«Несвядомая» история Белой Руси - Всеслав Зинькевич

Завершая рассмотрение темы белорусского народного сопротивления гитлеризму, обратим внимание на оценку подвига партизан со стороны местечковых националистов. В «свядомой» литературе зачастую звучит мысль о том, что партизанское сопротивление привело к усилению нацистского террора. Дошло до того, что сожжения деревень оказываются на совести партизан, поскольку, «если бы не партизаны, немцы не сжигали бы деревни». Иезуитская логика поражает своей безнравственностью. В начале главы мы привели многочисленные свидетельства о том, что нацисты планировали уничтожить белорусский народ как этническую единицу и обобрать его территорию. Претворение в жизнь этих бесчеловечных планов сорвали те, кто боролся с оккупантами: красноармейцы, партизаны, подпольщики. Именно благодаря им белорусы получили право на будущее.

С самого начала войны немецкие солдаты получили от своего командования карт-бланш на массовые убийства мирного населения. Во втором пункте отдельного распоряжения Гитлера «О военной подсудности в районе «Барбаросса» и об особых полномочиях войск» от 13 мая 1941 года говорилось: «Возбуждение преследования за действия, совершённые военнослужащими и обслуживающим персоналом по отношению к враждебным гражданским лицам, не является обязательным даже в тех случаях, когда эти действия одновременно составляют воинское преступление или проступок»^[275].

То есть немец, убивший белорусского ребёнка или беременную женщину, не подвергался никаким преследованиям. Исключение делалось лишь для следующих случаев: бессмысленное уничтожение запасов или помещений, которые могли быть пригодны для германской армии, угроза воинской дисциплине, половая распущенность (гитлеровцы считали, что рождённые от половой связи со славянками дети берут от отца-немца арийскую кровь, а следовательно, в дальнейшем они могут быть опасны, так как будут являть собой смесь «славянина-варвара» и «немца-арийца»).

Распоряжение также предусматривало совершенно вопиющие с точки зрения юриспруденции нормы: к примеру, показания советских граждан имели меньшую ценность, нежели показания граждан Третьего рейха (это делало невозможным справедливое судебное разбирательство).

Директива Верховного главнокомандования вермахта от 16 сентября 1941 года гласила: «Следует иметь в виду, что человеческая жизнь в странах, которых это касается, абсолютно ничего не стоит и что устрашающее воздействие возможно лишь путём применения необычайной жестокости»^[276]. Директива от 16 декабря 1941 года дополняла: «Войска… имеют право и обязаны применять… любые средства без ограничения также против женщин и детей, если это только способствует успеху»^[277].

Какие ещё нужны доказательства безальтернативности сопротивления? Белоруссия была обречена на смертельную схватку, и белорусский народ самоотверженно вынес тяжелейшие страдания, придя в итоге к Победе. Неужто партизаны виноваты в том, что нацисты мечтали о реализации плана «Ост»? Или в том, что руководство Германии не брезговало созданием лагерей смерти, террором против мирного населения и расстрелами заложников? Ответ очевиден.