Русь и Рим. Правильно ли мы понимаем историю Европы и Азии? В 2 книгах. Книга 2 - Анатолий Фоменко

Согласно нашей концепции, все дело в том, что формальный религиозный раскол между православием, мусульманством и католичеством отнесен в скалигеровской хронологии слишком далеко в прошлое. На самом деле он произошел только в XV веке.

Конечно, религиозные разногласия копились и раньше, но до формального раскола арабы вполне могли называть Русь «правоверной» (даже если и осуждали чуждые им русские религиозные правила). Так что наименование Тамерлана в источниках того времени «правоверным» еще не значит, что он был мусульманином, а не православным или, скажем, католиком.

Возникает еще один вопрос: имело ли мусульманство во времена Тамерлана точно такой же вид, как и сегодня? Вообще говоря, это неясно. Дело сильно осложняется тем, что время Тамерлана было как раз эпохой «великого раскола» XV века, когда православная — ортодоксальная, католическая — латинская и мусульманская — несторианская церкви только-только разделились.

Поэтому не исключено, что мусульманские церковные обычаи в то время могли существенно отличаться от современных и приближаться, например, к православным. Напомним, в частности, хорошо известный факт, что мусульманство образовалось из несторианского течения внутри православной церкви. Вообще история мусульманской церкви совсем не проста, но мы не можем пока сказать ничего определенного по этому поводу, так как обстоятельного исследования арабских источников мы не проводили.

Во всяком случае, приводимые ниже цитаты показывают, что верно хотя бы одно из двух:

1) Тамерлан не был мусульманином;

2) мусульманские обычаи во времена Тамерлана сильно отличались от современных и больше напоминали обычаи европейских народов.

Вот, например, что писал современник Тамерлана Фома Мецопский в своей книге «История Тимур-Ланка и его преемников». Конечно, мы имеем сегодня лишь редакцию XVI–XVII веков этой книги. Цитируем ее по перепечатке во все том же сборнике «Тамерлан»:

«Некий муж, по имени Тимур-Ланка веры и толка предтечи антихриста Махмета, появился на востоке в городе Самарканде».

«Последовал приказ этого тирана (Тимура) взять в плен всех женщин и детей, а остальных, как верующих христиан, так и неверующих, сбросить с крепостной стены… Мугри, поднявшись на минарет в городе Беркри, пронзительным голосом стал кричать:

„Салат амат“… Подумав, поганый Тимур спросил: „Что это за крик?“ Приближенные ответили ему: „Настал день судилища и Исе (то есть Христос) воскреснет“… тотчас же Тимур приказал прекратить сбрасывание людей со стены и освободить остальных».

«Он (Тимур) пошел в город Дамаск… и был уже близок к окрестностям Иерусалима… И пришли жены мусульманских учителей… и говорят ему: „Ты являешься падишахом этой страны, и по воле Бога пришел спросить с тех, которые отвергли Божие приказание… в этом городе все злодеи и мужеложники, особенно же лживы муллы… вызови наших начальников, и мы в присутствии их подтвердим все“… И последовало его приказание (войскам): „…принесите мне 700 000 голов и соорудите из них 7 башен… А если кто скажет: я Иисуса (то есть „я христианин“ — Авт.), к нему не подойти (то есть только христиан Тимур приказал не трогать! — Авт.)“».

Обратите внимание, как мусульманство и христианство перемешаны в описаниях Фомы Мецопского. В одном случае Тимур берет город, вроде бы полностью христианский, и приказывает казнить все его население. Похоже, что Тимур мусульманин. Хотя церкви в городе должны были бы быть христианскими, крик отчаяния был поднят почему-то с минарета (кричал мусульманин?). Смысл слов, которые произносились с минарета, — чисто христианский. По крайней мере, именно так их понял Тимур и его приближенные. Услышанные слова произвели на него такое впечатление, какое они могли произвести только на христианина. Тимур не только прекращает казни, но и освобождает пленников.

В итоге совершенно непонятно, кто он — христианин или мусульманин? В другом случае жители мусульманского города приходят к Тимуру как к падишаху жаловаться на беззакония в городе. Следовательно, Тимур — мусульманин. Но когда разгневанный Тимур приказывает наказать население города, он строго запрещает трогать христиан. Приказывает истреблять только тех, кто не верит в Христа. Значит, он — христианин?

Более того, оказывается, и среди арабских источников не было полного единодушия в том, какую веру исповедовал Тимур. Были и такие арабские авторы, которые считали его «неверным». Ж. Лянглэ («Жизнь Тимура». Пер. с франц. Ташкент, 1980) пишет: «Арабшах старался обесславить нашего героя как неверного, который предпочитал закон Чингисхана закону Мухамада, однако все историки единогласно утверждают, что этот монарх исповедовал, по крайней мере наружно, мусульманскую религию» (следовательно, по мнению Лянглэ, Арабшах — не «историк» — Авт.).

Далее, хорошо известно, что мусульманский религиозный закон строго запрещает употребление вина. Тем не менее, множество источников утверждает, что в войске Тимура в большом количестве пили вино. Более того, Тимур пил даже водку. Испанский путешественник Руи Гонсалес де Клавихо («Дневник путешествия в Самарканд ко двору Тимура» 1403–1406. СПб., 1881) пишет:

«Пространство возле царских шатров и павильона было уставлено бочками с вином, расставленными друг от друга на расстоянии брошенного камня, так что они охватывали все это поле на расстоянии полулиги… А рядом с этим павильоном устроено много навесов и под каждым — огромная бочка с вином; и эти бочки были так велики, что вмещали не меньше пятнадцати кантар вина». «В тот день сеньор и все, кто с ним были, пили вино, а для того, чтобы скорее опьянеть, им подавали водку».

Употребление вина Тамерланом отмечалось всеми западноевропейскими путешественниками, которые его видели. Вот как комментирует это М. Иванин, который (в отличие от современников Тимура) уже очень хорошо знает, что мусульманам пить вино запрещено: «Здесь Тамерлан, по своему обыкновению, награждал более отличившихся воинов и угощал свои войска разными яствами, напитками и увеселениями, причем самые красивые женщины из числа пленных угощали воинов, поднося им в дорогих чашах кумыс (в переводе Лакруа везде говорится „винами“; но Тамерлан, как ревностный магометанин, вероятно, не дозволил бы употребление вина, да и где его было взять в степях и возить при войсках)».