам откашлялся, явно желая сменить тему. Доктор посмотрел на него и выдавил улыбку.

– Как там Передний Край, уже починил шлюз?

– Он работает над этим.

– Надеюсь, не перерабатывает.

– Починит как раз ко времени посадки на Аврос. Ты тоже можешь там сойти.

Доктор кивнул.

– Мне придется вернуться обратно, на Хуралу. Мой корабль остался там.

– Да там, небось, далеки кишат!

– Вот это-то меня и беспокоит.

Доктор пошел за Скрамом по узкому коридору на бортовую кухню. Еще дальше по коридору, от шлюза, раздавался какой-то технический шум – там работал Передний Край. Поглядев туда и сюда, Доктор поразился, что далека нигде не видно.

– Нам пришлось его передвинуть, – объяснил Скрам. – Краю не хватало места для работы.

– А вот это было очень рискованно, – сердито сказал Доктор. – Даже мертвый далек опасен. У них сотни автоматических защит в панцире.

– Все в порядке, мы до него даже не дотрагивались. Я использовал пару грузовых захватов, чтобы перетащить его на склад. Кроме того, крио-заряд полностью вывел эту штуку из строя. Он даже не пискнул, когда Передний Край ампутировал ему глаз.

Доктор встал как вкопанный.

– Когда Передний Край – что?

– Ну, глаз ему отрезал, на стебельке который. В качестве трофея.

– Я же ему говорил этого не делать!

Скрам поглядел на Доктора слегка ошеломленно.

– Э-э-э, Доктор, он твоих приказов слушаться не будет. Тут командует капитан Боуман, если ты вдруг не заметил. А живем мы, между прочим, вот на эти далековские трофеи: это подтверждение ликвидации, нам Земное Командование за него деньги платит. Мы сдадим глаз властям на Авросе, и нам снова будет, что есть.

Доктор ничего не сказал и просто уселся на кухне, сжав губы в ниточку.

Скрам сел напротив.

– Я все думаю об этом далеке… Нечасто выпадает случай рассмотреть его так близко – и заполучить так надолго. Там же наверняка можно кучу всего узнать, научиться – если бы только мне дали его разобрать…

– Даже не думай об этом, – мрачно отрезал Доктор.

– Да он же мертвый! Я бы мог открыть его, если подобрать правильные инструменты.

Доктор так и вытаращился на него.

– Поверь мне, ты этого совсем не хочешь. У каждого далека есть защита специально на такой случай. Это как играть с ручной гранатой без чеки. Тварь внутри, может, и мертва, но скорлупа под завязку набита антивзломными приспособлениями и ловушками, от которых у тебя волосы крючками завьются. Там внутри достаточно механизмов самоуничтожения, чтобы на месяц осчастливить целую бригаду саперов.

– Но пока он здесь…

– А я сказал, забудь. Как только шлюз починят, выбросьте его в открытый космос и забудьте. Считайте, нам всем повезло, что мы не кончили как Стелла.

Доктор тут же пожалел о вспышке, но сказанного не воротишь. Скрам холодно таращился на него минуту или две, потом встал.

– Если Боуман добьется своего, в космос за далеком последуешь ты.

Доктор поднял бровь.

– Мне казалось, только пираты заставляют людей ходить по доске.

– Не забывай, Доктор, Стелла была одной из нас. В отличие от тебя.

И Скрам вышел, оставив Доктора на кухне одного.

Передний Край возился с дверью. Внешний люк немного погнуло, из-за чего помялись направляющие основного шлюза. Все нужные инструменты у него были, да вот только сосредоточиться никак не выходило.

Думать он мог только о Стелле. В ушах до сих пор пронзительно визжал далековский луч смерти; ему вторил не менее пронзительный крик гибнущей подруги, распятой на стене одной только силой энергетического удара. Закрывая глаза, он до сих пор видел сине-белую вспышку и в ней череп Стеллы, откинутый назад, с раскрытыми в вопле челюстями.

Рука у него соскользнула, и он ободрал костяшки о металлическую решетку палубы. Край выругался и швырнул гравитационный ключ через весь коридор; на пол он приземлился с тяжелым лязгом.

– В следующий раз в меня попадешь, – заметил Скрам, выходя из-за угла. Ключ разминулся с его ногой на пару сантиметров.

– Ничего не могу сделать. – Передний Край покачал головой.

– Все ты можешь. Ты годами разбирал это старое корыто, а потом снова собирал.

– Я не про это. Посудину я могу починить, даже не просыпаясь.

Он тяжело вздохнул и сел на пятки, уронив могучие руки на колени.

– Я про… а, черт, даже не знаю, про что я.

– Мы сражаемся с далеками за деньги, – тихо сказал Скрам. – Нас могут убить в любой момент – да, любого из нас. Ты сам это знаешь… все мы это знали – и Стелла тоже.

– От этого, знаешь ли, не легче. Она никогда не хотела в этом участвовать, в отличие от нас. И то, что она вот так умерла, – это неправильно, бро.

– Я понимаю, о чем ты. – Скрам уселся напротив него на палубу и полез в поясной карман, вытащил маленькую металлическую фляжку, отвинтил крышку, отхлебнул.

– На, – он протянул ее Переднему Краю.

– Что у тебя там?

– Старый земной напиток. Очень старый. Ужасно дорогой, потому что редкий.

Край взял фляжку, отсалютовал, глотнул и чуть не задохнулся.

– Эй, что это к чертовой матери такое? Оно меня чуть не прикончило!

– Считай, что это лекарство.

Край сделал еще глоток, поперхнулся и заморгал.

– Как это называется?

– Имбирное пиво.

– Своеобразно.

– Только для особых случаев, – Скрам забрал фляжку и тоже выпил. – За Стеллу – она была из настоящих парней.

– Аминь.

Некоторое время они уютно сидели в молчании; фляжка гуляла туда и сюда. Наконец, Скрам привинтил ей крышку на место и убрал в пояс.

– Что ты думаешь об этом Докторе? – спросил он.

– Ну, он точно не пират, – отозвался Передний Край. – Но помимо этого понятия не имею, что он такое. Я и половины не понимаю из того, что он говорит. Он в этом отношении типа тебя, только выглядит получше.

Скрам шмыгнул носом.

– Он много всего знает.