Танковые сражения. Боевое применение танков во Второй мировой войне. 1939-1945 - Фридрих Вильгельм фон Меллентин

Ведение боевых действий русскими, особенно в наступлении, характеризуется применением большого числа людей и техники, зачастую бросаемых в бой безрассудно и без колебаний, но даже в этом случае небезуспешно. Русские всегда отличались своим презрением к смерти; коммунистический режим эксплуатирует это качество, и массированные атаки русских ныне еще эффективнее, чем когда-либо ранее. Атака, которую дважды постигла неудача, будет повторена и в третий, и в четвертый раз, несмотря на огромные потери, и солдаты пойдут и в третью, и в четвертую атаку с тем же спокойствием и упрямством. Подобные методы представляют собой наиболее негуманный и в то же время самый эффективный способ ведения боевых действий.

До самого конца войны русские посылали свою пехоту в атаку буквально в сомкнутых рядах. Стадный инстинкт и неспособность младших командиров действовать самостоятельно всегда заставляли атаковать массированно. Учитывая численное превосходство русских, многие их крупные и важные победы были достигнуты именно благодаря этому методу. Однако опыт показывает, что вполне возможно отражать эти массовые атаки, если им противостоят хорошо подготовленные войска, хорошо вооруженные и управляемые решительными командирами.

Русские дивизии обычно наступали и на узком фронте. В мгновение ока местность перед фронтом оборонявшихся заполнялась русскими; они появлялись словно из-под земли, и казалось, невозможно остановить катящуюся на вас волну наступающих. Обширные бреши в ней, проделанные нашим огнем, тут же заполнялись. Волны пехоты накатывались одна за другой, пока не исчерпывались резервы личного состава, и лишь затем они могли откатиться обратно. Но во многих случаях волны эти не откатывались, а захлестывали нас с силой, которую невозможно было сдержать. Отражение такой атаки далеко не только вопрос численности обороняющихся; в значительной степени это вопрос выдержки и нервов. Лишь закаленные в боях солдаты могли преодолеть страх, охватывавший каждого; только тот солдат, который научился действовать, полагаясь на себя, мог выдерживать ужас русских массированных атак. Порой русские выдавали своим пехотинцам перед боем водку, и ночами накануне атаки мы слышали их пугающие крики.

После 1941 года русские к людским массам, идущим в атаку, добавили и массы танков. Такие атаки, разумеется, отразить было куда труднее, и наше напряжение соответственно увеличивалось.

Русские заменяли выводимые с передовой подразделения с удивительной быстротой и, делая это, демонстрировали поразительную безжалостность. Бывали случаи, когда русские призывали на военную службу все мужское население целого города или всего района; они бросали их на передовую, не считаясь с возрастом, национальностью или профессией. Часто эти люди шли в бой после нескольких дней подготовки или же вообще без нее, зачастую не имея обмундирования, а порой и оружия. Необходимые навыки они получали прямо в бою, где они подбирали оружие своих павших товарищей. Русские офицеры знали, что военная ценность таких людей ничтожна, но они помогали заполнить собой бреши на фронте и тем выполняли свое предназначение.

Я уже говорил о том, что русские – настоящие мастера просачивания, в этой форме боевых действий они не имеют себе равных. Я уже упоминал об их стремлении создавать плацдармы и вообще любые выдвинутые вперед позиции. Должен еще раз подчеркнуть, что роковым образом может обернуться для вас ситуация, если вы позволите русским захватить плацдарм. Этот плацдарм будет пополняться новыми частями, танками, орудиями, пока в конце концов не взорвется волной наступления.

Русские, как правило, совершают передвижения войск по ночам, и делают это с большим искусством; однако они не склонны к проведению крупномасштабных ночных атак. Они, очевидно, понимают, что их младшие командиры недостаточно к этому подготовлены. Тем не менее они порой прибегают к ночным атакам для достижения ограниченных целей – для того, чтобы вернуть потерянный ранее участок или подготовиться к дневному наступлению.

Воюя с русскими, надо привыкнуть к новым формам боевых действий. Они должны быть прямолинейными и безжалостными, стремительными и гибкими. Не надо позволять противнику ввести себя в заблуждение; необходимо быть готовым к любым неожиданностям. Совершенно недостаточно вести бой в соответствии с общепринятыми тактическими принципами, поскольку никто не может сказать, какова будет ответная реакция русских. Невозможно предугадать, как они прореагируют на окружение, внезапную атаку, военную хитрость и тому подобные вещи. Во многих ситуациях русские больше надеются на инстинкт, чем на тактические принципы, и следует признать – их инстинкты часто служат им куда лучше, чем нам знания, полученные в военных академиях. На первый взгляд их действия могут показаться необъяснимыми, но потом оказывается, что они совершенно оправданны.

Существовала одна тактическая ошибка, от которой русские так и не избавились, несмотря на полученные ими суровые уроки; я имею в виду их убеждение в значимости овладения возвышенностями. Они старались овладеть каждой высотой и дрались за нее с огромным упорством, несмотря на ее истинную тактическую значимость. Часто бывало так, что в занятии высоты не было никакой тактической необходимости, но русские никогда не хотели понимать это и поэтому несли неоправданные потери.