Воспоминания великой княжны. Страницы жизни кузины Николая II. 1890-1918 - Мария Романова

У Володи были друзья, которые приходили его навещать. Чаще других приходил Алек Путятин, младший сын князя Михаила Сергеевича Путятина, коменданта дворцов Царского Села. С ним иногда приходил его старший брат Сергей, служивший в 4-м стрелковом полку. Это был прекрасный офицер, дважды раненный, отмеченный за героизм в бою. Он довольно часто приходил в наш дом. Я знала его с детства, но во время войны видела редко. Почти все время он проводил на фронте, а я в Пскове, и наши отпуска не совпадали.

Кажется, только однажды мы оказались в Царском Селе в одно и то же время. Это было зимой. Какие-то друзья устроили обед, за которым последовала ночная прогулка по парку на санях, и мы с Путятиным оказались в одних санях. Между нами начался легкий флирт, а неделей позже, когда я вернулась в Псков, он удивил меня, появившись в госпитале по пути в свой полк. Он привез с собой огромный пакет с разными желе в качестве подарка от моей мачехи и как предлог повидать меня – ведь этот привлекательный и милый молодой человек был наделен почти непреодолимой робостью. До этого я видела его наедине всего лишь один раз, и мы совершенно растерялись и не знали, как начать беседу.

Прошло много месяцев. Революция, которая привела меня в Царское Село, где я получила относительное убежище, привела и его сюда с фронта, где из-за положения его отца при дворе ему стало небезопасно находиться. И теперь, когда мы оба стали в некотором роде беженцами в Царском Селе, он часто приходил ко мне в дом моего отца. Наши отношения наладились, обоюдная робость исчезла, и нас определенно тянуло друг к другу.

В глубине моего сердца зашевелились чувства, которых я никогда до этого не переживала. Несмотря на революцию, несмотря на всю неопределенность, тревоги, наша нерастраченная молодость, наши свежие умственные силы требовали пищи. Вокруг нас шумела весна, неся с собой животворные потоки радости. Больше чего-либо другого хотелось счастья, хотелось взять от жизни все, что она могла дать. Само осознание нами опасности, неопределенность нашего положения, постоянный риск, которому мы подвергались, способствовали пробуждению этих чувств и заставили их пылать. Так, при крушении нашего старого мира мы осмелились на его останках ухватиться за новую возможность счастья, возможность прожить новую жизнь.

Я всецело отдалась новой необыкновенной радости – чувству влюбленности. Не решаясь приглашать его слишком часто в Царское Село, я начала ездить в Петроград, где принимала его в своем дворце на Невском проспекте.

Эти поездки я совершала одна, что было для меня внове, так как до этого я никогда не путешествовала без сопровождения. Раньше даже ради короткой поездки из Петрограда в Царское Село или обратно для нас открывали царские залы, предоставляли специальное купе или целый вагон. Теперь мне приходилось покупать себе билет и занимать место в поезде вместе с остальными пассажирами, большая часть которых отказывалась признавать классовые различия. На бархатных сиденьях вагона первого класса я ехала бок о бок с солдатами с заряженными винтовками, которые курили отвратительный дешевый табак, старательно выпуская дым в сторону своих соседей – ненавистных буржуев.

Эти поездки были сопряжены с некоторым риском. Однажды летом, когда большевики пробовали свои силы, я приехала в Петроград, находящийся в состоянии брожения. Все, что мы имели из средств передвижения, давно уже было реквизировано, и на вокзале не было ни одного извозчика. Мне пришлось идти пешком. Когда я вышла из здания вокзала на площадь, то ощутила что-то неладное. К тому времени я уже привыкла как-то интуитивно узнавать настроение улицы. Там, где назревали беспорядки, было пустынно, в воздухе чувствовалось напряжение, стояла полнейшая тишина, будто все затаило дыхание. Так было и сейчас.

Мне нужно было пройти к Невскому проспекту. По пути я почти никого не встретила, но слышала далекие выстрелы и треск пулеметов. Не могу сказать, что эта прогулка доставляла мне особое удовольствие, так что я была рада, когда добралась до ворот дома в целости и сохранности.