Ни страха, ни надежды. Хроника Второй мировой войны глазами немецкого генерала. 1940-1945 - Фридо фон Зенгер

В конце октября я сменил свой полевой командный пункт в Альбинии на командный пункт 51-го горного корпуса в Ведране и для удобства сразу же передвинул его к Баричелле – более крупному населенному пункту. Там я вздохнул свободнее, ибо решил, что мой штаб опять оказался в центре событий. Но их дальнейшее развитие не оправдало моих надежд.

Когда мы заняли участок, на котором до нас стоял 51-й горный корпус, наша зона ответственности расширилась на запад за счет 1-го парашютного корпуса, и, следовательно, город Болонья и важный перевал Фута оказались на участке нашего 14-го танкового корпуса. Теперь он тянулся от цепочки холмов между долинами Сетты и Савены до самой реки Сантерно, где соединялся с участком 76-го танкового корпуса.

В соответствии с заранее подготовленным планом 90-я гренадерская моторизованная и 362-я пехотная дивизии ушли с этой линии в начале ноября. Фронт моего корпуса включал теперь, начиная с правого фланга, 65-ю пехотную, 29-ю гренадерскую моторизованную, 42-ю пехотную, 1-ю парашютную и 334-ю пехотную дивизии.

Когда 20 ноября 8-я британская армия начала свое наступление, начался процесс ослабления моего корпуса в пользу наших соседей на левом фланге. 90-я гренадерская моторизованная дивизия, которую до тех пор держали наготове в тылу моего корпуса в качестве резерва для группы армий, еще до конца месяца была направлена на соединение с 73-м корпусом. В конце ноября разграничительные линии моего корпуса претерпели изменения, когда 334-ю пехотную дивизию, стоявшую на левом фланге, включили в состав соседнего корпуса. В начале декабря с линии фронта на левом фланге вывели 98-ю пехотную дивизию. Первоначально она должна была находиться в резерве позади моего корпуса, но ввиду того, что позиции организовывались в другом месте, ее передали 73-му корпусу без какой-либо замены, так что ее участок пришлось взять на себя 1-й парашютной дивизии, оказавшейся теперь на самом фланге. Мы посчитали, что раз приходится ослаблять участок нашего корпуса, то здесь мы рискуем меньше всего.

6 декабря 362-я пехотная дивизия, до того находившаяся в резерве и получившая пополнение, заняла место 29-й гренадерской моторизованной дивизии, а последнюю передали 76-му танковому корпусу. Таким образом, с 15 декабря в районе Болоньи в зоне ответственности 14-го танкового корпуса оказались следующие дивизии: 65-я пехотная, 362-я пехотная, 42-я стрелковая и 1-я парашютная.

В отчете объединенному штабу союзников за период с 12 декабря 1943 года по 2 мая 1945 года фельдмаршал Александер дает следующую картину боевого порядка германских войск:

«14-й корпус занимал спокойный участок фронта точно к востоку от дороги 65 (Флоренция – Болонья) двумя пехотными дивизиями, 715-й и 314-й. Непосредственно подходы к Болонье по обе стороны дороги 65 удерживались силами постоянного корпуса 10-й армии, 1-го парашютного, в составе следующих дивизий: 1-й парашютной, 42-й стрелковой, 362-й пехотной, 4-й парашютной и 84-й пехотной».

Это не точная картина. С конца октября весь сектор Болоньи оказался под контролем 14-го танкового корпуса с теми дивизиями, которые Александер причислил к 1-му парашютному корпусу, за исключением 94-й (а не 84-й) пехотной дивизии и 4-й парашютной, находившихся под командованием 1-го парашютного корпуса, примыкавшего к моему корпусу на западе. Восточнее дороги Флоренция-Болонья стояли не 715-я и 314-я пехотные дивизии, а 42-я стрелковая и 1-я парашютная, действовавшие в составе 14-го танкового корпуса.

В начале января 1945 года в 73-м корпусе разразился новый кризис. Противник пробился к озеру Комаккьо, и вследствие этого 42-я стрелковая дивизия была заменена 305-й пехотной и придана 73-му корпусу. Примерно в то же время 362-ю пехотную дивизию тоже вывели с линии фронта и передали этому же корпусу. Ее участок был взят под контроль путем расширения разграничительных линий 65-й пехотной дивизии и новой 305-й пехотной дивизии.

Между 6 и 8 января 14-й танковый корпус, уже занявший район Болоньи, полностью взял на себя сектор, где до этого стоял 1-й парашютный корпус, включая участки его 94-й пехотной и 4-й парашютной дивизий. В это же время 1-й парашютный корпус втиснулся на линию фронта между 14-м и 76-м танковыми корпусами, забрав таким образом участок 1-й парашютной дивизии из 14-го танкового корпуса. Эти изменения были вызваны не столько тактическими причинами, сколько проявлением уважения к Герингу, который, несмотря на то что люфтваффе теряли свое значение, имел до сих пор большое влияние. Армейские круги все еще явно преклонялись перед его авторитетом, хотя прошел слух, что он попал в немилость Гитлера. Передислокация дивизий была произведена для того, чтобы подчинить обе парашютные дивизии, относящиеся к люфтваффе, 1-му парашютному корпусу. Такого рода коллективное использование корпусов было отвергнуто еще в Первую мировую войну.

Описанный ранее ход боевых действий показывает масштабы вынужденной передачи дивизий из корпуса в корпус. Не тронув в процессе этих изменений две парашютные дивизии из парашютного корпуса и оставив их в его составе по соображениям престижа, Высшее командование столкнулось со значительными оперативными проблемами.

4-я парашютная дивизия была заменена практически не испытанной в боях 157-й горной дивизией и придана 1-му парашютному корпусу. Таким образом, с конца января в зоне ответственности 14-го танкового корпуса находились следующие дивизии (справа налево): 94-я пехотная, 157-я (позднее ставшая 8-й) горная, 65-я и 305-я пехотные. Таков был боевой порядок нашего корпуса, когда он оказался под угрозой прорыва.