Геном - А. Дж. Риддл

Фергюсон и остальные члены рабочей группы не разделяли оптимизма своей начальницы.

Они опасались, что частицы, сгенерированные «Кроличьей норой», могут помешать работе «Зеркала» подобно тому, как поднесенный к жесткому диску магнит стирает записанные на нем данные. Некоторые считали, что эффект будет еще страшнее и весь мир разрушит гигантский взрыв. Они приводили довод, что код в геноме человека подобен вирусу-троянцу, притаившемуся в ожидании, когда его обнаружат разумные существа. Это, возможно, и есть ответ на вопрос, почему в космосе никто больше не обитает.

И все-таки Лин Шоу не могла отступить. Поэтому она дождалась момента, когда все, кто был ей дорог, выйдут из «Зеркала».

– Не передумала, – ответила она.

Она села за стол и стала ждать.

Через несколько минут Фергюсон вернулся и сообщил:

– Все вышли.

Они вместе отправились в пункт управления, напоминавший центр управления полетами НАСА. Лин кивнула, Фергюсон сделал шаг вперед.

– Слушайте сюда, народ. Начинаем. – Он оглянулся на Лин. – Посмотрим, что там с другой стороны.

Лин следила за статистическими данными на экране. Помещение пронизало тихое жужжание. Важнейший эксперимент в истории человечества начинался без медийного ажиотажа и помпы.

– Есть столкновение! – сообщил один из квантовых физиков. – Состояние устойчивое. Пошла выработка первичных частиц.

Лин кивнула Фергюсону и покинула помещение. В своем кабинете она раздвинула шезлонг и открыла приложение «Rendition Games». Прежде чем ввести пароль, она задержалась. Наступал, возможно, самый важный момент в истории человечества. Наступал без свидетелей, и так было, пожалуй, хорошо и правильно. Ньютон делал свои открытия без соглядатаев, Аристарх тоже. Лунная прогулка Нейла Армстронга по сравнению с экспериментом Лин выглядела прыжком в высоту – мы уже знали, что нас ожидало на Луне, не знали только, переживет ли Нейл путешествие. Лин же отправлялась в полную неизвестность. Что за силы ждали ее впереди – добра, зла или чего-то еще?

Она ввела пароль, и кабинет исчез.

Лин стояла в аудитории Оксфордского университета. Вполне уместно. Студенты собирали учебники и один за другим направлялись к выходу.

Символика ясна – ей предстоит учиться. «Rendition» – то место, где происходит обучение. Эдакие «хлебные крошки».

Она прошла по Катт-стрит, мимо Камеры Рэдклиффа к Большим воротам. Чиркнув карточкой факультета по сканеру, пересекла четырехугольный двор и через холл-просколий попала в Школу богословия. К удивлению Лин, внутри никого не оказалось. Может, она ошиблась – и не только в этом?

Поднимаясь по лестнице на второй этаж, она никак не могла сосредоточиться. Что, если «Кроличья нора» вместе с «кроликом» не что иное, как фальшивый заяц, за которым бегут гончие на треке? Что, если вселенная создана для того, чтобы выматывать зверье вроде людей до изнеможения, а поимка «кролика» на дне норы ведет к окончательной гибели? Не такая ли судьба ее ждет?

Библиотека не изменилась со времени последнего посещения – темные деревянные полки и стеллажи, книги на всех стенах, двухъярусные окна, сквозь которые льется по-оксфордски размытый свет. Лин остановилась у стеллажа, где щуплый лысый мужчина с очками в проволочной оправе на носу брал с тележки и ставил на полку книги.

Увидев незнакомку, он выпрямился.

– Чем могу служить?

– И сама не знаю.

Он искренне улыбнулся.

– Что вы ищете?

Лин решила рискнуть.

– То, что наступит после.

Улыбка улетучилась. На лбу залегли морщины.

– Что вы имеете в виду?

– Я и мои люди хотим найти следующий цикл. Вы способны нам помочь? Вы сами уже продвинулись?

Мужчина аккуратно опустил книгу на тележку.

– Разумеется.

Его улыбка почему-то напомнила Лин ее дядю, доброго вежливого человека, не потерявшего эти качества даже во время оккупации Гонконга.

– Мы наблюдали за вами, – добавил он.

– Давно?

Мужчина покачал головой:

– Время здесь не имеет смысла.

– Да, пожалуй.

У Лин накопилась масса вопросов. Она начала с того, что терзал ее после событий в Антарктиде.

– Я хотела бы вас кое о чем спросить.

Мужчина наклонил голову, давая понять, чтобы она продолжала.

– Мы боялись, что нашим «Зеркалом» завладеет другой человек.

– Юрий?

– Да. Это вы… остановили его? Повлияли на события?

Мужчина сочувственно улыбнулся и покачал головой.

– Это не наш мир. Мы знаем, почему вы создали «Кроличью нору», почему искали нас. Вам нужна помощь. Но мы не более чем наблюдатели и советчики. Мы здесь для того, чтобы помочь вам преодолеть путь, который преодолели сами, – нам тоже помогали. Ваша победа принадлежит вам одним. Так и должно быть.

– Наше восхождение не закончено. Здесь не все наши люди – лишь небольшая их часть. Еще одна группа способна ходить между двумя мирами.

– Это отнюдь не редкость.

– Что нам делать?

– Именно то, что вы уже делаете. Пусть переход будет постепенным. Когда все переберутся сюда, ответ станет очевидным.

Лин немного подумала.

Мужчина поднял палец.

– Позвольте кое-что предложить?

– Конечно.

– По нашим наблюдениям, те, кто перемещаются между «Зеркалом» и физическим миром, подчас теряют ориентиры. Граница становится размытой.

Лин об этом не задумывалась, но сказанное звучало логично.

– И в чем выход?

– В небольшой поправке.

– Какой?

– Обычно лучше всего действует разница между названиями.

– Например?

– Как называется самая высокая гора в вашем мире?

– Да, неплохая идея. Значит, в вашем «Зеркале» у нее не то же название, как во внешнем мире?

– Правильно. Благодаря этому в любой точке вашего мира вы можете любого спросить, как называется самая высокая вершина, и сразу же поймете, в каком мире находитесь. – Человек задумчиво посмотрел в потолок. – В вашем «Зеркале» вы назвали главную вершину именем ее покорителя. Выберите что-нибудь не столь явное, что нельзя ни с чем спутать. Например, назовите ее именем чиновника, жившего еще до покорения вершины. Да, как насчет фамилии начальника геодезической службы Британской Индии той эпохи? В этом есть своя логика.

– Вы ставите меня в безвыходное положение. В этом «Зеркале» мы и так называем ее Пик Эверест.